Зеленый Марс - Ким Стэнли Робинсон

В полночь Саксифрейдж Расселл находился в кафе в центре города, а Саманта Хойл осматривала городскую стену. Фрэнк Чалмерс и Майя Тойтовна встретились в западном парке, где за несколько часов до этого произносились речи. В Медине уже начались схватки. Джон Бун вышел на Центральный бульвар, чтобы проверить обстановку. Его примеру последовал Сакс Расселл, который вышел к бульвару с противоположной стороны. Примерно через десять минут Буна окружили молодые люди, иногда идентифицируемые как «арабы». Их количество неизвестно, называются цифры «три» и «шесть». Буна сбили с ног и грубо потащили в Медину, прежде чем кто-либо из свидетелей успел среагировать. Поиски не дали никаких результатов. В полдень, в 12 часов 27 минут, группа спасателей обнаружила Буна на ближайшей ферме. Буна перевезли в госпиталь на бульваре Кипарисов. Расселл, Чалмерс и Тойтовна помогали его нести…

Волнение в вагоне заставило Майю отвлечься от текста. Она была в испарине, ее пальцы тряслись. Некоторые воспоминания были с ней всегда, как бы она ни пыталась подавить их. Вопреки собственному желанию Майя прекрасно помнила зеленый газон, тело, которое лежало на траве, озадаченный взгляд Фрэнка и зеркальное удивление на лице Джона.

Майя вскинула голову. Оказывается, в вагоне находились представители власти, и сейчас они неторопливо продвигались по проходу вперед. Они проверяли документы, просили показать проездные. Еще двое расположились в задней части вагона. Майя выключила планшет. Она наблюдала за тремя полицейскими, которые приближались к ней, и слушала, как в ее висках стучит пульс.

Это явно что-то новенькое! Она никогда прежде не сталкивалась ни с чем подобным, да и остальные пассажиры – тоже. Все разом притихли. Любой в вагоне мог иметь поддельные удостоверения личности, что придавало молчанию оттенок солидарности. Люди таращились на полицейских, никто не смотрел на побледневшего соседа.

Трое копов были абсолютно бесстрастны. Они даже выглядели миролюбивыми и вроде бы совсем не обращали внимания на людей, которых допрашивали. Они шутили между собой, будто обсуждая местные ресторанчики, и продвигались от ряда к ряду быстро, как кондукторы. Люди послушно прикладывали свои консоли с идентификационными данными к их портативным сканерам, а полицейские с любопытством проверяли результаты. На каждого пассажира они тратили не больше двух секунд.

Они дошли до Спенсера, и сердце Майи забилось быстрее. Спенсер – если это был он – приложил запястье к считывателю, глядя прямо в спинку кресла перед собой. Вдруг что-то в этой руке с набухшими венами и старческими пятнами показалось Майе знакомым. Да, в вагоне сидел Спенсер Джексон, вне всяких сомнений. Она чувствовала, что не ошиблась. Сейчас он тихим голосом отвечал на вопросы. Коп со считывателем голоса и сетчатки задержал приборчик у лица Спенсера. Наконец он получил толстую линию на считывателе и пошел дальше. Через два ряда они доберутся до Майи.

Даже буйные бизнесмены притихли. Смотрели друг на друга с сардоническими гримасами, поднимали брови, будто подобные меры в вагонах были смехотворны. Никому не нравилось происходящее. Что за беспредел?