Дождь Забвения - Аластер Рейнольдс

– Я понимаю: обстоятельства не располагают к душевному комфорту, но тем не менее хотелось бы, чтобы вы чувствовали себя на этом корабле как дома, – сказал мужчина в белой капитанской форме с эполетами и аксельбантом.

Он предложил сигару из деревянного ящичка. Флойд от сигары отказался, но стаканчик виски принял. Вентиляторы на потолке медленно, лениво разгоняли воздух.

Флойд и Тунгуска сидели в высоких креслах в роскошно убранной комнате, могущей быть салоном океанского лайнера, дирижабля или трансатлантической летающей лодки. За квадратными окнами виднелась лишь иссеченная дождем ночь. Хотя, пожалуй, тут не спутаешь. Не лайнер, не дирижабль и не лодка. Слишком уж своеобразно и странно гудят двигатели.

Флойд выпил полстакана. Не самый лучший виски, но снять напряжение помогает.

– Какие новости об Ожье?

– Состояние у нее стабильное, – ответил Тунгуска. – С раной от неисправного оружия мы совладали легко. В обычных условиях она бы не доставила хлопот.

– А в этих условиях?

– Шок. Возможно, Ожье погибла бы без вмешательства машин Кассандры. Эти машины взяли на себя управление организмом. Она в чем-то вроде комы.

– И как долго она пролежит в коме?

– Боюсь, трудно сказать. Даже в том случае, если кто-нибудь из нас добровольно пускает в себя нанороботов, процесс крайне небезопасен. А то, что сделала Кассандра в Париже… – Капитан махнул сигарой для наглядности. – Принять чужие машины трудно даже серьезно подготовленному прогру с соответствующими структурами в мозгу, способными выдержать дополнительную нагрузку. А Ожье обычный человек. К тому же ее ранило вскоре после перехода к ней нанороботов.

– Но если бы Кассандра не перешла в нее, мы оба погибли бы, разве нет?

– Очень похоже, – согласился Тунгуска, взяв из ящичка другую сигару и отрубив ей кончик вычурной серебряной гильотинкой.

Но он не курил и первую – похоже, не понимал ее назначения. Должно быть, считал жжение сигар древней социальной условностью.

– С другой стороны, Кассандра умерла бы, если бы не вошла в тело Ожье.

– Помнится, согласия Верити не очень-то и спрашивали.

– Поверьте, переговоры обязательно были, пусть и скоротечные. Вовсе не этикет запрещает вторгаться в чью-то голову, сколь бы ни была важна причина.

– И каковы теперь шансы Кассандры на выживание?

– Лучше, чем без тела. Ее машины уцелели бы, но личность неизбежно разрушается без стабилизирующего действия естественного мозга.

– А ее личность не разрушилась?

– Нет – благодаря Ожье. Теперь Кассандра может восстановиться. – Для убедительности капитан ткнул сигарой вверх.

– Похоже, Ожье зря плохо думала о вас, програх.

– О некоторых – зря. Но должен сказать, что, к большому сожалению, насчет многих она права.

Флойд уже рассказал Тунгуске все известное о заговоре прогров. Само собой, наверняка ошибся со многими деталями, что-то недопонял и упустил. Конечно, Ожье рассказала бы лучше. Но Тунгуска кивал, слушал с интересом, задавал правильные вопросы в правильном порядке.

– И что теперь будет?

– С Ожье? Мы понаблюдаем за ней, пока не найдем подходящее тело для машин Кассандры. Еще не совсем ясно, что они делают с Ожье, но лучше их оставить в покое, пусть справляются сами.

– Но ведь она выздоровеет?

– Да. Но останется ли прежней, это вопрос…

Флойд кивнул, вертя в пальцах стакан с виски. Нет смысла напускаться на капитана – он делает что может.

– Перед тем как мы покинули Париж, Кассандра говорила о приказе перехватить шлюпку.

– Мы получили этот приказ.

– И что, перехватили на орбите?