Утренняя звезда - Пирс Браун

Облаченные в доспехи черные тащат нас с Виргинией по грузовому трапу челнока. Каждый ростом почти с Рагнара, на груди – знак льва. Пинаю их, но они тычут меня в живот двухметровыми ионными пиками, и меня бьет током. Мышцы сводит судорогой, каждая клетка тела будто вопит от электрошока. Черные бросают меня на палубу, а потом за волосы поднимают на колени, и я упираюсь взглядом прямо в тело Севро. Слава богу, у него закрыты глаза. На губах запеклась кровь. Мустанг пытается встать, но получает глухой удар в живот, задыхается, и штурмовик снова ставит ее на колени. Кассия тоже заставляют принять коленопреклоненную позу.

Антония подходит к стоящей перед нами в черных доспехах Лилат. Вижу орущий золотой череп у нее на плечах и еще один в центре грудной пластины доспехов. Командир скелетов, правая рука Шакала во всем своем варварском величии. Для Адриуса Лилат – то же, что для меня Севро. Голова ее обрита наголо, спокойные, глубоко посаженные глаза холодно поблескивают на маленьком, вечно недовольном лице. За ней возвышаются десять молодых ауреев, лысых, как и Лилат, – это знак выхода на тропу войны.

– Просканировать прибывших! – приказывает она.

– Это еще зачем? – спрашивает Кассий.

– Приказ Шакала, – сухо отвечает Лилат, внимательно наблюдая за тем, как золотые сканируют моих похитителей. – Боссу сюрпризы не нужны, – добавляет она, заметив, как страдает Кассий от столь сурового обхождения.

– Я действую по прямому приказу верховной правительницы! – протестует он. – Нам велено доставить Жнеца и Виргинию в цитадель!

– Поняла тебя. Мы получили те же указания. Скоро отправимся туда.

Лилат показывает Кассию, что он может встать. Досмотр окончен: ни «жучков», ни электроприборов, ни повышенного уровня радиации не обнаружено. Кассий отряхивает колени. Я продолжаю стоять в той же рабской позе. Лилат с любопытством рассматривает Севро, тело которого протащил по трапу один из черных, щупает пульс и с довольной улыбкой произносит:

– Беллона бьет наповал!

Боец из отряда скелетов, высокий мужчина яркой наружности с горящими глазами и высокими скулами, присвистывает, проводя татуированными пальцами с накрашенными ногтями по нижней губе, а потом спрашивает:

– Сколько возьмешь за кости Барка?

– Не продается! – отвечает Кассий.

– В этом мире продается все, патриций, – высокомерно улыбается аурей. – Десять миллионов за одно ребро!

– Нет.

– Сто миллионов! Хватит ломаться, Беллона!

– Легат Валий-Рат, вы, кажется, забыли, что говорите с Рыцарем Зари! Обращайтесь ко мне «сэр» или же молчите! Тело Ареса является государственной собственностью, и не мне торговать его останками! А если вы еще раз зададите мне такой вопрос, то нам придется побеседовать по-другому, сэр!

– У тебя стоит на него, что ли? – спрашивает старший брат Тактуса.

Никогда раньше не встречал столь заносчивого аристократа, и слава богу. Похоже, Тактус был просто святым по сравнению с остальными братцами.

– Чертовы дикари! – произносит Мустанг, сплевывая кровь.

– Дикари? – переспрашивает брат Тактуса. – Ах, какой ротик! Жаль только, ты используешь его не по назначению!

Кассий делает шаг к нему, остальные скелеты хватаются за клинки.

– Заткнись, Тарсус, – наклонив голову, произносит Лилат, одновременно слушая приказы по мини-интеркому, вставленному в ухо, и Рат возвращается в строй, задрав нос. – Да, господин, – отвечает она. – Барка действительно мертв, я лично проверила!

– Это Адриус? – Антония выходит вперед. – Дай-ка пообщаться с ним!

– С вами хочет говорить Антония, господин, – докладывает Лилат, делая той знак остановиться. – Господин ответил, что это может подождать, – отмахивается она через минуту. – Тарсус, Новас, снимите со Жнеца кандалы и разведите ему руки в стороны!

– А как насчет Виргинии? – не унимается Тарсус.

– Прикоснешься к ней – считай, не жилец, – спокойно произносит Кассий. – Больше тебе знать не обязательно!

Во взгляде Кассия сквозит страх, хотя Беллона старается его скрыть. Он бы никогда не привел сюда Виргинию по доброй воле. В отличие от людей правительницы, Шакал имеет карт-бланш на любые действия в любой момент. Внезапно обещание Айи, что Виргинию не тронут, кажется очень ненадежным. Зачем верховная правительница отправила нас сюда?

– Никто не коснется твоих трофеев, Кассий, успокойся, – говорит Лилат зловещим монотонным голосом. – Исключая разве что Жнеца.

– Но я должен доставить его…

– Мы знаем, но мой хозяин требует возмещения нанесенного ему ранее ущерба. Верховная правительница дала ему разрешение поступить так, как он сочтет нужным, пока вы заходили на посадку. Из соображений безопасности, – сообщает она, протягивая Кассию планшет. – Мы можем перейти к делу или ты намерен и дальше продолжать эти бессмысленные пререкания?

Кассий читает приказ и едва заметно бледнеет, поглядывая на меня. У него нет выбора, остается только надеяться на лучшее. Металлические наручники, пристегивающие мои запястья к груди, со щелчком открываются. Тарсус и Новас оборачивают вокруг них концы своих хлыстов и тянут в стороны, чуть не отрывая мне руки.

– И ты позволишь им сделать это? – разъяренно смотрит на Кассия Мустанг. – Где твоя честь? Неужели она – такая же фальшивка, как и все остальное? – Не дав ответить, она плюет ему под ноги.

Антония мерзко улыбается, наслаждаясь тем, как я извиваюсь от боли. Лилат забирает мое лезвие у Кассия и подходит к штурмовикам, сопровождавшим нас к ангару. Потом берет клинок и подносит его к одному из еще не успевших остыть двигателей.

– Скажи-ка, Жнец, ты развлекался с моим младшим братцем? Поэтому он так тебя обожал? – спрашивает у меня тем временем Тарсус, откидывая со лба надушенные локоны: он единственный из скелетов не потрудился обрить голову налысо. – Так ты не первый бык, вспахавший это поле, если ты понимаешь, о чем я! – подмигивает мне он, но я даже не поворачиваю голову в его сторону.

– Он правша или левша? – окликает Кассия Лилат.

– Правша, – отвечает Кассий.

– Поллукс, жгут! – командует Лилат.

До меня наконец доходит, что они собираются делать, от ужаса кровь стынет в жилах. Такое ощущение, что все это происходит не со мной. Даже когда резиновый жгут перетягивает мне правое предплечье и кончики пальцев начинает покалывать, а потом рука немеет.

И тут я слышу шаги моего врага.