Должность во Вселенной. Время больших отрицаний - Владимир Савченко

День текущий: 13,7362 октября,

или 14 октября, 17 час 53 мин

Восточная Теберда

Странно солнце среди незыблемых скал –

всякий день одно и то же…

1

Ицхелаури была старинная горная крепость на южной границе Катаганского края сразу с двумя соседними республиками Советского Союза, ныне независимыми странами. И с тех еще времен была приспособлена для встреч сановников всех трех сторон, начиная от секретарей райкомов и до самых высших. Это называлось «Дом отдыха И.» – и конечно же, далеко было домам отдыха трудящихся до экзотического великолепия и сверхщедрого обеспечения этого места. Не утратила она своего значения и в новое время, когда у трудящихся вообще не стало домов отдыха, а прежние сановники, борцы за идею коммунизма, превратились в крупных воротил и бизнесменов.

Крепость находилась в сотне с небольшим километров к западу от того Овечьего ущелья, где в свое время был найден и пленен – стараниями покойного А. И. Корнева – Шар.

Особым шиком съезжающихся сюда на пиршественно-деловые встречи было являться в «советском параде» (так это они называли) – не только при орденах и почетных знаках, но и если кто носил тогда мундир, то в таком мундире: в прокурорском, милицейском, кагэбэшном, военном, даже железнодорожном. Этим подчеркивалась преемственность.

Нынешнее время отличается еще и тем, что если в советское таились с показыванием номенклатурно-райской роскоши, то теперь – гласность же! – наоборот, ею забиты ТВ-экраны. Это избавляет от описаний ицхелаурского изобилия; что бы вы себе ни представили, там это было: розарий с беседками, площадка для гольфа, дендрарий, и икра на столах, и мраморный бассейн, и тому подобное. Так что перейдем прямо к происшествию.

2

– …Пусть нацбараны думают, что они национальнее других, как раньше совбараны доказывали, что они советскее других, – возглашал один за длинным столом на фоне гор и с бокалом (уже не первым) в руке, – пусть верят теперь в развитой рынок, как прежде в развитой социализм… ик! – мы как были на коне, так и остались!

– И будем! И бу… – поднимает бокал другой.

– Главное, держаться друг друга… – это уже третий, – как тады!

– Ну и сволочи же, а! Люди вам верили.

Это произнес не четвертый с бокалом, не пятый и не n-й. Голос – сверху и с выразительными обертонами. Застольники озираются.

– Кто это сказал?

– Ты?!

– Да боже избавь!

– Я это сказал. Не узнаете? Думали, выдумки? А это – Я. Сколько вот этот ваш прокурорчик посадил за расхищение народной собственности? А у вас-то сейчас – какая? Чья?..

Один властно щелкает пальцами начальнику охраны, кавказцу в бурке; тот подскакивает.

– Слушай, это, наверное, в горах засели с репродукторами? Посмотри, найди – и огонь на поражение.

Тот отправляется искать и исполнять.

– Ой, дывиться, сонце яке червоне! – Это катаганская сановная дама. – И горы велыки яки!..

Верно, за интересным разговором не заметили, что оказались вместе со столом и крепостным подворьем с бассейном и розарием как под уменьшительным стеклом. Или по ту сторону призмы, радужно исказившей всё. Окрестные горы, озаренные предзакатно, поднялись выше; но небо над ними не синее, а темно-бордовое. Солнце над западным хребтом многократно увеличилось и светит кроваво-багрово.