Зодиак - Ромина Расселл

Это слово ранило, как кинжал. На мгновение нас словно оглушило, даже Ниши не смогла ответить. Мы лишь молча кивнули.

– Абиссент, как и Кольцо, открывает твой разум для потока психоэнергии. Оба активируют ту часть мозга, которая в нормальном состоянии спит, что и помогает войти в состояние медитации.

Свое раннее детство я постаралась забыть, отгородиться от любых воспоминаний, словно возвела невидимую стену между настоящим и прошлым. И вот теперь эта память снова нахлынула на меня. Мама занималась со мной не только медитацией, но и заставляла выучить наизусть все, что известно о каждом Доме Зодиака, – историю, созвездия, характеристики, обычаи. Но лишь однажды она на занятиях коснулась темы психоэнергии. Она сказала мне, что психоэнергия – это магия, которая позволяет нам читать по звездам. И объяснила, что мозг наиболее восприимчив к психоэнергии в детстве, когда только формируется, вот поэтому она и заставляет меня работать так усердно.

Мама была уверена, что если я буду практиковаться каждый день, то когда-нибудь сумею заявить о себе, смогу увидеть больше, чем другие Зодайцы, и стану одной из лучших в этом деле. Тогда мне было всего пять лет, и наши занятия длились до десяти часов в день. А два года спустя она исчезла. Какое-то время я продолжала заниматься, даже еще усерднее, чем с ней. Надеялась впечатлить ее, чтобы она дала нам второй шанс. Думала, что сумею определить ее местонахождение на звездной карте и упрошу вернуться домой.

Я закусила губу, загоняя мучительные воспоминания как можно глубже, чтобы боль утихла.

Матиас уже повернулся, чтобы уйти, бросив нам напоследок:

– На верхней палубе есть пункт наблюдения, капитан разрешил вам побывать там, если хотите.

Чуть погодя мы с Диком, прижав лица к толстому, испещренному мелкими трещинками стеклу башни, с жадностью и тоской смотрели на Рак. Корабль уже миновал обломки спутников, но все равно то и дело наталкивался на каменные глыбы, которые, пролетев сквозь атмосферу Рака, вскоре упадут в наш океан. На таком расстоянии мы не могли разглядеть цунами, что прямо сейчас уносило жизнь с наших островов и понтонов. Дом Рака казался таким же, как и прежде, безбрежно синим и спокойным.

– Потом обломки спутников собьются в кольцо, – сказал Дик. – И когда-нибудь появится новая планета в виде кольца.

– Ты видишь это предсказание?

– Никаких предсказаний, элементарная физика. – Бирюзовые глаза смотрели с глубокой печалью, и на всем его лице застыла печать скорби. – Цикл приливов изменится.

Наши острова тем и живут, что им приносят с собой приливы. Каждый морской фермер знает, что три четверти живых существ планеты Рака обитают у побережья. Если же цикл приливов нарушится, что станет с растениями и рыбами, на которых держится вся наша экосистема? Как выживут папины моллюски-жемчужницы?

– Нишико говорит, что люди после смерти становятся богами, – прошептала я. – Стрельчане в это верят. Они празднуют смерть, как будто это счастливое событие.

– Спроси-ка у нее, что она почувствует, когда к ней постучится ее собственная смерть.

Его слова прозвучали резко и холодно, но я напомнила себе, что в нем просто говорит боль. Он страдает не меньше, чем каждый из нас.

Мы, Ракианцы, верим, что те, кто уходит с неуспокоенной душой, возносятся на Небеса, в Рай, где их ждет блаженство и спокойствие и куда их пропускает Бог Солнца Гелиос. В некоторых Домах вообще не верят в небесную жизнь или рай, другие думают, что существует канал между этой жизнью и следующей и что всех нас ждет перерождение. Стрельчане убеждены, что Небеса – это настоящая планета, где все живут во дворцах, где каждый день праздник и люди танцуют на улицах.

Возможно, этим я предавала веру своего народа, я не была уверена, что наша убежденность была истиной.

– Мы почти на месте. Вот и Озеон-6. – Дик показал на спутник в форме колеса, вращающийся над нашим северным полюсом.

Сначала он был размером со светящуюся точку, совсем как в эфемериде, постепенно становясь больше и больше.

– Кавалергард Тэйс говорит, что постоянное вращение этого колеса создает центробежную силу в его внешнем ободе, что имитирует гравитацию. Когда спутники столкнулись, он находился на противоположной стороне Рака, потому избежал последствий.

Я не знала, что сказать, и просто промолчала. Немного погодя Дик прошептал:

– Когда мы туда прибудем, они составят список выживших.

Я коснулась его руки:

– Где были твои сестры, когда все началось?

– На фабрике, скорее всего.

Семья Дика выпускает линию перламутровых красок, изготовляемых из рыбьей чешуи. Эти краски очень популярны, особенно среди художников Дома Близнецов, где превыше всего ценится воображение.

– На твоем острове есть холмы. – Попыталась обнадежить его я. – Уверена, они успели добраться до дома родителей, а он высоко.

Его родители недавно отошли от дел и передали компанию детям. Дик предоставил своим сестрам-близнецам управлять фабрикой, как они считают нужным. Время от времени он навещал их так же, как и я Стэнтона. И так же, как я восхищаюсь Стэнтоном, он восхищался ими.

– Они не найдут другого Хранителя. – Неожиданно сменил он тему. И его тоска еще больше усугубила мою. – У нас осталось слишком мало Зодайцев, и вряд ли кто-то из них справится… Что же теперь будет?

– Временно на эту должность заступит самый старший Консул Совета Матери Ориган, пока не найдут нового Хранителя, – вспомнилось мне из маминых уроков.

Хранители – духовные лидеры Зодиака, и эту должность человек занимает всю жизнь. В некоторых Домах Хранитель является одновременно и правителем. Так, например, в Доме Девы Императрица Мойра правит всем созвездием, но на Раке иначе: у нас все вопросы решают Совет консулов и Матриархи. Хранитель, конечно, имеет свой голос, но наравне с остальными. Иногда, в особо важных делах, Святая Мать выступает как Судья или Верховный Советник.

– Говорят, Хранитель должен воплощать самые благородные черты нашего Дома, – сказал Дик. – Сострадание, верность, самоотверженность…

– А еще преданность, умение анализировать, сосредотачиваться, – добавила я, пытаясь развеять напряжение.

– Хранитель должен обладать природным даром предсказаний по звездам, чтобы защищать свой народ. Ты знаешь, как редко такое встречается?

Я прикрыла глаза:

– Да брось, Дик. Кто-то обязательно найдется.

Из интеркома корабля вновь раздался автоматический голос:

– Все пассажиры должны вернуться в кабину экипажа и приготовиться к посадке.

Я взяла Дика под руку и потянула его назад в душную кабину. Кай прекратил всхлипывать, но выглядел подавленным. Нишико умылась и распустила по плечам темные волосы. Я же о своих ни разу не вспомнила.

Повзрослев, я начала завидовать Стэнтону, который всегда стригся коротко. Поэтому, едва поступив в Академию, тоже обрезала волосы так, чтобы они едва прикрывали уши. Но с тех пор кудри изрядно отросли и опустились ниже плеч. Обычно я стягивала их в хвост или прятала под капюшоном серой куртки Стэнтона… единственная его вещь, которую я взяла с собой, отправившись на Элару.