Мир жизни и смерти - Павел Пуничев

Я широко зевнул и до хруста в суставах потянулся на свежих простынях. Из открытого окна повеяло утренней свежестью, насыщенной ароматом просыпающихся цветов. Озорные солнечные зайчики заскакали по стене, окончательно вырывая из царства Морфея.

Эх! Хорошо!

Прямо как вчера, только сегодня еще и девушка рядом в постели сопит. Или уже не сопит?

—Утро доброе, проснулся уже?

—Почти.

—Ага, а знаешь, ты вчера был прав.

—Прав? В чем?

—В том, что я за тебя переплачиваю, ты вчера почти сразу уснул.

—Это да… Каюсь, грешен.

—Не на столько грешен, как хотелось бы.

—Согласен, сегодня же исправлюсь.— Я потянулся к ней, но она выскользнула из постели и погрозила пальчиком,— но-но, сначала помыться, а то от тебя горелым несет и еще… бараном.

—Овцой, ее Долли зовут, это мой питомец. Вернее, станет им, когда я ее из загребущих лап Дуболома вырву.

—Вот этим и займись, а я тебе пока ванну приготовлю.

—Ладно,— я нехотя оделся и спустился вниз в обеденный зал, где за стойкой протирал кружки хозяин заведения. Я направился к нему, но он начал разговор первым, начав возмущаться еще до того, как я дошел до стойки.

—Броневой, я тебе поверил, а ты меня обманул! Дрова своровал, два мешка картофельных утащил, овцу мою, самую жирную, уволок, одолженный фонарь так и не вернул. Все, нету моего терпения, я вызываю стражу!

—Эй, стоп, стоп, все не так было.

—А как было?

Действительно как? Я ж это еще не придумал.

—Дело было так. Работаю я, значит, ночью, складываю дрова в поленницу, а тут шум, гам, несутся по улице степные наездники на волках. Увидели загон и давай к нему, соскочили с волков, Долли схватили и дёру. А я испугался, за амбаром спрятался.

—Что за Долли?

—Да овца это моя, ваша вернее, не перебивайте меня, а то я и так путаюсь. Короче. Их самый здоровый остановил и говорит:

—А как мы ее жарить будем? Давайте с собой и дровишек захватим.

Так и сделали, два мешка дровами забили, волку на спину закинули и к пустоши поскакали. А мне овцу вашу жалко стало, я топор взял и за ними побежал. Они как на пустоши прискакали стали костер разводить, а я подкрался, топором путы на овечьих ногах разрезал и деру, еле убежали от них. Я ее к коновязи поставил, только вот она за спасенье так была мне благодарна, что попросилась стать моим питомцем. Вот.

—Сама попросилась?

—Ну, не совсем…

—Понятно. За байку благодарю, а что касается остального. За мешки с тебя медяк, за дрова пять, а за овцу пять серебряных. Хотя за рассказ я тебе так и быть медяк скину. Гони деньги или будешь сказки свои рассказывать стражникам на дыбе.

—Черт, это все, что у меня есть… ладно, но Долли теперь моя!

—Да пожалуйста,— Дуболом сгреб со стой мои деньги и махнул рукой,— забирай.

Поздравляем! Овца «Долли» стала вашим полноправным питомцем.

Долли. Уровень 3.

Основные характеристики:

Сила — 1. (2)

Выносливость -1. (2)

Ловкость — 1. (1)

Жизненная сила — 60

Не распределенных очков основных характеристик — 15.

Не распределенных очков умений — 0.

Умение «удар головой»

—Держи.— Дуболом протянул мне какую-то разукрашенную палочку.

—Это чего?

—Овца-то эта, дрессированная, потрешь палочку, и, если она не слишком далеко, мигом к тебе прискачет. И если погибнет, через некоторое время ее можно будет вызвать сюда из Серых Земель.

—Ясно, благодарю.

—Ага и там вам ванную приготовили, идите пока горячая, а то несет от вас как от хлева нечищеного.

На это я отвечать ничего не стал, молча повернулся и пошел в указанную сторону.

Ванна несколько отличалась от тех к которым я привык. На деревянном полу стояла деревянная же круглая бадья, исходящая белесым паром. Больше никого в тесном помещении не было и я, скинув одежду, со стоном наслаждения погрузился в воду. Вода была горячей, на пределе терпимости и отлично смывала все негативные ощущения, оставшиеся в моем теле после вчерашнего дня. Я набрал в грудь воздуха и погрузился под воду с головой стараясь выкинуть из головы все ненужные мысли, а когда вынырнул, я уже был не один. В дверь зашла Алена в одном крошечном передничке и с парой мыльных мочалок в руках. Надо сказать, что передник не справлялся со своими обязанностями, он не скрывал ни золотистые кудряшки внизу живота, и не мог удержать грудь, так и норовившую выскользнуть наружу. От этого вида все негативные мысли сами вылетели у меня из головы. Я весь подался вперед, но Алёна меня остановила.

—Тпру, жеребец, спокойнее. Откинься на спинку и расслабься, сначала надо тебя вымыть. Мягкие губки заскользили по моему телу, окончательно смывая усталость. По воде побежали клочки пены, тая по дороге подобно легким облачкам в жаркий летний день. Алёна отложила одну мочалку, и продолжая другой водить по моей груди и шее, второй рукой скользнула по моему бедру, а потом и еще глубже в воду.

—К-хм, может ты уже ко мне присоединишься?— Через минуту не вытерпел я.

—Тс-с, я еще не закончила.

—О себе не могу того же сказать…

—Ты еще грязный, сиди и наслаждайся.

Волны по поверхности воды пошли еще быстрее. Я, не выдержав глухо зарычал, но Алёна не успокоилась, пока не довела дело до конца.

—Вот так,— весело произнесла она,— а теперь помоем спинку и можно вылезать.

Я зарычал еще раз, сгреб ее в охапку и затащил в ванную. Вода заплескалась, выливаясь на пол, заливая его пенными лужами, но мы не успокоились до тех пор, пока половина ее не перекочевала на пол, превратив его в мыльный бассейн.

—Ну, что ж, вот это другое дело,— довольно потянувшись, произнесла девушка через полчаса, когда я окончательно выдохся,— можно сказать деньги свои почти отработал.

—Почти?

—Ага, вот только еще немного помучаю и отпущу,— Алёна озорно улыбнулась и скрылась под водой.

Еще через пол полчаса я ввалился в обеденный зал выжатый как лимон и голодный как три бешеных волка, и тут же нос к носу столкнулся с толстяком из вчерашней группы неудавшихся дровосеков.