Фантазмы - Василий Головачев

— Я встречу их с фасада, ты со двора. Стреляй во все, что движется и даже если не движется. Важен шум, а не результат стрельбы. Надеюсь, пару минут мы выиграем, заставим их уважать противника.

Кирилл кивнул, и они ссыпались по лестнице вниз, выключая по пути освещение холла и помещения с бассейном. Затем открыли огонь с двух сторон: Утолин — по фигурам гостей и их машинам на улице, Кирилл — по пристройкам во дворе и по забору.

Стрельба длилась не больше полуминуты — кончились патроны. Кирилл метнулся назад, взлетел по лестнице на второй этаж и почувствовал, как пол под ногами мягко закачался и поплыл: Лаврик запустил свою программу Преодоления Невозможного, и она послушно «взломала» порог бытия, открывая брешь в иную реальность.

Утолин появился в коридорчике мгновением позже. У него в руке была спортивная сумка.

— Быстрее, чего остановился!

— Что ты задумал?

— Единственная возможность спастись — уйти в буферную зону. Там СНОС найдет нас не сразу.

— Что еще за буферная зона?

— Стык программ разных уровней. Зону никто не контролирует, и она живет сама по себе, изменяясь в соответствии с граничными условиями той или иной интенсивности. Потом объясню подробнее.

Утолин толкнул дверь в кабинет, и та осыпалась перьями пуха и клочьями тумана, исчезла. Кирилл ожидал увидеть глубокий провал со звездами в глубине, однако на этот раз картина оказалась иной.

Стены и потолок комнаты отсутствовали. Их место занимали заросли светящихся стеклянных шипов, образуя колючую полусферу. Паркет пола потерял рисунок и цвет, напоминая снежную корку, но пол еще выполнял свои функции и держал на себе мебель кабинета.

Стол, на котором стоял монитор, опять приобрел форму перепончатого гриба, а дисплей превратился в гигантский глаз на гофрированном выросте. В бездонном зрачке этого жуткого глаза медленно вращался багровый иероглиф в форме черепа и паука.

Лаврик сидел перед монитором, подавшись вперед, и работал обеими руками на клавиатуре, не глядя на нее.

Лилия, вцепившись в спинку его кресла, тоже смотрела на экран, и лицо ее выражало удивление и ужас.

Дом содрогнулся. С первого этажа в кабинет прилетело эхо удара.

— Они взорвали входную калитку! — бросил Утолин. — Все за мной!

— Куда? — не поняла оглянувшаяся Лилия.

— Лаврик, у тебя есть еще дискета с формулой?

— Две, — кивнул Киндинов.

— У меня тоже, — добавил Кирилл.

— Прекрасно, тогда не все еще потеряно.

Утолин достал из спортивной сумки пупырчатое зеленое яйцо с двумя скобами и кольцом, жестом велел Лаврентию освободить кресло, приладил яйцо — это была граната! — под процессором, протянул от него проволоку к двери.

— Все, уходим!

— Зачем ты?.. — начал компьютерщик, не понимая манипуляций капитана, потом догадался: — Хочешь взорвать?!

— У нас нет другого выхода. — Утолин посмотрел на Лилию. — Извини, машину мы потеряем.

— Ничего, — отмахнулась женщина, глянув на Кирилла со странной усмешкой. — Теряют больше иногда…

— В таком случае берите друг друга за руки, чтобы не потеряться, и аллюр три креста!

— Ты хочешь… пролезть через эти колючки?! — с недоумением посмотрел на капитана Лаврик.

Вместо ответа тот схватил его за рукав, Кирилл и Лилия взялись за руки, уцепились за Лаврика, и Утолин смело полез прямо в заросли стеклянного «саксаула».

Кирилл ожидал услышать хруст и стеклянный треск, но колючки свободно пропустили сквозь себя людей и сомкнулись за их спинами, отрезая интерьер кабинета. Призрачное ледяное сияние заполнило объем пространства вокруг беглецов, и наступила полная тишина. Затем что-то глухо ухнуло — это, наверное, сработала оставленная капитаном граната, — и бесконечные стеклянные заросли исчезли.