Война 2020. Поле битвы - Россия! - Ральф Питерс

Он отошел от монитора, потрогал пальцами глаза. Да, он очень устал. Кисть руки была забинтована ставшим уже грязным бинтом.

– Ничего не понимаю, Мерри. Если бы это был нервно-паралитический газ или любое другое химическое вещество, то хоть кто-нибудь бы выжил. Кроме того, автоматические датчики уже давно бы включились и поступило бы столько сообщений, что наш компьютер не смог бы их все обработать. – Он медленно покачал головой, затем провел забинтованной рукой по волосам. – Это просто бессмысленно.

– Похоже на город привидений, – сказал Хэнк Паркер.

Это грубое, слишком колоритное сравнение вызвало у Мередита раздражение, и он готов был возразить. Затем он почувствовал, как по всему телу побежали мурашки, и он понял, что замечание помощника начальника оперативного отдела полка разозлило его не своей наивностью, а своей точностью. На экране не было видно города, и Мередит не верил в потусторонние силы, но от изображения на экране веяло таким же холодом, какой царит в городе привидений.

Но только холод этот был другого свойства – порождение бесчувственной военной машины.

– Утенок, – позвал Тейлор по внутреннему телефону, – садимся, и как можно быстрее. Найди вертолет начальника оперативного отдела и садись прямо позади него.

– Вас понял.

– Сэр, – сказал Мередит, вдруг забыв о своей тревоге и вспомнив о своем долге, – а вы уверены, что нам надо садиться? А если там есть что-то такое, о чем мы не знаем?… Я хочу сказать, что вы нужны полку. Мы могли бы направить на разведку какую-нибудь другую эскадрилью, поэтому правильно ли?…

– Я не хочу ждать, – сказал Тейлор.

– Я тоже, – честно признался Мередит, – но мы должны подумать об общей обстановке. Мы должны…

– Успокойся, Мерри. Я уже решил. – В его голосе была натянутость, с которой Мередит раньше никогда не сталкивался.

Что-то страшное и необъяснимое было там, за бортом, и все присутствующие в кабине вертолета осознавали это, но никто не мог найти нужных слов.

– Что это? – требовательно спросил Тейлор, указывая пальцем на монитор.

По мере того, как М-100 приближался к центру района, бортовые датчики давали все более и более детальное изображение. Мередит прищурился и увидел черное пятнышко.

Это было тело мужчины. Оно лежало в том месте, где раньше были видны лишь замаскированные очертания вертолетов и царила зловещая тишина.

– Он двигается, – сказал Паркер.

Все склонились над монитором, и каждый чувствовал неприятный запах дыхания соседа.

Да. Ошибки не было. Не было сомнения, что это был человек в военной форме, и он судорожно дергался, время от времени бессмысленно жестикулируя.

– Боже, что это? – прошептал Тейлор.

Непонятные, конвульсивные движения человека были хаотичны. Но не было сомнения в том, что он жив, хотя снег уже чуть запорошил его тело. Движения человека что-то напоминали Мередиту, но он никак не мог вспомнить, что именно.

– Черт тебя дери, садись, – взревел Тейлор.

Мередиту показалось, что Тейлор только что осознал, что происходит. Но Старик, видимо, не имел желания делиться своими мыслями.

– Есть, сэр, – через секунду отозвался голос Кребса по внутреннему телефону. Казалось, что голос старого уорент-офицера дрожит, и это удивило Мередита, который привык к его профессиональной твердости.

Датчики М-100 отличались высокой чувствительностью, и, хотя они находились на расстоянии нескольких километров от дергающегося на земле человека, Мередит начал различать четкие очертания его тела и даже некоторые черты лица. Ему даже показалось, что он его узнал.

Вдруг он понял, что именно напоминают ему движения человека: они напоминали ему движения новорожденного, старающегося ухватиться за что-то своими ручонками.

– Возьми себя в руки, Мерри, – мягко сказал Тейлор.

Мередит покачал головой и вытер глаза. Он не мог заставить себя еще раз посмотреть на Хейфеца и других.

– Меня сейчас стошнит, – сказал он.

– Ничего страшного, – ответил ему Тейлор. Тоном своего голоса он пытался успокоить Мередита. – Выйди наружу. Это нормально, что тебя тошнит.

Мередит не двигался. В командном отсеке вертолета Хейфеца стоял жуткий запах отходов человеческого тела. Мередит закрыл глаза.

Он больше ничего не хотел видеть. Но с закрытыми глазами картины, увиденные им за последние несколько минут, казались еще более отвратительными.

– Меня сейчас стошнит, – опять сказал Мередит. Он чувствовал, как слезы текут по его щекам.

Тейлор крепко взял его за руку.

– Не поддавайся панике. Ты мне нужен, Мерри.

– Я не могу, – сказал Мередит, хотя он ясно не осознавал, что именно он не может.

– Все нормально.

– О Боже, – сказал Мередит. Он почувствовал новый позыв к рвоте. Но этот позыв не был сильным, и Мередит не двигался.

– Давай выйдем на минутку на воздух, – сказал Тейлор. Он говорил так, как будто обращался к всегда послушному ребенку в тот момент, когда тот плохо себя ведет. Мередит не понимал этого. Он ничего не понимал. И он не мог понять того, как мог Тейлор оставаться таким спокойным.

Сам того не желая, Мередит опять посмотрел вокруг. Сейчас все выглядело немного лучше. Когда они с трудом втащили запорошенное снегом тело молодого капитана в вертолет, то первое, что они увидели, были Счастливчик Дейв и члены его экипажа, валяющиеся на полу, как пьяные, с глазами, устремленными в пустоту. Их руки и ноги дергались, как тела обезглавленных змей, а изо рта текли слюни.

От промокшей формы исходил запах дерьма, и они издавали бессмысленные звуки, похожие на бред. Тейлор немедленно заставил Мередита положить каждого на живот, чтобы они не захлебнулись собственной слюной.

– Что это? – спросил Мередит. Потребовалась вся его сила воли, чтобы помочь Тейлору разложить людей. Труднее всего оказалось оттащить тело Хейфеца.

– Что это? – снова спросил Мерри.

– Я скажу тебе потом, – терпеливо сказал Тейлор. – Сейчас помоги мне.

Мередит касался тел своих товарищей, офицеров и сержантов, со смесью необычной твердости и ужаса, как если бы он брал в руки тела умерших от чумы. Но у всех этих людей не было никаких признаков болезни. Температура тела казалась нормальной, никаких следов ран, за исключением одного сержанта, который, видимо, упал вперед лицом и разбил себе нос.

Когда они клали его на пол, парень захлебывался кровью, как подбитое животное.

Затем Мередиту пришлось встать, так как приступы тошноты стали сильнее. Он увидел глаза Счастливчика Дейва, и на мгновение ему показалось, что они устремлены на него. Но это был лишь зрительный обман. Выражение глаз Хейфеца не было осмысленным.