Утраченный металл - Брендон Сандерсон

Даже Бог замер. Застыл, словно статуя. Пузырь кристаллизовался в видимую сферу. Мерцание ламп прекратилось. Что-то странное случилось со зрением Уэйна; все вокруг стало причудливым, пока он не осушил еще одну склянку и не разжег сталь, чтобы видеть с ее помощью.

Давай.

Уэйн плеснул на первую бомбу водой из фляжки. Отскочил, когда упали капли, и вытолкнул бочонок из скоростного пузыря ровно в секунду начала взрывной реакции. Вспыхнувший огонь и свет, очерченные удивительными голубыми контурами, на миг зачаровали его. Как будто душа бочонка отправлялась в потусторонний мир.

Кристаллизованный пузырь начал трескаться. Проклятье. Уэйн подскочил ко второму бочонку, плеснул воды и тоже вытолкнул его. Бочонок успел послать предупреждающий импульс по проводам, но приемник, контролирующий процесс взрыва, замер во времени, и сигнал полз, словно сквозь густую патоку.

Интересно, какую скорость развивал сам Уэйн? Ему-то казалось, что он стал чересчур медлительным от старости. Ха.

Он буквально врезался в третий бочонок и вылил на него остатки воды из фляжки. Затем толкнул, развернулся и посмотрел на все три бочонка, зависшие без движения. Он действовал так быстро, что взрыв начался только в первом, который вытолкнул с промедлением. Сейчас взрывная реакция приостановилась.

Уэйн тяжело выдохнул и выронил фляжку. Чудовище проглотило его, это факт. Но в таком случае всегда можно было придушить чудовище изнутри.

Кристаллизованный скоростной пузырь разбился.

Вокруг заиграли алые блики и расцвели огненные цветы.

72

Вакс барахтался в темной воде.

Вдруг справа что-то взорвалось. Яркая вспышка ослепила его. По воздуху, а затем и по воде пронеслись взрывные волны. В эти мгновения ему показалось, что он различает сквозь всеобъемлющий свет фигуру, возникшую перед ним, прикрывая от удара. Спокойного террисийца, невозмутимо стоящего на волнах, выставив вперед ладонь.

Затем снова наступила тьма. Ослепленный вспышкой, Вакс проморгался. Вокруг сыпались обломки, утопая в бурунах.

Вакс с трудом удерживался на воде. Он сильно ударился при падении – кажется, сломал ногу. Уэйн хотел спасти ему жизнь. Что за упрямый, возмутительный…

…прекрасный человек.

–Прощай, друг,– прошептал Вакс, глотая слезы.– Мой невероятный, ржавь побери, друг. Спасибо тебе.

Море становилось все неспокойнее, и Ваксу пришлось сильнее бороться с волнами. Через боль, усталость и горечь утраты он держался на плаву. Сначала разжег сталь, затем… что-то другое. Что-то в самой глубине, и сразу сделалось тепло.

Несмотря на это, он дрейфовал во тьме, и даже туман не приближался к нему. Нога не двигалась, плащ тянул на дно, а на плечи давил груз ожиданий целого народа. Вакс почувствовал, как теряет силы. Начал проигрывать схватку со стихией. Начал…

А это еще что?

К нему приблизился крошечный огонек. Маленький, но не сдающийся под напором тумана. Фонарь? На маленькой шлюпке? Откуда?..

Шлюпка приблизилась к нему. Лодочник в костюме извозчика поднялся во весь рост и протянул Ваксу руку в белой перчатке.

–Сэр, карета подана,– произнес Хойд.

73

Взрывная волна ударила Стерис, словно раскат грома. От неожиданности перехватило дух, в ушах зазвенело от взрыва. Ржавь.

После того как дела в порту завершились, алломанты отнесли их с губернатором в центр города, недалеко от первоначального штаба эвакуации. Очевидно, этого оказалось недостаточно, чтобы полностью обезопасить себя. Вокруг дрожали окна. Чуть ближе к порту – разбивались. А в самом порту, ближе к эпицентру…

К счастью, здесь, на крыше, кроме ударной волны, Стерис ничего не почувствовала. Ее паника длилась недолго. Яркая вспышка на горизонте постепенно затухала.

Только что на горизонте как будто вспыхнуло новое солнце, ужасное и прекрасное, озарив собой туманную мглу. Прошло лишь несколько секунд, и о нем напоминал только отпечатавшийся на сетчатке глаз ореол и слабый звон в ушах.

Губернатор выглянул из-за каменных перил, где укрылся в мгновение взрыва. Затем выпрямился в полный рост.

–Ему удалось?! Охранитель! Он справился! Взорвал бомбу на безопасном расстоянии! Город спасен!

Стерис тяжело выдохнула и кивнула. Ее надежда оправдалась – Вакс оказался там, где должен был. Но, увидев вспышку, Стерис не могла долго радоваться тому, что пережила взрыв.

«Ваксиллиум Ладриан, надеюсь, тебя не было на корабле в момент взрыва,– подумала она.– Ты… ты ведь спрыгнул, правда?

–Ждем цунами?– спросил губернатор.

–Да,– ответила Стерис.– Непременно.

–Мы… ну…– Губернатор расправил шейный платок.– Мы ведь спасли людей?

–Да,– сказала Стерис.– В порту будет небезопасно еще не один месяц. Придется многое отстраивать заново. Но, думаю, большинство жителей в безопасности.

У нее на глазах прибрежные воды отступали перед приходом цунами. Стерис надеялась, что гигантских разрушительных волн все же не будет. Ее исследования не дали точного ответа о поведении моря при взрыве.

–Хвала Выжившему,– произнес губернатор.– Рад… что вы позволили нам отступить. Я боялся, что вы решите остаться в порту.

–Ни к чему погибать вместе с городом,– ответила Стерис,– особенно если город погибать не собирается.

Варланс согласно кивнул. На деле он оказался весьма сговорчивым человеком. Наверное, этого стоило ожидать. Его выдвинули на пост губернатора люди, желавшие им помыкать. Люди, не ожидавшие, что он в самом деле возьмется за штурвал и станет управлять без посторонней помощи.

Она моргнула, но взрыв по-прежнему стоял перед глазами.

«Просто останься в живых…– подумала Стерис, глядя на далекое, поблекшее пятно света.– Пожалуйста».

74

Уэйн парил.

Очень высоко. Проклятье. Неужели там, внизу, планета? Она, как и утверждали ученые, действительно была сферической. Он-то надеялся, что на самом деле у нее будет форма пончика или чего-нибудь в этом роде. Чтобы все эти умники рты разинули.

Было непривычно висеть так высоко, да еще и в темноте. Наклонившись вперед, Уэйн потерял равновесие и как будто начал падать. Голова кружилась, ноги не слушались.

Гм. Кто бы мог подумать, что смерть так напоминает сильное опьянение? Уэйн решил, что мог бы написать об этом целый трактат.

К нему подплыла какая-то фигура. Большая, в мантии всех возможных оттенков мироздания. Эта сущность заполняла собой космическую тьму. Но в ее центре был дружелюбный лысый террисиец.

–Эй, Бог,– обратился к нему Уэйн.– Ну как там поживает мироздание? Время и пространство? Реальность и все такое?

–Хорошо,– ответил Гармония.– Благодаря тебе.