Хроники Лешего. Книга первая. Новобранец - Андрей Лобурец

Из-за её спины показался доктор, моложавый крепкий мужчина в возрасте, с окладистой рыжей бородкой. Он улыбнулся пациенту, придвинул к кровати стул и сел, поправив сползшие на нос очки.

– Ну-с, Максим, как Вы? Почему не отвечаете Алевтине Ильиничне? Она тут с Вас пылинки сдувает, а Вы? Всё спите и спите. Ну расскажите тогда мне, если стесняетесь медсестры.

– Х-х-ррр. – Прохрипел Максим.

– Что Вы говорите? Хорошо? Ну тогда просто замечательно, замечательно… Ваши родственники уже вторую неделю пытаются к Вам прорваться, да я пока не разрешал. Но раз Вы в порядке, допустим страждущих к Вам? А? – И доктор подмигнул Максиму. – Алевтина Ильинична, дорогая, пригласите к нам посетителей, если не сложно. А мы пока проверим наши показатели.

Доктор начал деловито нащупывать пульс на руке пациента. – Так, так, ну просто замечательно, Вы у нас совсем уже огурчик. Пульс отменный, сердцебиение без замечаний. Давайте посмотрим глазки, какова реакция у наших зрачков. Так-с, ну чудненько. Теперь давайте повернем Вас на бочок, мне необходимо осмотреть швы на спине. Ирочка, помогите, пожалуйста. – Врач очень аккуратно и профессионально, с помощью молоденькой медсестры, повернул Максима на бок и начал что-то делать со спины. – Ну-с, не к чему и придраться, заживает всё как на собаке.

У Макса снова сработала ассоциативная цепочка: собака, Симбионт, партнер, друг. Лаки! Неужели правда всё то, что ему вспоминалось. Как он там? Максим попытался обратиться внутрь себя, достучаться до Лаки. Но ожидаемое шестое чувство не просыпалось. Он начал волноваться и покрываться испариной.

– Ну что Вы, мил человек, так переживаете? Обычная процедура осмотра в послеоперационный период. – Попытался успокоить его доктор, приняв волнение Максима на свой счёт. Он вернул пациента в первоначальное положение и укрыл. – Да, да, после операции. – Подтвердил он, увидев вопросительный взгляд предмета своего профессионального внимания. – Сейчас придут родственники, и я всё вам расскажу.

– Виктор Сергеевич, родственники за дверью. – Заглянула в палату Алевтина Ильинична. – Запускать?

– Да-да, конечно. – Подтвердил доктор. И сразу стал руководить входящими. – Проходите, дамы, сюда, пожалуйста. Вот стульчики, присаживайтесь.

Максим скосил глаза и увидел свою любимую супругу и сестру. Их встревоженные, измученные лица не давали особого повода для гаданий относительно испытываемых ими внутренних переживаний. Он почувствовал вину ещё и перед ними, мало ему Лаки. Супруга пристроилась поближе, взяла его руку и крепко сжала в ладонях.

– Значит так, многое я вам уже рассказывал, но повторим для ясности и Максима. – Начал разговор Виктор Сергеевич. – Максим, Вы здесь уже больше недели. В результате аварии Вами были получены черепно-мозговая травма, травма позвоночника и закрытый перелом лучевых костей левой руки. Состояние было критическим и потребовалось экстренное хирургическое вмешательство на позвоночнике, чтобы устранить угрозу полного паралича. Операция прошла успешно. Сейчас Вы в ограничительном корсете, и Вам требуется полный покой для закрепления успеха. По этой причине Вы находились под влиянием препаратов, вызывающих медикаментозный сон. Состояние организма на текущий момент удовлетворительное, можно переводить в общую палату на недельку-другую, судя по скорости вашего заживления, а там начинать восстановительные процедуры. И месяца через три-четыре рассчитывать на определенный успех. Текущая реакция нижних конечностей на раздражитель нервных окончаний практически отсутствует, но всё же есть.

Макса словно молнией поразили озвученные сроки, у него просто не было этого времени. И оговоренную пару дней превратил непонятно во что, и всю проделанную работу под угрозу поставил. Неизвестно, что ещё с Лаки. И нужен ли Макс будет в таком состоянии пришельцам со звёзд.

– Доктор, у меня просто нет этого времени. У меня последняя стадия рака и жить осталось всего ничего. Отпустите меня домой, пожалуйста? – Прохрипел Максим и умоляюще посмотрел на доктора.

– Я знаю. Через недельку минимум, раньше не могу. – Виктор Сергеевич прямо осунулся. – Ну-с, вы тут поговорите, а я пойду, только чур недолго. Выздоравливайте, больной. – Он потрепал Максима по плечу и вышел, увлекая за собой медсестёр.