Охотник - Матвей Курилкин

– Ох… Давай-ка для начала проверим твои школьные знания, мальчик. Расскажи мне, как появилось Пепелище.

Аксель закатил глаза, вспоминая:

– Пепелище было центром города, там находился дворец центрального магистрата, дворцы магистров и особняки богатых горожан. Один квартал полностью принадлежал Университету алхимии и бестиологии – именно там, говорят, в двести семидесятом году от конца света и начался пожар, который длился две декады и уничтожил полдюжины окружающих кварталов. Дома принадлежали элите города и потому частично или даже полностью были построены из дерева, и многие из них стояли еще со времен гибели богов и были изначально защищены магией, которая по понятным причинам не обновлялась уже минимум двести семьдесят лет. А пожарная служба тогда еще не была достаточно хорошо организована, отчего быстро остановить пожар не удалось.

– Ну и чего тебе не хватает, чтобы самому назвать мне причины, по которым всю эту помойку до сих пор не убрали? Я, знаешь, тоже не в магистрате сижу и всех причин знать не могу. Но того, о чем догадываюсь, думаю, достаточно. Во-первых, и самое главное – это деньги. На расчистку завалов, снос зданий и уничтожение всякой нечисти, которая давно укоренилась в Пепелище, нужно такую прорву финансов, что представить страшно. Этим нужно было заниматься сразу после пожара, но тогда было еще сложнее. Сгорел центр города. Думаю, кстати, с пожарной службой все было нормально, это алхимики что-то здорово перемудрили. Сам увидишь – от их квартала вообще почти ничего не осталось, страшно представить, какой силы был взрыв. Поразительно, что так мало сгорело. Полсотни семей аристократов перестало существовать, городом было некому управлять, неразбериха стояла такая, что проблема выгоревших кварталов, самой территории, волновала власти в последнюю очередь. А когда все пришли в себя, было уже поздно. В оставленной части города обосновалось множество отбросов, собравшихся со всех концов города. Туда перебралась чуть ли не треть жителей трущоб, образовались десятки банд мародеров, там вызрели и осознали себя сущности, порожденные массовой смертью десятков тысяч разумных, там до сих пор бродят выжившие и адаптировавшие потомки результатов экспериментов бестиологов. Некоторым из этих тварей никакой огонь не страшен. Если этим заниматься сейчас, туда нужно сгонять всю армию – и то не знаю, хватит ли. Это, кстати, вторая причина – очень уж много народу погибнет, если загнать туда армию, как бы не столько же, сколько погибло во время пожара. А третья причина в том, что если разворошить этот клоповник, вся грязь и мерзость, что там собралась, расползется по всему городу. Нет уж, проще обнести все это стеной, поставить на стену полк стражи и забыть. Что, как тебе, должно быть, известно, и было проделано.

– Там правда настолько опасно? – поинтересовался Аксель после недолгого молчания.

– Для подготовленного разумного – опытного, знающего, что можно ждать, ничего сверхопасного там нет. Случайный горожанин, который каким-то образом смог попасть за стену с вероятностью один к двум не переживет ночь. Охотник, или стражник, из тех, кто постоянно ходит за стены, может погибнуть там только случайно. Поэтому я так довольна, что эта прогулка предстоит нам именно теперь. Лучшего места для тренировки учеников и придумать сложно. Ты же ведь не думаешь, что я сразу поведу тебя искать одержимого? Нет уж, встретиться с тварью нам в ближайшее время можно будет только случайно – серьезных заказов я брать не буду, пока ты не будешь готов.

– А я думал, обучение охотника заключается в собственно охоте, – слегка разочарованно признался Аксель.

Ида тихо рассмеялась.

– Ты торопишься, мальчик. Сначала тебя нужно выучить общаться с тварями попроще. Да и всякие элементарные вещи никуда не денутся. Каково, по-твоему, главное умение охотника?

– Умение распознать одержимого?

– Именно. И, как мы недавно выяснили, оно у тебя есть. Осталось научить тебя всему остальному. Убить одержимого непросто, и кроме одержимых охотникам приходится сталкиваться с другими опасностями.

* * *

Граница между Бардаком и Пепелищем выделялась очень явственно. Промежуток между линией домов и стеной, опоясывающей сгоревшие кварталы, был достаточно широк – несколько сотен метров отделяло крайние дома, и вся эта площадь была вымощена камнем. Из соображений безопасности, здесь до сих пор ничего не строили, несмотря на некоторую нехватку места в городе. Акселю редко приходилось видеть столь обширные пустые пространства. Он хотел остановиться и осмотреться, но Ида нетерпеливо потянула его за собой:

– Потом насмотришься, ученик. Успеет еще надоесть зрелище. Да быстрее же! – охотница кивнула на группу разумных в форме стражи, направившуюся к стене. Опять начал накрапывать дождь, и женщине не хотелось мокнуть дольше, чем необходимо. – У ребят как раз смена, не придется ради нас лишний раз калитку открывать.

Парень поспешил за наставницей, которая окликнула солдат, чтобы подождали, и быстрым шагом принялась их догонять.

– Доброе утро, гра Монссон! – вежливо поприветствовал охотницу офицер. – Неужели в Пепелище снова появился одержимый?

– На этот раз просто проверка, Йохан, – женщина махнула рукой. – Скорее всего, нет там никаких одержимых. Посмотри лучше, какого я себе ученика завела, – она указала на Акселя, как будто тут был кто-то еще и стражник мог не понять, кого охотница имела в виду. – Между прочим, ухитрился сам, без обучения, прикончить одержимую! Так что знакомьтесь, мальчики. Аксель, это Йохан и его отделение, с остальными потом сам познакомишься, а это Аксель. Буду его теперь учить всему, что сама знаю.

Лейтенант с уважением глянул на парня, на ходу протянул руку для пожатия:

– Завидую тебе, парень. Не каждому везет заполучить в учителя саму Иду Монссон! Ты – первый счастливчик. У нас про нее легенды ходят!

– Ой, ну ты меня просто в краску вгоняешь, безобразник! – проворчала Ида. – Лучше бы придумал пока, как мы будем выбивать паек на полдюжины дней у интенданта.

– А чего там выбивать, – пожал плечами лейтенант, обходя лужу. – Передам ему ваше направление на поиск, он все и предоставит.

– Направление-то на одного выписано, – пояснила охотница. – Акселя я только вчера в магистрат водила, сведения о нем в соседние районы еще не дошли. А запрос пришел из Свалки.

– Ну… – задумался Йохан, – я тогда с вами к нему схожу, объясним ситуацию. Анхель – мужик понимающий, не должен артачиться.

Анхель действительно не стал требовать, чтобы ему представили документы на выдачу пайка еще и для Акселя – немного поворчал и согласился, чтобы оные были ему переданы с нарочным, когда будут готовы, да еще выторговал у Иды пару щитовидных желез мутировавших крыс, если, конечно, таковые им встретятся на Пепелище. Охотница помогла ученику отрегулировать лямки рюкзака с провизией, и они, наконец, направились к внутренним воротам.

– Так, малыш, пора тебе прослушать краткий инструктаж, – говорила на ходу гра Монссон. – От тебя на данном этапе требуются две вещи – выполнять все мои указания, желательно быстро и не переспрашивая. А, главное, быть очень внимательным – ты должен замечать все, что кажется мало-мальски необычным, и обращать на это мое внимание. А уже я решу, представляет это необычное опасность, или нет. Это, в общем, все. Ну еще желательно воздержаться от громких криков и бестолкового метания, впрочем, с этим разберемся в процессе прогулки.