Кремль 2222. Фрязино - Алексей Волков

Нео послушно согнулся, выронил дубину и сразу получил второй удар, от которого упал и несколько раз дернулся в агонии. Однако в проеме уже возник следующий силуэт. Но и за спиной пластуна объявился кто-то из своих. Оглушающе громко простучала короткая, на три патрона, очередь.

Воспользовавшись помощью, пластун рванул вперед. Здание нужно было зачистить.

Снаружи бесновались рукокрылы, изредка грохотали очереди. Возможно, мутанты оказались в здании, спасаясь от крылатых тварей, как и разведчики. Только общая опасность не всегда сближает. Иногда за укрытие надо бороться.

На счастье людей, мутантов в здании оказалось лишь шестеро. Именно столько тел насчитали спустя пару минут. В общем, повезло. Победить удалось почти без потерь: несколько царапин, неглубоких ран и синяков не в счет. Как не в счет и израсходованные патроны. Ярополк действовал клинком, Денис – вообще так и не брошенной кувалдой, а на них двоих пришлась половина уничтоженных нео.

Накал снаружи тоже поугас. Добыча оказалась крылатым тварям не по зубам, и теперь они предпочитали держаться повыше. Пример полудюжины убитых сородичей был перед глазами, против брони делать им было нечего. Как нечего делать и в развалинах дома, где укрылись люди.

– Ну, вот и ладненько, – сказал Михаил. – Все хорошо, что хорошо кончается. Повеселились, и хватит. Пора занимать места согласно купленным билетам.

Что такое билеты, никто, кроме него, не знал, но мысль была понятна. Ночевать в доме не хотелось – опасно. На место одних мутантов могут явиться другие, и кто знает, чем завершится очередная стычка? Тут всего-то надо проскочить по открытому пространству считаные метры да проскользнуть в люки боевых машин. Дел-то: живым остаться…

Тем, чья машина была первой, повезло. Улугбек занял место механика и сейчас аккуратно подогнал бээмпэшку вплотную к зданию. Зато вторая стояла в отдалении, и подойти ближе скрытно было невозможно.

– Прикроем, – Михаил привычно вскинул автомат к плечу. – Давай по одному.

Есть шанс, что одиночка привлечет меньше внимания, чем группа.

– Подождите. Я ближе подгоню, – Ростислав снял шлемофон, вытер обильный пот, затем вернул головной убор на место, глубоко вздохнул и рванул к машине.

Он с разбега заскочил на лобовой лист и проворно нырнул на место механика. Из всей монастырской компании Ростислав был самым молодым, ровесником Дениса, а молодость имеет свои преимущества.

Поверху стремительно пронесся рукокрыл, однако с башни первой БМП коротко рявкнул пулемет, и снижаться крылатая тварь не рискнула. В наступившей тишине слышно было, как ругнулся Ростислав. А затем эжектор выпустил клуб сизого дыма, и машина двинулась ближе к зданию.

Остальное было уже проще. Рывок, прыжок, шаг к люку… Только Ярополк чуть задержался у борта, пытаясь понять, как лучше забраться на броню. Но если делаешь это не то второй, не то третий раз в жизни…

Атаковать рукокрылы больше не решились. Они так и носились над головами да изредка оглашали воздух криками. Зато небо стало заметно темнее, и поневоле сегодняшний путь должен был скоро закончиться. Только найти хорошее местечко для ночлега. Должны же быть такие в городе!

Кирилл словно не ведал усталости. С момента, когда они с Линой выбрались из укрытия, он все шел и шел, выбирая путь по одному ему понятным критериям. Он был постоянно настороже и даже пистолет держал в руке, а вот автомат забросил за спину. Почему выбор оружия был именно таким, он Лине не объяснял, а она не спрашивала. Дороги созданы для молчания.

Лишь когда темнота стала густеть, а Лина пару раз споткнулась, Кирилл повернул к неплохо сохранившейся многоэтажке. Девушка уже настроилась на какой-нибудь подвал, однако ее спутник весьма уверенно шагнул в подъезд и стал подниматься по лестнице, словно снаружи по-прежнему властвовал день и никакого мрака не было и в помине. Если Кирилл чего-то не видел – так это трудностей Лины. Только цыкнул, когда она споткнулась и упала, едва не загремев с лестницы вниз.

– Тише!

Стало обидно. Поцарапанную ладонь саднило, коленка болела, а парню хоть бы что. Карабкается, словно вообще один.

– Здесь, – Кирилл заглянул в одну квартиру, потом в другую – и выбрал ее. – Располагайся. Завтра дойдем до места. А пока спи.

Располагаться было особо негде. Усыпанный мусором пол – и больше ничего. Но за время скитаний других мест Лине почти не попадалось. Главное, чтобы не тревожили во время сна, а остальное… Разгрести немного мусор, чтобы камни не врезались в тело, свернуться на расчищенном пятачке, сохраняя тепло, – лучшего все равно не найти.

– На, поешь, – Кирилл был сказочно щедр. Он протянул спутнице кусочек мяса, оставшийся от обеда, и следом за ней заработал челюстями.

Много времени еда не заняла. Когда порции маленькие, растягивать их надолго не получается. Да и усталость брала свое, хотелось поскорее провалиться в сон. Только запить пищу глотком воды…

– Выйдем с первым светом, – предупредил Кирилл. – Нам еще топать порядочно.

– Я подежурю, – предложила Лина.

– Спи лучше. Мне завтра обуза не нужна, – буркнул Кирилл.

Каждый слышит то, что хочет. Девушке показалось, что в грубоватом ответе прозвучала забота о ней. Она полностью вымоталась за последние дни и очень нуждалась в отдыхе. Чтобы не требовалось поминутно пробуждаться и вслушиваться, не движется ли кто в ее сторону. Все-таки с попутчиком ей повезло. И собой хорош, и заботлив… Наверно, относится к ней очень тепло. Даже захотелось отблагодарить его извечным женским способом. Но Кирилл переместился ближе к оконному проему, не глядя на спутницу, а подвинуться к нему у девушки уже не было сил. Она свернулась калачиком и провалилась в сон, едва смежила веки. Усталость…

Вокруг было тихо. Небо затянуло легкой дымкой, – ни звезд, ни луны. Снаружи господствовал полнейший мрак. В квартире он был еще гуще. Сторожил Кирилл недолго. Смотреть было бессмысленно, оставалось полагаться на слух и рассчитывать, что бесшумно передвигаться в такой тьме не сможет никто. Сон мужчины был чуток, рука лежала на автомате. Спал он сидя, привалившись спиной к стене.

Лина проснулась под утро от холода. Конец лета не баловал прежней жарой, за ночь воздух остывал, напоминая о приближающейся осени. Тело сотрясала мелкая дрожь, и поделать с этим девушка ничего не могла. Мышцы застыли, и каждое движение давалось с трудом и с легкой болью.

– Проснулась? – отреагировал на звуки Кирилл. – Вовремя. Делай дела, и пойдем.

– Холодно, – невольно призналась Лина. Ей хотелось согреться в объятиях, однако Кирилл оставался неподвижен.

– Подвигайся. Руками помаши. Должно помочь. Только тихо, мало ли?

Девушке стало обидно от такого равнодушия, однако она почти сразу успокоила себя. Мол, не равнодушный Кирилл, а деликатный, потому и видит в ней в первую очередь человека, боится показаться назойливым. Захотелось намекнуть, что она не против, однако спутник уже поднялся, осторожно выглянул наружу и выдохнул: