Лунная пехота - Йен Дуглас

Среда, 9 апреля.

ДКС-44, радиопозывной «Ворон»;

Море Кризисов, Луна;

09:05 по времени гринвичского меридиана.

Перелет из Фра Мауро в Пикар был не таким резким и мучительным, как старт с космодрома Ванденберг или прыжок с околоземной орбиты. ДКС-44 работал в режиме лоббера. Главный двигатель десантника, изготовленный фирмой «Вестингхауз-Локхид», превращал воду в высокоскоростную плазму. Прозрачная и горячая, словно Солнце, плазма медленно, но верно толкала корабль к цели. Чтобы избежать вражеских радаров «жучок» скользил над поверхностью Луны на трехкилометровой высоте.

Кэтлин стояла за креслом пилота и всматривалась в простиравшийся внизу ландшафт, сравнивая его время от времени с компьютерными схемами. На небе Фра Мауро солнце стояло почти в зените, а поверхность Луны была серебристо-серого цвета. Здесь же солнце почти касалось западного горизонта. Реголит приобрел теплые красные тона, длинные тени придавали резкие очертания всем лощинам и впадинам, всем валунам и скалам.

— Мы приближаемся к кольцевому валу Моря Кризисов, — объявил Доу. — Скоро узнаем, следят ли за нами ооновцы. — Он указал на один из приборов с правой стороны консоли. — Последи-ка за индикатором угрозы. Если проснется, свистни.

— Роджер вас, — ответила Кэтлин.

Полчаса назад, пересекая Море Спокойствия, они пролетели над точкой, где когда-то приземлился «Аполлон-11». Кэтлин была уверена, что однажды на этом месте откроют музей, хотя сейчас опорная платформа лунного модуля выглядела сиротливой до слез.

Теперь ДКС-44 достиг восточных берегов Моря Спокойствия. Впереди показались горы, окаймлявшие Море Кризисов. Если ооновцы установили в Пикаре радар, то они смогут обнаружить американский корабль, едва он пересечет вершины гор.

— Отец много рассказывал тебе о том, что увидел на Марсе? — спросил Доу.

Казалось, вопрос был задан просто, чтобы поддержать беседу, но Кэтлин сразу почуяла подвох.

— Кое-что рассказал, — ответила она. — Но, по-моему, обо всем, что он видел, уже давно сообщили в новостях.

— А я-то надеялся, что на Марсе было что-нибудь интересное, — не унимался Крис Доу. — Знаешь, правительство часто утаивает от народа важную информацию!

— Если бы мне стало известно что-нибудь очень секретное, я вряд ли согласилась бы рассказать тебе об этом, — ответила Кэтлин — А если бы я вдруг проговорилась…

— Знаю, знаю, — закончил Крис — Тебе пришлось бы прикончить меня.

Это была их давнишняя шутка.

Кэтлин рассмеялась. Пилот десантного корабля был веселым, остроумным и симпатичным. Ей нравилось флиртовать с ним. Они часто разговаривали о марсианской экспедиции и сделанных там открытиях, и Кэтлин с удовольствием поддразнивала любопытного пилота.

— Похоже, на Земле все только и говорят о войне да о Строителях, — заметил Крис.

Строителями назывались неизвестные существа, создавшие загадочные сооружения на Сидонийской равнине Марса. Предполагалось так же, что эти инопланетяне причастны к превращению позднего Homo erectus в раннего Homo sapiens.

— Прежде всего марсианские находки стали причиной войны. Хотя, конечно, трупы древних землян вызывают интерес. А уж про экраны, обнаруженные в Пещере Чудес и говорить нечего.. Любопытное зрелище!

Крис Доу усмехнулся.

— Любопытное?.. По-моему, ты верно подметила. Мне этими Строителями уже плешь дома проели. И мать, и оба папаши, и сестра только о них и говорят целыми днями. Потом они услышали, что и на Луне могут быть следы Строителей, а когда узнали о предстоящей экспедиции, просто обалдели.

— А твои домашние случайно в секту древних астронавтов не вступили? — поинтересовалась Кэтлин.

— Нет, — сказал Доу. — По крайней мере, я так не думаю. А твой отец видел экраны в Пещере Чудес?

— Да. Он побывал там однажды с Дэвидом Александером… с одним их археологов, участвовавших в экспедиции. Отец не слишком об этом распространяется. Мне бы тоже хотелось побывать в Пещере Чудес. Мне кажется, там все гораздо интересней, чем рассказывали в новостях.

— Да-а-а… Что ж, может быть, мы найдем еще одну пещеру в Пикаре. Похоже, этот Марк Билло работает над чем-то крупным.

Корабль быстро приближался к горам. Склоны, обращенные к солнцу, блестели так ярко, что напоминали по цвету светлый пляжный песок, хотя на самом деле реголит темнее угля.

В этот момент индикатор угрозы проснулся: на нем загорелись красные огоньки.

— Нас засекли, — сообщила Кэтлин. Ее голос звучал спокойно и невозмутимо, но сердце вдруг сильно заколотилось.

— Вижу, — ответил пилот. — Может, они потеряют нас в горах…

ДКС-44 преодолел горы и оказался в Море Кризисов. Впереди виднелся погруженный в тень большой овальный кратер.

— Кратер Пикар, — сообщил Крис, проверяя показания приборов. — Мы уже почти у цели.

Индикатор угрозы продолжал сиять красным: горы не помогли ДКС-44 спрятаться от вражеского радара.

— Скажи ребятам, что скоро идем на посадку, — сказал Крис.

С каждой секундой овал кратера становился все шире. Крис решил посадить корабль у самого вала кратера. Кэтлин одобрила выбор места посадки: если вражеский радар установлен на дне Пикара, то гальюнники обязательно их потеряют.

Однако и с потерей высоты индикатор угрозы не погасил тревожные огни. Значит, ооновцы следят за ними, установив радар на валу кратера.

— Мы у цели, парни, — сообщила Кэтлин морпехам. — Кажется, враги знают о нашем приближении, так что готовьтесь к экстренной высадке.

Она напряженно всматривалась в мелькавший за иллюминаторами лунный ландшафт. Конечно, электроника корабля давала более полные сведения об окружающей территории, но Кэтлин очень хотелось увидеть опасную зону невооруженным глазом. Индикатор угрозы сообщал теперь о появлении еще одного радара.

— По-моему… — начала Кэтлин. И едва язык не прикусила: на валу кратера мигнула яркая точка.

— Ты это видела? — спросил Доу. Он, кажется, тоже не любил пользоваться электронными изображениями.

— Конечно, видела. Вон там… чуть-чуть правее.

— Что будем делать? Двинем дальше или посмотрим?