Правь. Книга 1. Наследники рода Воронцовых - Евгений Юллем

…- Ваше Сиятельство, к вам посетитель! — дворецкий, которого граф на русский манер звал «управитель», склонился в полупоклоне.

Граф Воротнев оторвался от бумаг.

— Что такое, Георгий? Я же просил не отвлекать меня от работы, — недовольно сказал граф. — Кого там черти принесли? Я никого не жду.

— Говорит, что его зовут барон Вертиго, — бесстрастно сообщил управитель.

— Говорящая фамилия, — усмехнулся граф. — Дури точно хватает явиться к аристократу без приглашения. Моветон налицо.

— Он очень просит его принять по очень важному и неотложному делу.

— Что, он беременный от кого-то из моих слуг? — пошутил граф.

— Не могу знать, Ваше Сиятельство.

— Ладно, зови, — вздохнул Воротнев. — Нет, к обеду я его не приглашу, имей в виду. Подашь через час.

— Есть, Ваше Сиятельство, — согнулся в поклоне управитель.

Барон Вертиго был чернявым, с масляными влажными глазами, с черными усиками-стрелками, как у Дали. На этом сходство с итальянцем заканчивалось.

— Ваше Сиятельство! Позвольте засвидетельствовать свое почтение, — легким кивком приветствовал он графа.

— Чем обязан, господин барон? — Воротнев решил выказать таким обращением свое недовольство. Ходят тут всякие, от дел отвлекают. Причем от идущих из рук вон плохо.

— Хочу сделать вам деловое предложение, — сразу взял быка за рога «итальянец». — Доходное и выгодное.

Тут граф заскучал. Столько проходимцев развелось в последнее время, с титулами и без. Прожектеры, мошенники, просящие средства на всякие там энергетические и генетические проекты, чьи витиеватые требования, если отбросить словесную шелуху сводились к двум словам — «дай денег!». Воротнев было открыл рот, чтобы послать итальяшку к бениной матери…

— Деловое — это значит, что я вкладываю деньги и немаленькие, а вы мне помогаете. И тоже получаете деньги. Большие деньги. При отсутствии малейших затрат с вашей стороны. Для начала, чтобы вы поняли серьезность моего предложения, вот вам реквизиты счета, который вы можете проверить, не вставая с места, — итальянец протянул кусок плотного картона. — Это то, что я готов вложить в наше предприятие, для начала.

Воротнев, усмехаясь, открыл ноутбук. Ну-ну, посмотрим, насколько ты серьезен, подумал он про себя. Вбив необходимые реквизиты, он вывел счет и… Да кто же ты такой, граф Монте-Кристо, что ли? На счету было десять миллионов полновесных золотых имперских рублей. Очень приличная сумма, в которой граф, особенно с учетом последних неудачных для клана финансовых операций, был заинтересован.

— Вот теперь я готов говорить с вами серьезно, — сказал Воротнев.

— Ну вот и хорошо, — усмехнулся итальянец, и полез в портфель. — Что вы скажете об этом?

Он положил перед графом длинный сафьяновый футляр, и открыл его.

Хм, ордена. Но какие-то странные. Вместо крестов и имперских орлов какие-то сатанинские перевернутые звезды, красные флаги с лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», запрещенные в империи полтораста лет назад. Странно, а при чем тут на одном из орденов в платиновой розетке профиль стародавнего министра просвещения графа Ульянова с надписью «Ленин»?

— Забавные вещицы, — покрутил граф один из орденов. — Но бижутерией я не занимаюсь, не мой профиль.

— А если вот так? — и тут итальянец достал большой старинный маузер.

Воротнев выпучил глаза, и зашарил под столом в поисках кнопки вызова охраны.

— Не беспокойтесь, он не заряжен, — итальянец с усмешкой положил здоровенную вороненую дуру перед графом. — Обратите внимание на таблички на нем.

Граф осторожно взял пистолет. Таблички, говоришь? «15 октября 1938 г. от Президиума Верх. Совета СССР» — гласила первая на щечке ствольной коробки. «Тов. Бочкину за бои у озера Хасан» — эта табличка, увенчанная неизвестным графу гербом, крепилась к магазину. На рукоятке была прикреплена копия того же ордена с перевернутой звездой и знаменем.

— И что с того? Сувенирная продукция вымышленного государства. Если бы бунтовщики и прочая продажная сволочь сумели бы свергнуть царя, то уж основать свое государство…

— Свергли. И основали, — барон достал смартфон, и запустил ролик. Под неизвестные песни на Красной Площади в Москве шел военный парад под красными флагами. — Это все достоверно. Но — из другого мира.

— Что вы мне голову морочите, любезнейший? — разозлился граф. — Я понимаю, талантливая мистификация, хорошо подготовленная, но…

— Возьмите смартфон и посмотрите видео, — сказал Вертиго. — Тут их много, гораздо больше, чем требуется для мистификации. Я не спешу.

— Я спешу.

— Настолько, чтобы отказаться от десяти миллионов рублей? Я не шучу, и если мы заключим контракт на производство специальной машиностроительной продукции, на которой вы специализируетесь и которой вы славитесь, то эти деньги будут немедленно перечислены на ваш счет как предоплата. А счет у вас в последнее время как-то оскудел. Насколько я помню, вы проиграли конкурс Генерального Штаба Российской империи концерну «Струг», а в НИОКР вложили немалые деньги, да и Главное Управление Здравоохранения отказалось сделать заказ на специфическую аппаратуру. Так что ваш маленький высокотехнологичный бизнес грозит вылететь в трубу, и мой заказ позволит хотя бы некоторое время вам побарахтаться на плаву.

— Ну и шли бы тогда в «Струг», — резко ответил граф. — Что вам мешает?

— Они аффилированные лица с госорганами РИ. Почему и получают преференции. Хотя, честно говоря, их продукция превосходит вашу, что немудрено, если сравнить концерн «Струг» и ваше опытовое производство хотя бы по ресурсам. То, что для них плюнуть и растереть, для вас смерти подобно.

Воротнев скорчил недовольную гримасу. Прав латинянин, чертовски прав. Так оно и есть.

— Вы в этом бизнесе вторые, или даже третьи, если взять концерн Воронцова. Но третий здесь не сорт, а возможность заработать. Мне без разницы, сколько весит вероятностный аттрактор для Вооруженных Сил, пятнадцать килограмм как у «Струга», или двадцать пять, как у вас. — продолжил барон. — Здесь не конкурс. И разработчиков и поставщиков такой редкой аппаратуры на рынке всего трое. Двое отпадают по определенным причинам, остаетесь вы.

— И я не в том положении, чтобы отказываться? — резюмировал граф.

— Ну в том или не в том — решать вам. Я озвучил вам предложение, привел доказательства существования множественности миров, о чем умалчивает Российская Империя. Другие об этом только подозревают, но не могут подтвердить этого. Но скоро дойдут и они, и вот тогда вы станете монополистами, и подомнете под себя рынок. А чтобы вы не оказались на мели, у меня с собой вся документация, в том числе и оформленные патенты, которые достаточно пустить через патентного поверенного, чтобы обломать весь бизнес в этой области.

— А в чем собственно заключается мой бизнес? Производить нужную для путешествия между мирами аппаратуру? Ну так на этом много не заработаешь. Да и Синод прихлопнет, если уж на то пошло. Или волхвы.