Мы воплотим богов - Девин Мэдсон

–Их слишком много!– где-то совсем рядом прокричал капитан Кирен, хотя я не видела его в водовороте лошадей и солдат.– Бегите, ваше величество! Бегите!

Я могла бы пустить лошадь галопом и ускакать через поля, даже увернуться от стрел, но после такого побега вряд ли сумела бы вернуть трон, разве что погибну в бою и стану мученицей, мертвым грузом повиснув на шее Мансина.

–Ваше величество!

–Я никуда не убегу, капитан,– рявкнула я, почувствовав вкус горячей и горькой крови, брызнувшей в лицо.– Это моя империя, будь она проклята, даже если придется за нее погибнуть!

Развернув непокорную лошадь, я взмахнула непослушной рукой. Меч отяжелел от крови кисианцев, которые не должны были умирать, а теперь попусту растратили жизни ради власти Мансина.

–Ваше величество!– отчаянно воскликнул капитан Кирен.– Там еще!

Я развернулась и увидела его с другой стороны от ворот, в которых скрылись доминус Виллиус и его солдаты. Но хоть враги и вошли в город, к нам приближались другие всадники и пехотинцы с хлопающими на ветру знаменами.

–Ваши приказы?– спросил капитан Кирен и, посмотрев на меня, не заметил направленный в его сторону меч.

–Капитан!

Я не успела бы вовремя достать Хацукой и выпустить стрелу в глаз вражеского кисианца, поэтому бросилась на него, словно могла остановить голыми руками, однако ему в грудь все равно вошла стрела, и он покатился по земле. Улучив момент, капитан Кирен сделал выпад и проткнул шею следующему солдату. Солдаты Мансина бросились врассыпную перед лицом новых врагов.

Стиснув меч с такой силой, что заболели пальцы, я приготовилась их встретить. Это были кисианские солдаты под императорскими знаменами. На мгновение я решила, что это наверняка чилтейцы, остаток армии доминуса Виллиуса, и они меня прикончат, но впереди скакали два всадника с развевающимися черными волосами, на огромных и сильных лошадях.

Тор и Нуру.

–Да!– выкрикнула я, потрясая кулаком в воздухе. От радости у меня полились слезы.– Да! Они нашли его! Это генерал Рёдзи!

От приступа радостных рыданий меч выпал из моей руки, я наклонилась вперед, прижавшись лбом к потной гриве лошади в благодарственной молитве.

–Вы здесь!– выкрикнула я, как только они могли меня услышать.– Благодарение богам, вы пришли!

–Мико! Ты цела?– спросила Нуру, осадив коня передо мной и не выпуская из рук лука.– Кто они? Что происходит?

–Где остальные?– добавил Тор, но я не успела ответить ни на один вопрос, поскольку к нам присоединился хмурый генерал Рёдзи.

–Ваше величество, вы не ранены?

–Я… Вроде бы нет, но…

Я оглядела залитое кровью поле, и меня затошнило.

К нам прискакал капитан Кирен, слишком спокойный для человека, который уже лишился бы жизни, если бы не стрела Нуру.

–Генерал.

–Капитан. Что тут произошло?

–Нам перегородили дорогу на подступах к городу. Доминус Виллиус подстроил ловушку.

Услышав это имя, я вернулась в реальность, и восторг от их прибытия испарился.

–Доминус Виллиус! Проклятье! Нет времени объяснять,– сказала я.– Сичи в беде, а Мансин вот-вот отдаст всю империю Чилтею. Он наверняка уже во дворце. Все эти люди служат вам, генерал?

–Они служат вам, ваше величество,– отозвался Рёдзи.– Но, как я вижу, мой рассказ придется отложить до лучших времен. Ведите нас.

Им пришлось проглотить все оставшиеся вопросы, а я, взглянув на их лица, вдруг поняла, что не знаю не только как действовать дальше, но и что мы обнаружим в городе.

–Во дворец!– скомандовала я, и моя новая армия пришла в движение.

–Хорошо, но я впереди на случай, если они решили устроить еще одну ловушку,– сказал генерал Рёдзи, с легкостью входя в прежнюю роль.

Он выкрикнул несколько приказов солдатам, и мы тронулись к теперь уже пустым воротам, через площадь. Копыта лошадей зацокали по почерневшим от копоти камням. Времени оглядеться не было, я успела только увидеть кучки людей, опасливо косящихся на нас, закрытые ставнями окна, забаррикадированные двери и почуяла густой запах гари. От солдат, преградивших нам путь, не осталось и следа. Никто из тех, мимо кого мы проезжали, не напоминал переодетых чилтейцев Лео, но им наверняка пришлось двигаться быстро, чтобы не привлекать слишком много внимания.

Мы скакали за генералом Рёдзи. Ближайшая площадь была уставлена шатрами левантийцев, но ни Тор, ни Нуру не обратили на них внимания. Вскоре возникнут вопросы, что здесь делает заклинательница Эзма и ее последователи, чего она ждет, но я не готова была давать ответы.

Приблизившись к первым казармам, когда-то принадлежавшим гарнизону Симая, я рассчитывала увидеть кровь и неразбериху, потому что первые ряды объединенной армии должны были взломать ворота и перебить всех чилтейцев внутри, но, хотя рядом находилась большая группа солдат, ворота по-прежнему были закрыты. Перед ними несколько священников встали цепью и бормотали молитвы.

–Что происходит?

Командующий солдатами генерал Русин, похоже, пытался вести переговоры, но повернулся на звук моего голоса.

–Ваше величество,– сказал он, охотно признавая мой статус, ведь теперь это было ему на руку.– Может быть, у вас получится лучше.

–Возможно, но сначала скажите, генерал, вы в курсе, что вместе с солдатами лорда Мансина тайно ехал доминус Виллиус?

–Нет времени… Что?!– Он выглядел по-настоящему потрясенным, а лгать с той же легкостью, как и Мото, ему никогда не удавалось.– Я не вполне вас понимаю.

–Я тоже не вполне понимаю, как это произошло, но надеюсь, что ваш командующий мне объяснит. А также почему его люди преградили мне путь через ворота и напали на меня, это уже вторая его попытка лишить меня жизни самым изощренным способом.

–Ваше величество, я…

–Не пытайтесь меня убедить, будто вы не знаете, что Мансин захватил всю власть еще до того, как объявил себя императором в мое отсутствие,– без малейшей жалости прервала его я.– Я не желаю выслушивать оправдания. Если вы действительно преданы Кисии и трону, придется это доказать. Итак, что здесь происходит?

Генерал Русин нервно сглотнул и уже собрался возмутиться, но передумал.

–Ваше величество,– сказал он.– Похоже, матушка Ли велела этим священникам не пускать нас в казармы.

–Почему?– спросил генерал Рёдзи, остановив свою лошадь рядом со мной.

–Не могу сказать, Хаде,– ответил Русин.– Это как-то связано с левантийцами и их новым домом, и, честно говоря, я уже начал опасаться, что священники помутились рассудком – может, чем-то отравились.

–Ваше величество!– обратился ко мне один священник, шагнув вперед.

Нет, не просто священник, а матушка Ли, единственная женщина, получившая такой высокий сан.