Доктрина смертности - Джеймс Дэшнер

Уши заложило, Улей превратился в размытое оранжевое пятно. Голова закружилась, желудок подскочил к самому горлу… Потом все замерло, и Майкл понял, что висит перед той самой ячейкой. Прочел имя на ней: «Джексон Блейн Портер», и в груди защемило.

Майкл подлетел ближе и коснулся панели с именем того, чье место в жизни он занял, у кого все забрал, но добился только привычного эффекта: экран мигнул красным. Похоже, у Майкла просто не было прав доступа к содержимому соты.

Но что в ней? Насколько вообще все здесь реально? Вдруг Улей, соты – просто символический образ? Майкл как можно ближе наклонился к ячейке: тени внутри извивались, то увеличиваясь, то вновь сжимаясь. Майкл продолжал, завороженный, всматриваться в плоскую переднюю стенку соты. Казалось, он вот-вот поймет суть посмертия, мира духов, чего-то такого сверхъестественного, чего прежде никак не мог постичь.

Внезапно тени соединились, сошлись в точку, омываемую пульсирующим оранжевым светом. Одно большое пятно приняло овальную форму, приобрело объем, очертания… при виде которых Майкл отпрянул. Он пришел в ужас; его ауру била крупная дрожь.

Лицо. Два глаза, нос, тонкая линия губ, скулы, подбородок – все смутное, нечеткое, но различимое. И это лицо взирало на Майкла из ячейки, что ритмично гудела и мерцала.

Сердце заныло, тело как будто превратилось в кусок льда. Что это такое? Неужели перед Майклом – сущность Джексона Портера, чью жизнь он украл? Непонятно… Майкл ничего не соображал, но и взгляда отвести не мог.

– Прости, – шепнул он, понимая, что слова тут бессмысленны. Лицо в соте вновь разлетелось на отдельные клочки тени, и они закружили внутри ячейки.

– Это я и хотела тебе показать, – произнесли у него за спиной.

Вскрикнув от неожиданности, он резко обернулся и ударил рукой наотмашь, однако никого не задел. На некотором расстоянии от него в воздухе парила Хельга – в привычной ауре няни из родного дома, практически второй мамы, – а позади нее зависли Сара и Брайсон. Когда и как Хельга успела сменить ауру? Неважно, главное, что Майклу при виде ее стало спокойней и легче.

– Что происходит? – спросил он, желая выплеснуть накопившееся отчаяние и гнев. – Зачем это все? Хочешь сказать, что в этой ячейке и сидит Джексон Портер, как какой-нибудь живой кусок данных? Мне надо вбить пароль, и он освободится, вернется в мой мозг? Ты за этим меня сюда привела?

Заметив боль на лице Хельги, Майкл сразу пожалел о сказанном. Впрочем, Хельга быстро взяла себя в руки, снова напустив на себя командирский вид. Сара перенеслась к Майклу и обняла его за плечи.

– Прости, что потеряли тебя, – тихо извинилась она. – Я старалась держаться Хельги, думала, и ты поступишь так же.

Не сводя глаз с няни, Майкл взял Сару за руку.

– Для меня было очень важно, чтобы ты сюда попал, Майкл, – ответила Хельга. – Да, потребовались большие усилия, мы шли на риск, но знай: это место абсолютно реально, и ты просто обязан запомнить его. Накрепко. Чтобы не забывать, против чего мы боремся.

– И против чего же? – резко спросил Майкл, устыдившись собственной несдержанности. – Какова наша цель?

– Да, кстати, – согласился Брайсон, облетая Хельгу и заглядывая в глаза ее ауре. – Уместные, надо сказать, вопросы.

Хельга жестом руки обвела ячейки.

– Содержимое этих ячеек увеличивается в геометрической прогрессии, и, если честно, мы даже не в силах определить, ко всему ли приложил руку Каин. Выяснить предстоит еще очень многое, но все это – люди, Майкл. Люди, лишившиеся тел. В одном мы с тобой точно согласны: это преступление против самого святого, что только может быть во вселенной. Почти то же, что Каин проделал с тобой, когда забавлялся с твоей жизнью, разумом, чувствами, будто они – очередная виртуальная игра.

– Я хочу помочь, но не знаю как, – отрезал Майкл. С каждой секундой ему становилось все хуже, сердце разрывалось. – Или мне сдаться? Пусть Джексон забирает назад свое тело. Мне плевать… Как это работает?

– Майкл, – со вздохом произнесла Хельга, – ты меня так и не понял. Я не затем привела тебя сюда, чтобы ты раскис. Наша цель – освободить всех этих пользователей и сделать так, чтобы их судьба не постигла других. Надо исправить мир – оба наших мира, пока они окончательно не пропали.

– Хорошо, – ответил Майкл. – То есть нам надо остановить Каина, и мне пора возвращаться в Освященную Долину. Думаю, там и можно будет уничтожить программу Доктрины смертности. Не понимаю только, зачем ты показала мне беднягу, чье тело я занял? Хотела, чтобы мне стало совсем плохо? Молодец, удалось.

Ответила Хельга не сразу. Несколько секунд, которые показались Майклу минутами, она молча смотрела на него.

– Ты меня разочаровал. Возвращаемся.

Не успел Майкл ответить, как она исчезла. Ну и ладно, все равно он не знал, что сказать.