Мой враг, моя любимая - Влада Южная

За стеной долго шумела вода, а я так устала за день, что веки стали опускаться сами собой. Проснулась вновь от того, что мужские руки стащили одеяло и перевернули меня на спину. Я только успела охнуть, а Ивар уже задрал мою ночную сорочку и приложился губами к животу над резинкой трусиков.

Я простонала от удовольствия. Хотя щетина на его подбородке впивалась в кожу, ласковые и нежные поцелуи резко контрастировали с этим ощущением. У меня даже мурашки по ногам побежали. На обнаженных плечах Ивара еще блестели капельки воды, влажные волосы были зачесаны назад, а вокруг бедер белело полотенце. Я замурлыкала и приподняла бедра, чтобы поощрить своего мужчину.

– У тебя точно ничего не болит? – пробормотал он мне в живот, цепляясь пальцами за край трусиков и оттягивая их ниже. – Как там мой ребенок?

– Ивар… – Я облизнула губы, потому что поцелуи теперь ощущались немного ниже. – Я сама недавно узнала. У меня ничего не болит. По правде говоря, я вообще ничего не чувствую пока.

– Я заберу тебя в город. Тебе нельзя здесь оставаться.

Это предложение прогнало с меня все остатки дремоты.

– Мне нельзя в город! – воскликнула я и приподнялась на локтях. Ивар тоже поднял голову, глядя на меня снизу вверх. – Что мне там делать? Сидеть взаперти в твоей квартире? Тут я могу хотя бы гулять на свежем воздухе. А Мила говорит, что беременным нужны прогулки.

– Но здесь опаснее, – нахмурился он.

– Для нас везде опасно. Но сидеть в четырех стенах и умирать от скуки – опасно для моего здоровья прежде всего.

Ивар выдохнул и скорчил скептическую мину.

– Я не собираюсь рисковать ни тобой, ни нашей дочерью.

– Я тоже меньше всего хочу рисковать нашим сыном.

Он приподнял бровь.

– Ах, все-таки сыном?

– Конечно, – я улыбнулась и взъерошила его волосы. – Надеюсь, у него появится львенок, и он станет точной копией папы.

– А мне бы хотелось, – сверкнул глазами Ивар, – чтобы вместо одной красивой девочки у меня стало две. Ты не даешь себя баловать как следует. Буду отрываться на дочке.

Я фыркнула и рассмеялась.

– И никаких фамильяров, Кира, – серьезно добавил он. – Я мечтаю когда-нибудь перебраться с тобой в город. Наша дочь не должна расти затворницей…

– Как я?

Ивар отвел взгляд, но я взяла его за подбородок и заставила посмотреть на себя снова.

– А я не жалею, что была затворницей. Иначе у нас с тобой все могло бы сложиться по-другому. – Я кокетливо улыбнулась, но тут же ахнула, потому что он одним движением сдернул с меня трусики и коснулся языком самой чувствительной точки тела.

– Никаких «по-другому», охотница, – проворчал Ивар и принялся целовать, лизать и легонько покусывать меня. – Я сразу понял, что ты будешь моей.

Я хотела что-то возразить, но мысли перепутались в голове, уступая место приятной пустоте. В конце концов, так ли уж важно, что могло быть в прошлом, когда теперь, в настоящем, нам так хорошо?

Я взглянула на своего мужчину. Закрыв глаза, с выражением крайнего удовольствия на лице он ласкал меня языком и сам дрожал от возбуждения. Я упала на простыни, стиснула зубы, выгнулась навстречу жадному рту Ивара. Не прекращая занятия, он устроился поудобнее на боку, поймал мою ногу и поставил ступней на свой твердый член.

– Как же я хочу тебя, охотница… я не переживу эти девять месяцев…

– Уже не девять осталось… – пробормотала я сквозь собственные стоны.

Где-то на краю сознания вдруг вспыхнула тревожная мысль: почему Ивар говорит так, будто отказывается впредь заниматься со мной любовью? Но тут накатила горячая волна освобождения, и на несколько мгновений я выпала из реальности в белоснежный вакуум, лишенный каких-либо звуков, запахов или оттенков.

– Я хочу тебя… внутри… сейчас… – прохрипела я, когда первые спазмы отпустили, а тело начало расслабляться и наливаться тяжестью.

– Нет, – Ивар отпрянул и сел между моих ног.

Он попытался перевести дыхание, но все равно выглядел возбужденным и сердитым. Полотенце сползло с бедер, открыв его желание во всей своей красе.

– Это как нет? – подскочила я.

Его затравленный взгляд метнулся ниже моей талии.

– Не хочу там повредить что-нибудь. Тебе было сейчас хорошо, и это главное.

Я тоже посмотрела ему ниже талии и скривилась от сочувствия.

– Но у меня даже живот еще не вырос! Если ты будешь осторожным…

– Я сказал «нет», Кира! – рявкнул он.

– Ах, так! – прищурилась я.

Быстро переместившись на пол, я устроилась между ног Ивара и взяла его в рот.

– Мать твою, охотница… – он вцепился мне в волосы обеими руками, сильно потянул, чтобы не позволить продолжение, но через секунду вдруг надавил на затылок так, что я чуть не поперхнулась, ощутив его у своего горла. – Что ты со мной делаешь?

– А на что это похоже? – пробубнила я, пытаясь одной рукой выпутать его пальцы из своих волос.

Ивар простонал низко и хрипло. Видимо, до него дошло, что мне неудобно, потому что резко отдернул руки куда-то вверх. Откинулся на спину, вытянулся во всю длину своего великолепного тела так, что обозначились ребра, и задышал часто-часто.

Я сделала еще одно осторожное движение, и почувствовала, как от стонов Ивара сама повторно возбуждаюсь. Он принялся двигаться навстречу мне, совсем как немногим ранее я делала это для него. Мышцы на плоском животе сокращались, темп все ускорялся. Я запустила ногти в бедра Ивара, посылая сладкие судороги по всему его телу.

– Остановись… остановись… – бормотал он, – черт, не останавливайся…

Что-то подсказало мне, что Ивар уже на грани оргазма. Но мое собственное тело уже распалилось до такой степени, что эгоистично требовало и своей доли удовольствия. Я подтянулась на руках, забралась на Ивара верхом. Он мгновенно рванулся навстречу и сел. Одной рукой вцепился в мою шею, другой – зафиксировал бедра. Ворвался снизу, удерживая меня в таком положении. Большой. Раскаленный. Перевозбужденный до потери рассудка. Я наслаждалась в его руках. Ловила его губы и шептала его имя, пока Ивар продолжал сам двигаться подо мной. Мои соски терлись об его грудь, вызывая сокращения внутренних мышц.

Казалось, меня скрутило в тугой узел – и в следующий миг вышвырнуло в свободный полет.

– Все… – шепнула я Ивару, позволяя ослабить самоконтроль и излиться внутри меня горячей лавиной.

– Крутишь мной как хочешь, – простонал он и рухнул на спину, тяжело дыша и облизывая пересохшие губы.

Я спрятала счастливую улыбку и положила его ладонь на свой живот.

– Зато теперь ты знаешь, как пережить девять месяцев.

Возможно, небеса услышали мои молитвы, потому что, вопреки опасениям, на нас больше никто не нападал. Постепенно жизнь в поселении вернулась в прежнее спокойное русло. По вечерам в нашем доме снова стала собираться шумная компания. Раздавался смех. А однажды, спустившись ночью на кухню попить водички, я едва ли не до смерти перепугалась, потому что наткнулась в темноте на Милу, зажатую в уголке Байроном. Похоже, у этих двоих начало что-то получаться, а наш пример с Иваром стал заразительным.