Вспомнить всё - Филип Киндред Дик

– А скажите, кто из вас хотел бы увидеть такую плитку? – весело спросила Николь. – Поднимите руки!

Исполненный надежд Иэн тут же поднял руку.

– Да, я вижу, вам всем нравится эта плитка! – проговорила Николь, ослепительно и в то же время ласково улыбаясь. – Возможно, чуть позже мы снова посмотрим, что происходит в Белом доме! Как вам такая идея?

Прыгая в кресле, Иэн радостно прокричал:

– Да, конечно! Я только за!

Она улыбалась лично ему с экрана телевизора. Во всяком случае, так казалось. И он улыбнулся ей в ответ. А потом неохотно, словно придавленный огромной тяжестью, развернулся к книгам. Да уж, пора спуститься с небес на грешную землю – вот он, наш тяжкий земной удел…

За окном что-то грохнуло, и чей-то голос тоненько позвал:

– Иэн Дункан, вылезай, времени мало!

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, он увидел, что в ночной темноте за окном повисла какая-то яйцеобразная конструкция. А в ней сидел человек и энергично махал рукой, требуя выйти наружу. Яйцо издало громкое пшшшшшш, огонь втянулся в сопла, и сидевший в аппарате человек откинул крышку люка и высунулся наружу.

Они что, уже пришли меня тестировать? Таким вопросом задавался Иэн Дункан. Он встал, и тут же навалилось отчаяние. Так быстро… О нет, я не готов, не готов…

Человек в летучем яйце развернул корабль, и белое пламя из дюз ударило в стену здания. Комната содрогнулась, полетели куски пластика. Окно разбилось от нестерпимого жара. В образовавшуюся дырку кричал человек. Он изо всех сил пытался вывести Иэна Дункана из ступора и махал руками:

– Эй, Дункан! Давай, поторапливайся! Я уж братца твоего подобрал, он на другом корабле летит!

И человек – пожилой, но очень ловкий – забросил себя в комнату. На нем красовался дорогущий синий в полоску костюм из натуральной ткани.

– Давай, нам пора! А то застукают! Ты что, совсем меня не помнишь? Надо же, и Эл не помнил. Слушай, ну они молодцы, снимаю шляпу…

Иэн Дункан вытаращился на незнакомца. Кто это? И кто такой Эл? И что вообще происходит?

– Да уж, мамочкины психиатры постарались на славу… хорошо вас уделали, да… – выдохнул незнакомец. – Бетесда, говорите, – ну там у них и специалисты! Надеюсь им не попасться в будущем!

И он подошел к Иэну и положил руку на плечо.

– Полиция закрывает все мои космопарки. Я улетаю на Марс и забираю тебя с собой. Давай, соберись. Я – Безумный Люк. Ты меня не помнишь, но потом вспомнишь. На Марсе – обязательно вспомнишь. И брата тоже. Давай. Пошли.

И Люк подпихнул его к дырке на месте окна, к висящему в воздухе яйцу – конечно, это был подержанный космический катер, точно, как я мог забыть, подумал Иэн.

– Ну ладно, я согласен, – пробомотал Иэн.

Непонятно, правда, зачем этому джентльмену забирать меня с собой. И что ему понадобится на Марсе? Зубная щетка, пижама, пальто? Он принялся судорожно оглядываться – в последний раз, в последний раз я вижу свою квартиру. Он это понял. Вдалеке завыли полицейские сирены.

Люк залез обратно в катер, Иэн взобрался на корабль следом – старик подал руку. По полу ползали ярко-оранжевые существа жучиного вида. Все они тут же приветственно замахали усиками. Папула, вдруг вспомнил он. Да, папула, точно.

Все будет хорошо, думали папулы. Ты, главное, не волнуйся. Безумный Люк залетел за тобой вовремя – в последний момент, можно сказать. А теперь – просто расслабься.

– Да, – проговорил Иэн.

Он прижался спиной к стенке корабля и расслабился. И впервые за много лет он почувствовал себя спокойно.

Корабль рванул вверх – прямо в ночное пустое небо, к новой планете и новой жизни.