Марсианин - Александр Богатырёв

— Магазин теми гориллами доволен. Говорят хорошая реклама их кожаной одежде, — отметил Александр.

— Ага. Два глаза и ни в одном интеллекта, — язвительно отозвалась директор, — Зато в Кожаной Куртке От Кого-то Там. Кстати, а ты не интересовался, как он это умудрился сделать?

— Ты будешь смеяться, но это всего лишь грамотное применение Фотошопа и Корел Драва. Он обфотографировал Инку, после загнал фотки в Фотошоп, обработал, перекинул в Корел и выдал то, что ты видишь. И всё очень быстро. Даже наши пацаны окосели. Некоторых приёмов, что он тут применил они не знали. Лёва всё пытается его растрясти на подробное описание.

— Очень убедительно нарисовано… Если бы он рисовал это для Храма, я бы сказала, что это просто ангел. Просто. Ангел. Интересно, он ВСЁ так убедительно может изобразить?…

— Поручи ему нарисовать Сатану. Увидим!

Елизавета снова на минуту замолчала изучая плакат.

— Уверена, что нарисует так, что он будет слишком убедителен.

— Вот-вот! И затолкнём это попам! Пускай своих прихожан пугают! — хохотнул Александр.

— Не получится, — вдруг ехидно заявила Елизавета.

— Почему не получится? — удивился он.

— Если он изобразит его ТАК убедительно, то попы просто паствы лишатся.

— Хм… а ты права! Только это… — Александр прищурился и выдал спустя небольшую паузу — не ангел.

— Почему?

— Посмотри. Ангел тут бы изображён был как нечто совершенно беззащитное. А за этой… чувствуется сила.

— Духа…

— И духа. Эта себя в обиду не даст! Эльфийка-охотница. Но не ангел.

— Пожалуй, ты прав.

— Надо бы нашим толкинутым этот образ подкинуть.

— Ты опоздал! — снова ехидно заметила Елизавета.

— Почему? — дивился брат.

— А ты что, не знал, что Инка из них?

— Инка из тусовки толкинутых?!!! Да ты брось! — изумлению Александра не было предела.

— Ага! И давно. Они и меня не раз приглашали к себе. Только чую, что им наша реклама и наши спонсорские денежки нужны, а не я сама.

— Зря ты так думаешь. Я с их Андариэль знаком. Она конкретно тобой восхищается.

— …Особенно после того, как я им нарисовала кучу картинок на их темы. С их физиономиями.

— Ну не всё же так меркантильно в нашем мире! — обиделся Александр.

— Не всё. Но среди людей, почему-то редко встречается.

Елизавета Васильевна наконец оторвалась от созерцания деталей представленной работы и посмотрела с лёгкой усмешкой на брата.

— Слушай, а может его самого вашей Андариэль «сосватать»?

— Да она такая же «моя» как и «твоя»… я только её из толкинутых и знаю…

Александр поднял бровь и слегка задумался обхватив ладонью подбородок.

— Пожалуй, я их сведу и посмотрю что будет, — сказал он хищно, — эта фифа сама косит под нечто типа…

И он покрутив пальцем в воздухе указал на монитор.

Елизавета Васильевна посмотрела на брата и ухмыльнулась.

— Ну если мы обсудили матримониальные планы той Андариэль, — вернёмся к земным проблемам, — она кивнула на монитор и спросила:

— Что будем делать с этим? Шахов просто дебил если это забраковал.

— Не проблема. Загоним эту рекламу мадам Дудковой. Вот та, я знаю, оценит. Тут совсем немного надо переиначить под специфику её заведения. А Шахову пусть Чуев своих горилл рисует.

— Я того же мнения. Так и сделаем.

— А! Кстати! Ты, помнится, хотела поменять баннер на нашем здании. Может ему поручим нарисовать проект? Посмотрим, что выдаст для начала.

— И это тоже. Спасибо, что напомнил.

В тот день Вадим пришёл на работу как обычно.

Лев Кириллович тряся своей козлиной бородой хохотал над какой-то пошлой шуткой, отпущенной Даниилом Осокиным — весьма скользким типом, отвечающим непонятно за что, но лезущим во все дела сразу. Причём лез так, что тут же возникало весьма брезгливое ощущение у каждого, к кому он лез. То, что в данный момент Даниил находился в студии, Вадима не обрадовало. В отличие от него и Инны с Лидой, которые тоже присутствовали и разделяли Вадиково отношение к Даниилу, Лев Кириллович, как руководитель отдела к тому типу относился терпимо, чем и объяснялось то, что тот сидит здесь и травит анекдоты.

— О-о! Гусар-р на работу явился! — картинно вздевая руки к потолку воскликнул Даниил. Вадик же ничего не сказав только брезгливо поморщился, ещё больше выпрямился и молча прошёл к своему месту.

Только после восклицания Даниила Лев Кириллович заметил, Вадима. Вальяжно развалился в своём кресле и помахав рукой поздоровался. Вадим вежливо ответил. Тут же как по команде выпрыгнула из-за ширмы Инна и высунулась из-за своего монитора Лида.

— Привет! — чуть ли не хором сказали они и рассмеялись. Вадим отсалютовал им рукой и тоже вежливо поздоровался. Та ситуация, когда именно его проигнорировали не укрылась от внимания Даниила. Было видно, что его это слегка задело.

— А ты что со мной не здороваешься, гусар?

— Я не слышал приветствий от тебя, — сухо заметил Вадим включая свой компьютер. По сути это было отговоркой, так как Вадим действительно не хотел приветствовать этого типа. Он был ему глубоко антипатичен.

— Ну тагда «Здрасте»!

— Здрасте, — также холодно и безлико ответил Вадим усаживаясь на своё место.

— Вадим! Кофе будешь? — старательно игнорируя присутствие Даниила, спросила Лида.

— Конечно! Кстати Лида, тут я купил новую пачку, — Вадим полез в ящик стола и достал нераспечатанную пачку молотого кофе, — кажется хороший.

— Кидай.

Вадим аккуратно перекинул пачку Лиде. Та ловко поймала его одной рукой и тут же осмотрела пачку.

— Хороший, — коротко отметила она и кивнула, — у тебя хороший вкус.

— Мне тоже пожалуйста, заварите… — вежливо попросил Лев Кириллович, выбираясь из своего кресла и направляясь к выходу, — я сейчас подойду.

— Конечно, Лев Кириллович, — деловито ответила Лида доставая турку для заваривания кофе и свою знаменитую спиртовку.

— А мне, не нальёте? — тут же постарался напроситься Даниил, хотя то, что даже не предложили гостю было достаточно красноречиво — он здесь «персона нон грата».

— Верка тебе нальёт, — холодно отрезала Лида откровенно давая понять, что ему не только не нальют кофе но и что ему здесь вообще не место. Тот попробовал получить защиту у Инны но та его просто проигнорировала.

— Вот так, гусар! Нас здесь не уважают! — обратился он тогда к Вадиму. Но тот тоже сделал вид, что не расслышал.