Смертельный мир - Евгений Константинов

– И, что же дальше? – нарушил возникшую паузу Кургузый. Громила держался за разбитую голову, а чтобы не упасть, опирался на плечо своего приятеля Моси. Этих двоих преобразовали незадолго до Сергея, и адаптироваться в нормальной жизни им, наверняка, будет проще остальных. А уж про Красавского и говорить нечего…

– Дальше… – Сергей вздохнул и обнадеживающе улыбнулся. – Ну, для начала, всем нам необходимо забыть о старой вражде. Все мы жили по чужим правилам. Сначала один Творец, затем – другой играли нами. Теперь – все! Никаких войн и никаких игр живыми людьми. Хотя… Тебе, Винсепто, жизнь в нашем мире может показаться еще худшей и более подлой игрой. Но здесь уж ничего не поделаешь. В любом случае, я прекращаю существование мира за стеной, так же, как и существование этого проклятого прибора.

– Но, как? КАК?! – не выдержал Волленвейдер, не отрывавший взгляда от выборочного преобразователя.

– Хотите спросить, как я его уничтожу? Нет ничего проще, – пожал плечами Сергей. – Этот прибор, созданный далеко за пределами Земли, очень хрупкий, все на тончайших микросхемах и неизвестной нашей науки элементах. Достаточно шмякнуть им об пол, и…

– Но, может быть, не надо… Пусть бы, допустим…

– Что, господин барон? Допустим, им продолжал бы владеть кто-то один, чтобы манипулировать людьми, словно игрушечными солдатиками…

– Я тебе покажу – «допустим»! – Кургузый отпихнул Мосю и вцепился Волленвейдеру в горло грубыми пальцами. – Баронская твоя рожа!

– Прекратите! – рявкнул Сергей, видя, что в свару готовы бросится еще сразу несколько человек. – Прибор пока еще действует, и я в любую секунду могу уменьшить любого из вас. Так же как недавно увеличил.

– Повторяю в последний раз, – твердо сказал он, когда все, вроде бы, успокоились. – Никакой вражды! Мы должны забыть про мир за стеной, как про кошмарный сон.

– Забудешь тут! – проворчал никто иной, как Дмитрий Красавский. – Мне вон, ни за что ни про что все лицо изуродовали.

– Что?! – внезапно взорвался Клюгк и шагнул к артисту, но на пути у него оказалась сверкающая глазами Угла. – Лицо?! – закричал Клюгк через ее плечо. – Да ты на атамана, на Фрола, то есть, на Сергея посмотри! Ему собственная жена мизинец отрезала и сырым сожрала, только чтобы его задницей на кол не посадили! А потом его и Купафку вон те уроды, – кивок в сторону Гурлия, – чуть живьем рыбам не скормили! Ты на остальных посмотри – сколько им пережить пришлось! А сколько людей там, за стеной погибло, ты знаешь?

– Клюгк, хватит! – попытался осадить капитана Сергей, но тот продолжил:

– В общем, так! Кто еще хоть одно слово ему поперек скажет, будет иметь дело со мной.

– И со мной, – неожиданно поддержал его Цинизм.

– Со мной тоже, – хмуро добавил Гурлий.

Винсепто молча встал плечом к плечу с Клюгком, ясно давая понять, на чьей стороне. Сергей быстро прикинул соотношение сил, если бы все преобразованные вновь оказались на Нейтральном острове с оружием: в руках, даже если все люди, которых он не знал, выступили бы на стороне Истомы, лейтенанта жандармерии Молдавеца и того же барона Волленвейдера, численный перевес все равно был бы на стороне подданных Лесного королевства. Но вступать в драку ему хотелось меньше всего. Неизвестно, что чувствовали другие, но, положа руку на сердце, сейчас он и в самом деле абсолютно не чувствовал зла ни к кому из присутствующих. Возможно, потому что все его личные враги уже были уничтожены…

– И все-таки, – прервал его мысли Молдавец, – какие у вас дальнейшие планы, господин Фролм?

– Называйте меня просто Сергей, – поправил он. – А планы… Позабыв про мир за стеной, жить своей жизнью. Такие вот мои планы.

– Вам легко говорить, – усмехнулся лейтенант жандармерии. – Пробыли в мире за стеной всего ничего и теперь вернетесь на прежнюю работу, словно в отпуске побывали.

– Ничего себе – отпуск… – горько усмехнулся Сергей.

– Я про то, что многие из нас были вырваны из жизни на годы. Родные и близкие давно нас похоронили, на бывшей работе никто не вспомнит. Из рассказов последних пришлых я слышал, что в нормальном мире многое изменилось. И куда нам, отсталым податься? Без денег, без документов, без всего?!

– Вот именно! – поддакнул кто-то из-за спины Молдавеца с нескрываемой злостью в голосе.

– Вообще-то, – вновь усмехнулся Сергей. – Я мог бы вас и не преобразовывать. Продолжали бы сейчас на Нейтральном острове резать друг друга да сбрасывать в озеро на корм рыбам…

– А, что, атаман, преобразуй и верни недовольных обратно, – предложил Клюгк. – Пусть продолжают кувыркаться, как хотят.

– Нет уж, увольте, – возразил Молдавец. – И я не высказываю недовольства, а просто прошу совета, что делать. И если можно – какой-нибудь помощи.

– Я не собираюсь ни с кем нянчиться, все люди взрослые. А советоваться мы должны все вместе. И все вместе кое о чем договориться. Принять, допустим, общее соглашение, – Сергей подмигнул Волленвейдеру. – Да, господин барон?

– Однако с миром за стеной вы все решили самостоятельно, господин Фролм, – ответил тот.

– Конечно, самостоятельно! – Сергей начал злиться. – Слишком много страданий он принес мне и моим друзьям.

– Извините, – обратил на себя внимание молодой парень, в котором Сергей узнал виконта Вихора. – А можно все-таки взглянуть на мир, в котором нам столько пришлось испытать?

Судя по обратившимся на Сергея взглядам, этот вопрос интересовал всех без исключения. Он бы даже сказал больше: давняя вражда и свежие раны, воспоминания о пережитом и непредсказуемость будущей жизни для них, да и для самого Сергея в эти минуты отошли на второй план, самым же главным казалось хотя бы одним глазком взглянуть на мир за стеной.

– Пройдемте, господа, – перестав испытывать терпение людей, сказал он…

Чтобы видеть мир за стеной всем сразу, пришлось встать вплотную к перегородке плечом к плечу. Сергей расположился крайним справа, приобняв Купафку и держа наготове выборочный преобразователь. В руках у жены был стаканчик с крошечным человечком на дне. Как поступить с брателлой, Сергей до сих пор не решил, и почти все его мысли были заняты только этим.

А о чем думали остальные, молча смотревшие на расположенный в комнате макет местности, где кому-то пришлось прожить десяток лет, а кому-то всю жизнь, где кто-то терял родных и друзей и немилосердно уничтожал себе подобных? О чем думали и во что верили Гурлий и Винсепто, Угла и Вихор, Истома, Молдавец?

Сергей нажал на серую кнопку и направил приемлемо-переносящий луч на Пятак Нейтрального острова.

– Вот сюда Творец переносил преобразованных людей, в том числе и меня. После чего у каждого пришлого появлялся выбор – перейти на землю Лесного или Горного королевства. От этого выбора во многом зависела его судьба, – Сергей принялся неторопливо водить лучом по макету и рассказывать: