Грехи ассасина - Роберт Ферриньо

Он быстрым шагом двинулся по коридору. И все же почему Сара вызвала его во дворец? Снова объявился Старейший? Этот злобный придурок прекратит отравлять существование всему миру только после того, как его кто-нибудь прикончит. Например, Ракким. С радостью бы согласился. А может, великий мулла «черных халатов» ибн-Азиз зашевелился в своей цитадели в Нью-Фаллудже и появление здесь аль-Файзала — часть подготовки к их наступлению? Только бы не стряслось чего-нибудь с генералом Киддом, ведь у президента больше нет другого такого же могущественного и верного соратника. Без поддержки фидаинов Кинсли останется лишь номинальным главой государства, пусть даже и исполненным благих намерений. В нынешнем году на командира элитных воинов покушались уже дважды. Если с ним случится беда…

Ракким вошел в отделанную деревянными панелями библиотеку. Президент с ненаигранно усталым видом сгорбился за письменным столом над завалами бумаг. Сара и Спайдер изучали огромную, в целую стену, голографическую карту Северной Америки. Исламская республика обозначалась светло-зеленым цветом, Библейский пояс — ярко-красным. В местах возникших на мормонских землях беспорядков мигали индикаторы, а стрелки отмечали продвижение войск Ацтланской империи, вторгшихся в Калифорнию и Аризону, — мексиканцы пытались восстановить древние границы. Спайдер опирался на спинку стула. Низкорослого, коренастого гениального еврея, сплошь заросшего волосами, постоянно трясло. Болезнь медленно убивала его. Сара, улыбнувшись Раккиму, снова повернулась к карте.

Президент сдвинул брови под седой всклокоченной шевелюрой.

— Рад, что ты наконец осчастливил нас своим присутствием.

Бывший фидаин нисколько не удивился. Кинсли старался сохранять видимость благополучия, даже если на него не смотрели объективы телекамер. Так что же произошло?

— Ты опоздал, Рикки, — пояснила Сара.

— Аль-Файзал в городе, — доложил Ракким. — Я проследил за ним до лавки технических новинок в Зоне.

— Аль-Файзал здесь?! — Спайдер посмотрел на Сару. — Ты слышала…

— Мне абсолютно наплевать на аль-Файзала, — перебил президент, перебрасывая из руки в руку зазубренный стальной осколок — напоминание о решающей битве под Ньюарком во время Гражданской войны, ныне выполнявшее функцию пресс-папье, — «Черные халаты» беспокоят меня меньше всего.

— Так что же произошло? — не выдержал Ракким.

— Произошло? — переспросил президент, прикрыв голубые глаза испещренными морщинами веками. — Что могло произойти? Аллах заботится о нас, направляет все наши действия. — Он положил осколок и вышел из-за стола. Красивый мужчина, когда-то статный, а сейчас немного сутулый, несмотря даже на спинной корсет, надеваемый в режиме строжайшей секретности. — Тебе нужно вернуться в Библейский пояс. Давай, доблестный фидаин, спасай страну. Становись снова героем. — Он направился к выходу. — Подробности объяснит Сара.

Дверь закрылась, щелкнув замком. Внезапный уход главы государства мог означать лишь одно: возможность в случае чего изобразить собственную непричастность к происходящему. Президент не раз поручал Раккиму выполнение тайных операций. В Нью-Фаллудже. В мормонских землях. Бывший фидаин высаживался в Пакистане, когда поступили сведения о появлении там Старейшего, проникал на территорию Ацтланской империи, чтобы выяснить замыслы мексиканцев. Кинсли всегда лично его инструктировал. Но не в этот раз. Сегодня вводить исполнителя в курс дела поручено Саре, а глава государства счел нужным остаться в тени на случай, если миссия не увенчается успехом. Несомненно, пожизненный президент Кинсли был великим человеком, умеренным, почти без посторонней помощи ухитрявшимся сохранять единство Исламской республики и не давать воли фундаменталистам. Тем не менее он всегда оставался политиком.

— Что здесь делает аль-Файзал? — поинтересовался Спайдер.

— Не сейчас. — Сара подошла к карте и взяла пульт дистанционного управления из трясущейся руки коротышки.

Она не перестала быть той же женщиной, в которую когда-то влюбился Ракким, однако обязанности тайного советника президента сказывались на ней все сильнее. Как и необходимость конспиративного образа жизни для всей семьи. Сара редко выходила на люди, да и то постоянно принимая меры предосторожности. Став выдающимся историком, специализирующимся на переходе от прежнего режима к нынешнему, племяннице Рыжебородого пришлось разорвать все связи с бывшими друзьями и коллегами. Напряжение не могло не наложить отпечаток и на внешность. Ее фигура хранила былую стройность, взгляд оставался по-прежнему живым, но природная игривость проявлялась все реже, да и то если они оставались наедине. Год назад Сара коротко постригла волосы. Сказала — так за ними проще ухаживать. Ракким обожал, когда ее локоны падали ему на грудь во время занятий любовью, и ему часто их недоставало.

— Рикки? — Сара кивнула на карту. На стене появилось увеличенное изображение центральной части Библейского пояса — штатов Теннесси и обеих Каролин. — Ты знаешь, кто такой Закари Смит?

— Да, я знаю Полковника.

В воздухе словно повис запах бекона и кофе с цикорием. Двенадцать лет назад Ракким завтракал в ресторане «Дружеская пирушка» в Гатлинберге, штат Теннесси. Шла его вторая операция в качестве воина-тени. Над стойкой висел портрет Полковника, не обычное отретушированное изображение фальшивого героя, а настоящего повстанца, небритого, в грязной форме, со свисающей с нижней губы сигаретой без фильтра. Молодой мужчина, красивый и сильный, походил на провинциального Элвиса, только вместо гитары у него на плече висела штурмовая винтовка. Усталый, но непобежденный, Полковник словно говорил: «Смотрите, что вы вынудили меня сделать». Водитель грузовика, сидевший за стойкой рядом с Раккимом, скользнув взглядом по портрету, коснулся пальцами шляпы. Через несколько секунд воин-тень выразил герою мимолетное почтение, приподняв чашку с кофе, перед тем как сделать первый глоток, — способ установить контакт с объектом, притом что последний об этом даже не подозревает.

— Пользуется любовью своих людей, это я могу сказать со всей определенностью. Мелкий военный диктатор из Теннесси, завладевший первоклассной недвижимостью. Герой Гражданской войны. Жестокий, но умный. Остановил наше наступление на восточном фронте. Удержал Теннесси и обе Каролины. Кстати, несмотря на наше превосходство в численности и вооружении.

— Теперь Закари Смита трудно назвать мелким, и по численности и вооружению его людей мало кто может превзойти.

Сара, пролистав страницы карты, остановилась на Атланте. Увеличила. Переданное со спутника изображение задергалось от возникших помех. Она нажала кнопку. Картина на мгновение обрела четкость, но тут же рассыпалась на фрагменты. Сара шваркнула пультом об пол и сердито уставилась на Спайдера.

— Я думала, ты исправил цифровой фильтр.

— Пытался, — вздохнул коротышка. — Космический мусор проник на более низкие орбиты. Прием постоянно ухудшается по всему диапазону.

— Извини.

— Я продолжаю работать над этим, — сказал Спайдер, — но пока о карте в режиме реального времени можно забыть.