Планета Халка - Грег Пак

В главном зале Крейсера гладиаторы, рассевшись на почетных местах за капитанским столом, вгрызались в дымящуюся тушу Чалинского водяного чудовища. От мяса отказался только Корг, предпочтя отужинать ведром угля, которое он попросил принести с кухни. Капитан произнес речь, восхваляя бойцов. Гости из числа имперцев возбужденно хихикали, посматривая на гладиаторов горящими глазами, но предпочитали делать это издалека.

– Возмутительно, – буркнула Эллоэ, кладя себе на тарелку вторую порцию мяса. – Справляться с дикими ботами – прямая обязанность Императора, а он использует для этой работы гладиаторов?

– Много говорить, мало есть, – ответил ей Миэк, вгрызаясь в очередной кусок жаркого.

– Но правда, для чего же тогда армия? – Эллоэ обратилась к Ски. – На что идут налоговые сборы?

Ответить Ски не позволил официант. Тот подошел к нему и указал рукой на парочку смущенных хихикающих герцогинь, которые стояли в дверном проеме, обитом шелком, и выжидательно смотрели в их сторону.

– Вы были избраны, – промямлил официант.

– М-да, – сказал Ски.

– Действительно м-да, – фыркнула Эллоэ.

Лицо Ски приобрело еще более темный оттенок алого.

– Я… э-э-э… могу передать весточку союзникам вашего отца…

– Ой, да иди уже, – сказала Эллоэ.

Когда Ски покинул зал, Халк заметил пару знакомых черно-зеленых глаз, буравящих его из темноты коридора. Кайера Старая Сила жестом позвала его за собой.

– Осторожнее, Зеленокожий, – с тревогой предупредил Корг.

В ответ на его предостережение Халк просто выгнул бровь. Потом он поднялся из-за стола и проследовал за Воительницей Тени.

Кайера и Халк шли нога в ногу по пышному, убранному золотом коридору. С обеих сторон в стенах виднелись круглые проемы, прикрытые красными вельветовыми занавесками, которые слабо заглушали возню и стоны спрятавшихся за ними любовников. Халк с подозрением посмотрел на Кайеру.

– Что-то не вижу у тебя жезла покорности.

Она встретилась с ним взглядом.

– Мне он без надобности.

Кайера приподняла занавеску и скользнула в слабо освещенную комнату; Халк последовал за ней. Вид огромной круглой кровати за ее спиной на мгновение ошарашил его. Но Кайера вдруг резко развернулась, подалась вперед и замахнулась клинком, направляя оружие прямо ему в горло. Он перехватил ее руку за секунду до того, как нож впился бы ему в шею.

– Ты будешь пытаться убить меня при каждой нашей встрече?

– Я из Теневой Стражи Императора. И должна знать, на что способны его враги. Ты становишься быстрее.

– И сильнее.

– Может быть. Но я еще успела бы отрезать тебе голову.

– А я бы разорвал тебя надвое раньше, чем она долетела бы до земли.

Они уставились друг на друга. Каждый из них чувствовал в другом равную силу, о которой не было нужды лгать. Кайера сделала шаг назад и убрала клинок в ножны.

– Чего ты хочешь? – спросил Халк.

– Скоро ты станешь знаменитым. Императору это не по душе. Я пришла, чтобы выкупить тебя.

Она подошла к огромному овалу окна и указала на простирающиеся внизу равнины.

– Я отвезу тебя в степи, мирное местечко. Тебе больше никогда не придется сражаться.

– Где-то я уже слышал это, – сказал Халк. Перед его внутренним взором вновь возникли экран шаттла и тупая рожа Рида, и в венах снова пробудилась уже забытая ярость. – Нет, спасибо.

– Подумай, Зеленый Шрам, – сказала Кайера. – Для них ты всегда будешь монстром.

Халк отдернул занавески и покинул комнату, вспугнув стайку герцогинь. Они вытаращились на него и поспешили уступить ему дорогу, но, когда он прошел мимо них, направляясь обратно в банкетный зал, дружно расхохотались.

* * *

Император прохлаждался в своей любимой комнате отдыха – на вершине Имперской Башни, находящейся ровно в центре Королевского Города. Губернатор Денбо, который наконец осуществил свою смехотворно амбициозную мечту и теперь носил белые робы Советника Императора, вслух зачитывал ему последние новости с записывающего диска.

Советнику Денбо удавалось говорить спокойно, но его пальцы, прокручивавшие информацию на диске, ощутимо дрожали. Он занимал свой новый пост уже неделю, но от общения один на один с Императором у него по-прежнему кровь стыла в жилах.

– Общественный представитель Каифи продолжает выражать свое недовольство реформами налогообложения… – прочел он.

– Убить его, – сказал Император.

– Ой, подождите, – Советник глянул на мигнувший экран. – Заметку обновили. Он уже мертв.

– Ха. Моя воля да будет исполнена.

Советник Денбо собирался было издать смешок, но не был уверен, что получится достаточно естественно: так сильно колотилось сердце. Он ограничился легкой улыбкой и кивком, а затем продолжил чтение.

– Теперь к проблеме диких ботов… – сказал Денбо. – Команды гладиаторов действительно добились некоторого успеха, но еще три улья хиверов были стерты с лица земли…

– Они просто жуки, Советник, – прервал его Император. – Я хочу поговорить о войне. Филлиане смеются над нами. Возможно, пришло время Шипов.

Денбо разинул рот.

– Ш-шипов, мой лорд?

Из императорского коммуникатора донесся голос Кайеры Старой Силы.

– Ваше сиятельство, на пару слов.

Император повернул голову и наклонился, внимательно глядя на ее изображение.

– В твоем распоряжении сколько угодно слов, моя дорогая.

– Халк жив.

– Халк? Кто это?

– Зеленокожий, ваше сиятельство. Тот, что оставил вам отметину.

Император развернулся и уставился на Денбо. Лицо Советника от ужаса тут же приобрело бледно-розовый оттенок; он потерял всякий контроль над трясущимися пальцами, и ему пришлось спрятать их в рукавах робы.

– Я думал, он отправился в Пасть, – произнес Император, рассеянно дотронувшись до шрама на щеке.

– Там он выжил, – отчеканила Кайера. – А теперь со своей командой одержал победу над племенем диких ботов с Чалинских Равнин.

– Что ж, прекрасно, – прервал ее Денбо. Император вновь повернул к нему голову. В ответ на его удивленный взгляд Денбо постарался выдавить улыбку. Сердце его неистово стучало: он сам был шокирован собственной наглостью. – Так и должна работать система. Даже у раба может быть шанс. Люди знают, что Император справедлив. Это доказательство.

Император улыбнулся и неприятно прищурился.

– Хитро, хитро, – пробормотал он одобрительно.

– Но, ваше сиятельство, люди говорят… – начала Кайера.