Ночной поезд на Ригель - Тимоти Зан

– Думайте что хотите. – Голос Бейты звучал все так же сухо, но теперь в нем чувствовалась еще и усталость. – О чем вы хотели поговорить?

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Пока что все мои попытки найти к ней подход оказывались безрезультатными. Однако я все же решил попробовать еще раз.

– Послушайте, – начал я. – Если следовать здравому смыслу – того, что, по словам Кермода, видел паук, просто не может быть. Пауки тщательно проверяют все, что попадает в туннель, а на филлийской пересадочной станции не менее тщательно проверяют все то, что из него выходит. Нет никаких шансов на то, что кому-то удастся доставить хоть сколько-нибудь серьезное оружие в окрестности станции, и уж тем более – ее уничтожить.

– Именно поэтому вас и попросили заняться расследованием.

– Собственно, я и пытаюсь сказать, что вся эта история совершенно сбивает меня с толку. Честно говоря, я даже не знаю, с чего начать.

Она потянулась было к моей руке, лежавшей на столе, но где-то на середине движения, видимо, передумала, и ее рука упала на колени.

– Пауки бы вас не наняли, если бы не считали, что вы сумеете справиться, – сказала она.

Слова ее прозвучали ободряюще, и в них чувствовалось искреннее беспокойство. Значит, ей не чуждо было сочувствие, просто она боялась это показать?

Возможно. И тем не менее я не мог избавиться от впечатления, что она скорее наблюдатель, созерцающий разворачивающуюся драму, а не один из ее непосредственных участников.

– Спасибо, – скромно сказал я. – Надеюсь, что вы правы.

– Да, права, – твердо ответила она и окинула вагон взглядом, словно желая убедиться, что рядом нет никого, кто мог бы нас услышать, после чего наклонилась ко мне через стол. – Но почему на Керфсис? Вы подозреваете джури?

Подошел паук с нашими напитками. Я подал Бейте ее лимонад и глотнул чая со льдом. Он был крепким и сладким, как раз таким, как я любил.

– Более вероятно, что проблема в ком-то из соседей филлийцев. Возможно, у них были причины для серьезного недовольства. Просто хотелось бы выяснить, не изменились ли у джури въездные формальности за ту пару лет, которая прошла с тех пор, как я в последний раз ездил на квадрорельсе.

Девушка отхлебнула глоток лимонада, и в глазах ее промелькнуло легкое удивление, будто она пробовала его впервые в жизни.

– Можно узнать зачем? – спросила она.

Я кивнул в сторону слегка куполообразного потолка, на котором была изображена светящаяся карта Галактики и сети квадрорельса.

– Вот в чем проблема. Филлийцы, можно считать, обитают на другом конце Галактики, и даже если пользоваться только экспрессами, путь туда займет почти два с половиной месяца. Мы просто не успеем до них добраться.

– У нас есть четыре месяца.

– Нет, это у филлийцев есть четыре месяца, – поправил я. – У нас же, со своей стороны, их нет… потому что первыми, вероятнее всего, подвергнутся нападению вовсе не филлийцы.

Глаза Бейты сузились.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что кем бы ни были эти разжигатели войны, они должны быть полными безумцами, чтобы сразу же нападать на филлийцев. Филлийские солдаты генетически запрограммированы на лояльность, их система обороны считается непревзойденной, и в зависимости от того, как считать, их империя является либо крупнейшей, либо второй по величине в Галактике. Вы стали бы пытаться с ходу на них нападать?

Она сжала губы.

– Думаю, нет.

– Следуя той же логике, в качестве первой цели, вероятно, будет избрана одна из более молодых и потому менее опасных рас. Если ограничиться теми, кто присоединился к галактическому сообществу за последние двести лет, то к таковым можно отнести джури, циммахеев, траго-седжей и беллидо. – Я глотнул чая. – И естественно, нас.

В течение последующей минуты слышался лишь приглушенный гул полудюжины других разговоров и размеренный стук колес. По предыдущим своим поездкам я помнил, что вагоны-рестораны в поездах квадрорельса спроектированы таким образом, что громкость и разборчивость беседы резко пропадала в полуметре от центра стола. Это обеспечивало намного большее уединение, чем могло бы показаться, и, собственно, именно поэтому я хотел поговорить обо всем именно здесь.

– И кого бы они ни выбрали в качестве испытательной цели, – наконец сказала девушка, – им потребуется запас как минимум в пару месяцев, прежде чем атаковать филлийцев.

– Верно, – кивнул я. – Что, по сути, означает – это может произойти в любой момент.

Она отхлебнула еще лимонада.

– Но если вас интересуют въездные формальности – не лучше ли будет отправиться сразу на Джуркалу?

– Не думаю, – ответил я. – На станции центральной планеты – любой центральной планеты – будет чересчур оживленно для того, чтобы можно было как следует осмотреться. На планете – региональной столице, типа Керфсиса, будет все то же самое, только намного спокойнее. Мы слетаем на челноке на пересадочную станцию, выясним, что и как, а потом сядем на следующий поезд и поедем дальше.

– Куда?

– Пока еще не знаю. Думаю, наши вояки выберут для испытаний какую-нибудь более развитую цивилизацию, чем мы или траго-седжи. Остаются джури, циммахеи и беллидо.

Бейта ненадолго задумалась.

– Беллидо вполне бы могли подойти, – предположила она. – Их мир расположен дальше по рукаву Галактики, чем Терранская конфедерация, и потому изолирован в еще большей степени.

– Верно, но в данный момент мы движемся в ином направлении, – напомнил я. – Чем тратить время на то, чтобы возвращаться назад, лучше продолжить путь и проверить, как обстоят дела у джури и циммахеев.

– В космосе много миров, – пробормотала девушка, глядя в стакан.

Я кивнул, глотнул еще чая и окинул взглядом бар. За двумя столиками собрались джури, остальные же в основном занимали шорши и беллидо. В дальнем углу с человеком беседовали двое циммахеев, скрытые клубящимся голубым дымом, поднимавшимся над чашей пунша-скински, а над ними тяжко трудился вентилятор, не давая дыму распространяться по помещению.

– Пока мы едем, есть время для размышлений о том, какую территорию предпочтут нападающие для испытаний своего оружия, – сказал я. – Но как бы там ни было, пространство для поиска весьма обширно. – Я поднял брови. – Хотелось бы лишь надеяться, что мы с вами – не единственные, кто этим занимается.

– Что будем делать, если мы их найдем? – Бейта проигнорировала мой намек. – Я имею в виду, потенциальных агрессоров?

– Все, что нужно будет сделать нашим друзьям-паукам, – отменить поезда на эти планеты.

Бейта как-то странно вздохнула и посмотрела на меня.

– Возможно.