Холмский: Величие Смерти - Алексей Любушкин

После вывода имперских полков из окружения началась вялотекущая война с уничтожением логистики и живой силы противника. Кристина со своими родичами устраивала настоящую загонную охоту, потому солдаты Ямато молились всем богам, чтобы не попасть в очередной патруль. Разгром лагеря и действия вампиров позволили нам немного оттянуть время до начала основного сражения, а самопроизвольное поднятие мертвых, атаки гулей из-под земли и ночной вой банши добавлял колорита в ночную войну с противником.

Я смог настоять на своем в споре с генералом Рязанцевым, и мы с помощью владеющих Земли в короткие сроки создали трехкилометровый плацдарм на острове, который и держим до сих пор. Цепь укреплений позволяла рейдовым отрядам вампиров в случае серьезного преследования скрыться под защитой пехотных полков и отогнать слишком настырных врагов.

Ожидание прибытия клановых дружин сильно затянулось, как и ввод в строй новых полков империи. Чувствуется в этом чья-то злая рука, по крайней мере, без Анны здесь точно не обошлось. Вся моя интуиция и опыт прямо кричали об этом. Дед тоже на все вопросы о пополнение кивал на Анну и просил разрешение действовать более жестко. Он талантливый полководец, но вот управленец не самый лучший.

Главы кланов вообще могут решить оставить дружины дома из-за аномалий и бедствий. Тогда все тяготы войны лягут на плечи моего княжества… С полками тоже не все так просто. Как мне позже объяснили офицеры, восточная группировка оснащалась по остаточному принципу. Все самое лучшее шло на запад и на юг, где противник, по мнению генштаба, более опасен.

Между тем в мировой политике происходили тектонические сдвиги. Падение королевства Франков, слухи о появлении демонов под личиной османов, невероятная активность аномалий, пропавшие с повестки свеи и внутренняя война на землях Магриба. Глобальные рынки лихорадило, а за ними и внутренние. Мир не ждало ничего хорошего.

Еще и невмешательство Поднебесной империи в конфликт с Ямато сильно напрягало дальнейшей неопределенностью. В любой момент они могли ударить нам в беззащитное подбрюшье и тогда пиши пропало. Подвешенная ситуация на границах с данной страной не могла продолжаться бесконечно долго.

— Кирилл Дмитриевич, простите…

Задумавшись, я не сразу заметил появление Розы в своей палатке. Значит, Свет в ней становится все сильнее и постепенно скрывает ауру от внимания сильных владеющих. У светляков все никак у остальных людей.

— Да, Роза, я тебя слушаю.

Девушка снова резко впала в ступор и замолчала. Наконец, собравшись с духом, подняла на меня глаза и…

— Казаки только что прибыли, но их в два раза больше, чем должно быть. Так дядя Леонид сказал, — разом выдохнула девушка, и явно сказал не то, что хотела.

— У тебя все в порядке? Ты же знаешь, я всегда готов тебе помочь.

Мои слова еще сильнее ввели девушку в состояние стресса близкого к нервному срыву. Роза, пискнув нечто отрицательное, вдобавок помотала головой и пулей выскочила из палатки. Что вообще происходит?! Все, хватит откладывать давно назревший разговор, после сражения обязательно с ней поговорю.

Хотя новость и, правда, хорошая, я давно уже с нетерпением ожидал прибытия казачьих полков. Тем более корпус мертвых, отряды норгов и даже вассальные дружины уже были на месте.

Вокруг меня собралась сборная солянка из разных народов и военных формирований. Профессиональные воины стремились попасть ко мне в войско, видя отличное от великих кланов отношение. Мое неприятие больших потерь, использование мертвых и честное разделение добычи или ежемесячные выплаты скоро стали известны всем заинтересованным лицам, а я всего лишь следовал заветам своего отца.

Казаки… с ними я начинал становления боярского, а затем и княжеского рода Холмских. За службу щедро раздавал землю, деньги и помогал во всех начинаниях. Во время первых столкновений с дворянами и бандитами, южного похода и клановой войны они стойко выполняли все тяготы воинской службы, соблюдая наши договоренности.

Когда количество строевых казаков перевалило за несколько тысяч, стало понятно, что надо как-то все оформить официально и вместо старшины появился атаман Рыков Семен Григорьевич. Дело он свое знал хорошо, а некоторая самостоятельность, которая мне не нравилась, в конце концов, шла только на пользу. Пройдя первичное омоложение у лекарей Львовых после окончания клановых войн, Рыков потеснил влиянием и возможностями своего прошлого войскового атамана Горынина, и теперь проблем с кадрами у него не было.

То, что казаки прибыли куда большим составом неудивительно. Лишними точно не будут, да и для одного дела мне нужны именно казаки. Но поговорить с атаманом Рыковым я не успел, недалеко от штабной палатки меня перехватил командир разведчиков капитан Рублев.

— Господин главнокомандующий, вас там какой-то яматец на поединок вызывает через делегацию по обмену трупов. Говорит он лучший мечник Микавы и член клана Токугава. Как же его зовут… Иэясу Гушикен. Прости господи, имена придумали, язык сломаешь.

Вроде бы капитан на дурака и шутника совсем был не похож.

— Неинтересно.

— Мы так и ответили, но глава делегации заявил, в случае отказа они казнят три сотни наших пленных. И гражданских всех, кого найдут на острове, — помрачнел капитан.

Каково было мое удивление, когда я узнал, что при отступлении генерал Рязанцев не позаботился о гражданском персонале научных лабораторий и пяти крупных поселков. Стихийная эвакуация не способна была забрать всех гражданских, и противник захватил множество пленных граждан империи. Судьба их была до сих пор неизвестна.

— Нелюди. Рубят головы всем подряд, не различая женщин, стариков и детей. Чужеземцев вообще за людей не держат. Османы куда на людей больше похожи, хоть и басурмане, — проворчал подошедший атаман Рыков.

У казаков все остальные народы либо басурмане, либо немцы.

— Такая у яматцев традиция. Путь воина называется. Там что-то про смерть, верность господину и тысячи странных правил. В общем, полная каша в голове, — подтвердил капитан Рублев.

Такое чувство, что люди, которые живут на островах, сильнее подвержены различным расстройствам психики. Альбионцы тому яркое подтверждение.

— У меня прадед воевал с ними. Всякого рассказывал отцу в детстве, а что они в Поднебесной творили, аж кровь стынет, — вставил свое слово Леонид Мечев и тут же опомнился. — Князь, надеюсь, вы не собираетесь принимать вызов? Это похоже на ловушку, да и не может главнокомандующий сражаться с простым воином. Выставите замену.

— Сказал не примет замену или всем головы отрубит…

— Пойдем, посмотрим на вашего рубщика голов. Если наглец меня расстроит, всю свою нежизнь будет головы бывшим родичам рубить.