Путь Кочегара I - Павел Матисов

Вскоре я почувствовал внутреннее истощение. Долго поддерживать подачу огня не получалось. Если я и дальше продолжу нагнетать, то, скорее, потеряю сознание, чем разогрею котел до нужной температуры и давления.

— Эх, не выходит… — произнес я печально.

— Удивительно, — покачала головой Сати. — Вы, и правда, потухли, молодой господин. А ведь раньше находились на ступени Рекрута и могли источать серый духовный огонь. Теперь же даже Меднолобого зажечь неспособны.

— Это только со мной или другие тоже могут потерять ступень?

— Редкое явление. Иногда огонь в душе людской тухнет, — пояснила подчиненная. — Это может произойти по разным причинам: из-за сильного потрясения, болезни, ранения, травмы разума.

— Но я ведь могу вернуться на ступень Рекрута?

— Придется приложить усилия, молодой господин. Цунь-Ши-Дао никогда не дается легко.

Давление в котле, судя по индикатору, начало снижаться без подпитки. Я решил попробовать подвигаться хотя бы в таком ограниченном режиме.

Привод правой руки лязгнул, выдав маленькую струйку пара, но начал двигаться, хоть и медленно. Это было необычное чувство. Металлическая рука словно бы сразу стала в несколько раз легче. Механизм оказался на удивление отзывчивым. Только я двигал своей рукой, как доспех откликался, и пневмопривод сокращался или выдвигался.

— Круто! — воскликнул я залихватским тоном.

Внутренний мальчишка, который остается с мужчиной до самой смерти, ликовал. Я находился внутри настоящего парового мех-воина, который мог двигаться за счет духовной энергии. Пускай и ограниченно по причине поломок.

Я двинул своей левой культей, и рука доспеха не без труда поднялась вверх. Кисть с частью локтя вместе с мелкими приводами были отрублены, но плечевые поршни работали. С такой машиной можно кучу дров наколоть или добыть ценной руды в шахте. Если бы только Медный солдат был на ходу… Теперь понятно, почему Ли Кон так страстно желал починить доспех. Настоящая мощь!

Вдруг я почувствовал, что начал наклоняться вперед. Вытянутые руки изменили центр тяжести, и Меднолобый вместе со мной начал заваливаться. Я убрал руки, но это не помогло. Тяжеленная махина рухнула на пол с грохотом. Я ударился лицом о мягкую демпфирующую набивку шлема. Хоть это и помогло сдержать удар, все равно было неприятно.

— Отрыжка хургла! — ругнулся я, вспомнив про конспирацию.

— Молодой господин, какая жалость! — воскликнула Сати, но в ее голосе не было и намека на сочувствие.

Я попытался встать, однако руки перестали двигаться. Котел окончательно растерял давление. Мне не хватало сил, чтобы приподняться и даже перевернуться на спину. А ведь я лежал на животе, где и находился выход из доспеха. Натуральная ловушка.

— Сати, переверни меня. Я застрял…

Несколько секунд в арсенале стояла тишина, прерываемая лишь мои напряженным дыханием и затихающим свистом пара.

— Сати?

— Видеть вас таким беспомощным — это крайне необычно, молодой господин. Позвольте мне немного наслади… То есть, я хотела сказать, что пока котел не остынет, вас лучше не трогать. Доспех поврежден, следует действовать с максимальной осторожностью.

— Зараза! Смерти моей желаешь?! Повторяю: я не тот Ли Кон, что был раньше!

— Как скажете, господин. Потерпите немного.

Никаких уговоры не смогли поменять мнение Бхоль. Девушка относилась ко мне, как к старому Ли Кон Чаю, который стал слегка странным, но в корне не претерпел изменений. Я мог бы попробовать докричаться до Мо-Шэн, но не стал. Внутри становилось душно. Хотя мне могло так показаться из-за нахождения в замкнутом неподвижном пространстве. Клаустрофобией раньше я не страдал, но тут любому дурно станет, если запереть его в тесном скафандре.

Было крайне неприятно осознаваться свое удручающее положение и зависимость от симпатичной, но крайне недружелюбно настроенной девицы. Сегодня она не перевернула меня, застрявшего в тяжелом доспеха, а завтра что? Воткнет свой меч в спину?

Спустя несколько минут Сати, наконец, перевернула меня на спину. Я сразу высвободил руку и откинул фронтальную крышку доспеха, после чего сноровисто выбрался наружу и с удовольствием вдохнул свежий воздух.

— Не делай так больше, — приказал я строго.

— Как скажете, господин Кон, — невозмутимо ответила гадина. — Желаете продолжить тренировку?