Не убоюсь зла - Роберт Хайнлайн

– Джейк. Возраст не имеет значения. Боже, я вам все оборки на рубашке нательной краской измазала!

– А я тебе прическу испортил.

– Прическу я поправлю. А вот что скажет ваша жена, увидев рубашку?

– Спросит, почему я не переоделся. Юнис, милая, я не женат. Меня давно променяли на более свежую модель.

– Ну и дура ваша жена. Джейк, вы – настоящая классика, а она с годами только лучше. Как теперь мои волосы?

– Чудесно. Превосходно.

– Я готова еще разок съездить в Заброшенную зону, чтобы вы их снова растрепали.

– А я-то как готов! Но пора везти тебя домой – если только ты не хочешь слетать со мной в Канаду? К полуночи вернемся.

– Хочу, но не могу. Никак не могу. Отвезите меня домой. Садитесь поближе, обнимите меня, но волосы не трогайте.

– Постараюсь. – Саломон назвал шоферу координаты квартиры миссис Бранки и добавил: – И никаких больше Заброшенных зон, бандиты психованные! Вам бы только пострелять!

– Есть, мистер Саломон.

Дорога проходила в тишине, пока миссис Бранка не произнесла:

– Джейк… а вы ведь ощущали себя очень молодым, пока нас не прервали.

– Я понял, что ты почувствовала.

– Конечно. И была готова все вам позволить, это вы тоже поняли? Джейк, хотите мое голое фото? Качественное, не такое, какой сделал бы ваш мутный знакомый за кучу денег.

– Попросишь мужа сфотографировать и украдешь для меня копию?

– Что за чепуха! Джейк, мой сладкий, у меня сотни голых снимков – я ведь раньше в конкурсах красоты участвовала. С радостью поделюсь одним… если пообещаете держать язык за зубами.

– Конфиденциальная информация. Можете смело довериться своему адвокату.

– Какое фото предпочитаете? Высокохудожественное или соблазнительное?

– Гм… трудно выбрать!

– Мм, можно и совместить. Как насчет меня в душе, с мокрыми волосами, ни пятнышка краски на теле, никакого макияжа, ни даже… сами увидите. Устроит?

– Я буду пялиться на него день-деньской!

– Получите. Мы почти приехали, так что давайте сменим тему. Джейк, у босса есть шансы на успешную операцию?

– Я не медик, но полагаю, что никаких.

– Я тоже так думаю. Выходит, жить ему недолго что с операцией, что без нее. Джейк, до конца его дней я постараюсь одеваться как можно более откровенно.

– Юнис, ты славная девушка. Это куда лучший способ отблагодарить его за страховой счет, чем банальное «спасибо».

– Джейк, я даже не думала о деньгах, только о боссе. Мне его жалко. Куплю сегодня что-нибудь по-настоящему экзотическое, а если не найду, то обойдусь прозрачным купальником – просто, но с правильной краской можно настоящую конфетку сделать. Джо это хорошо умеет. А раз у меня теперь будет охрана, то попробую как-нибудь вообще ничего не надевать – только краска и туфли на шпильке, чтобы красоту ног подчеркнуть. Да-да, не нужно напоминать, что они у меня красивые! Туфли, краска и нейлоновые трусики – отлично.

– И духи.

– Джейк, босс не чувствует запахов. У него уже давно обоняние отказало.

– Зато я чувствую.

– И правда. Хорошо, надушусь для вас. А для босса накрашусь. Никогда еще не одевалась на работу так откровенно… но раз в людный офис ездить теперь не нужно, то стоит проверить, понравится ли боссу такое. В крайнем случае полупрозрачным халатиком прикроюсь. Джо нравится придумывать провокационные наряды и расписывать меня. К тому же к боссу он не ревнует. Ему жалко старика, как и мне. Вот только находить новые экзотические наряды непросто, хоть я и хожу по магазинам как минимум раз в неделю.

– Юнис.

– Да, сэр… Джейк.

– Не ходи сегодня по магазинам. Считай, что это приказ босса, а я говорю от его имени.

– Хорошо, Джейк. Но почему?

– Если хочешь, можешь завтра прийти в одной краске – мои ребята доставят тебя на работу в целости, как королевскую корону. Но сегодня мне нужна машина. А с завтрашнего дня сможешь пользоваться автомобилем и охраной Иоганна, и по магазинам с ними ездить, и все, что угодно.

– Хорошо, сэр, – кротко ответила Юнис.

– Ты зря считаешь, что Иоганну недолго осталось. Проблема в том, что ему осталось слишком долго.

– Как это?

– Он в ловушке. Медики заграбастали его в свои лапы и не позволят просто так умереть. Он упустил свой шанс, позволив им приковать себя к машине жизнеобеспечения. Заметила, что еду ему приносят без ножа и вилки? Только пластиковую ложку кладут.

– У него сильно дрожат руки. Иногда я сама его кормлю, потому что ему не нравится, когда медсестры вокруг «мельтешат», как он выражается.

– Подумай хорошенько. Они сделали все, чтобы Иоганн не мог умереть. Сконструировали эту адскую машину, которая причиняет ему нестерпимую боль. Юнис, пересадка мозга – единственный способ обмануть врачей. Изощренное самоубийство.

– Не может быть!

– Правда. Ему недоступны более простые способы, поэтому он придумал хитрый. Мы с тобой поможем ему, сделаем все, как он, черт побери, того желает! Что ж, мы у твоего дома. Не плачь, глупышка, а то у мужа возникнут лишние вопросы. Ничего ему не рассказывай. Поцелуешь меня напоследок?

– Конечно!

– Утри слезы и поверни ко мне свое милое личико, пока ребята не открыли дверцы.

Вскоре Юнис прошептала:

– Прекрасный поцелуй, Джейк. Как и тот первый. Мне больше не хочется плакать. Но я слышу, открывается замок.

– Они подождут, пока я не открою дверцу изнутри. Можно проводить тебя до квартиры?

– Мм… я найду объяснение охране, но присутствие главного юриста компании объяснить труднее. Джо не ревнует к боссу, а вот к вам может и приревновать. Нельзя этого допустить… особенно когда мы почти дали ему веский повод.

– Надо бы исправить это «почти».

– Посмотрим, дорогой мой Джейк. Я простая девушка с фермы в Айове, и сегодня мои моральные устои серьезно пошатнулись… должно быть, меня совратили миллион долларов, «роллс-ройс»… и один городской хлыщ. Мне пора, милый.