Доктрина смертности - Джеймс Дэшнер

– Эй, – шепотом позвали его. – Майкл. Ты как?

Сара. Это Сара. Майкл разлепил веки, поморгал и наконец открыл глаза полностью. Сара смотрела на него сверху вниз. Он лежал на твердом. Боль в голове прошла, тошнота отступила, и Майкл со стоном попытался сесть. Сара помогла ему. Стоило увидеть, где они оказались, и сердце ушло в пятки.

Вместе с Сарой и Брайсоном Майкл сидел на скамье, в металлической клетке посреди тускло освещенной комнаты. Больше никого поблизости не было. Так их выгрузили или нет?

– Чувак, – произнес Брайсон, – от удара по лбу у тебя, наверное, половина мозгов из ушей вылетела. Эта тетка тебя круто вырубила, ты долго в себя не приходил.

– Что… – Говорить было трудно.

Сара взяла его за руку.

– Нас обманули, – сказала она. – Нам почти ничего не говорят: только то, что мы арестованы. Копы – просто звери.

– Что… – снова попытался спросить Майкл. Может, он и впрямь повредился головой и теперь до конца жизни будет повторять одно и то же слово? – Гэбби видели?

Брайсон как будто не слышал его. Он кипел от гнева, потирая костяшки кулаков и глядя в стену из металлических прутьев.

– Вебер нас подставила. Все подстроила, от начала и до конца. Вот бы еще разок поговорить с ней… хотя бы пять минут. Больше мне и не надо.

Майкл так и не понял, о чем он, но переспрашивать не стал. Сосредоточился на дыхании.

– Еще неизвестно, подставила или нет, – напомнила Сара. – Это ведь совсем ей невыгодно. Смысла не вижу… Скорей всего, когда она погрузила нас в сон, кто-то другой вмешался в процедуру и перехватил управление операцией.

Брайсон в ответ презрительно фыркнул.

С каждой секундой Майкл все сильней убеждался, что по голове его ударили слишком крепко.

– Что… вообще происходит? Расскажите.

Сара продолжала рассуждать, как будто не слышала его:

– Должно быть, диверсанты вмешались сразу, как Вебер передала нам «Ланцет». Когда нас втискивали в игру, мы вырубились и без сознания провели бог знает сколько времени. С нами могли сотворить все, что угодно.

– Говорю тебе, это Вебер, – не унимался Брайсон. Он уперся спиной в бетонную стену. – Не надо мне говорить, будто она передала нам «Ланцет», выгрузилась из сна, а потом нас перехватил кто-то еще. Уж больно все гладко и убедительно. Не верю.

– Почему? – спросила Сара. – У властей и без того полно поводов нас арестовать: Майкла считают кибертеррористом, а я… похитила собственных родителей. – Тут она запнулась, но быстро взяла себя в руки. – Я уж не говорю, как часто мы нарушали закон во сне. Если Вебер – или еще кто – хотела отправить нас в тюрьму, достаточно было обратиться в полицию.

Майкл переводил взгляд с нее на Брайсона и обратно, пытаясь связать в уме детали разговора. Брайсон же медленно и задумчиво кивал.

– Гм, – хмыкнул он. – Гм…

– Ребят, послушайте, – поерзал на месте Майкл и болезненно поморщился. – Из меня, может, и сделали дурачка, но объясните: о чем вы? Что там говорила Гэбби? Нас еще не выгрузили? Где мы? Что случилось? Это что, реальная тюрьма или…

– Майкл, – тихо и в то же время очень строго сказала Сара, – нас обманули. Использовали.

– Как? Как это нас использовали?

– Нас не втискивали в «Бездну жизни», – бесконечно печально произнесла она. – Должно быть, одурманили и вырубили, стоило нам забраться в гробы… не знаю. Потом выгрузили и оставили где-то посреди настоящей Атланты. Других объяснений я не нахожу.

Голова у Майкла вновь закружилась.

Сара крепко стиснула его руку.

– Что бы ни пряталось в том здании, мы его уничтожили по-настоящему. В реале. И вряд ли оно вообще было связано с Каином.