Река Джима - Майкл Фрэнсис Флинн

Ковчег назывался «А. К. Прабхакаран». Наверное, имя принадлежало весьма легендарному человеку, раз такое громадное судно назвали в его честь, но сам человек затерялся в далеком прошлом. Неизвестно — воин, политик, ученый-валлах, исследователь… и даже мужчина или женщина, — кем бы он ни был, теперь его имя — просто название корабля.

Название это они узнали у члена команды.

По освещенному коридору прикатила многоколесная тележка с поднятой передней частью и остановилась перед ними. Голостойка замерцала, и на платформе возникли голова и плечи девушки. Изображение не выглядело призраком, как обычная проекция, но казалось плотным телом, так что в целом конструкция напоминала механического кентавра: наполовину девушка, наполовину тележка.

Оно заговорило с ними на тантамиже, но с примесью слов мурканцев, жунгво и юрпейцев. Донован осознал, что понимает речь, хотя ему пришлось просить существо повторять сказанное по нескольку раз.

— Почто вы пробудились сейчас? — наконец понял Донован то, что сказало существо. — Наша планета пока не готова.

— Кто вы, о машина, что вопрошаете сие у нас?

Изображение улыбнулось.

— Я — бортпроводник восемь-и-четыреста девяносто три пи-ча-ро, шри-колонист, и таковы мои обязанности.

— Я буду называть вас «Пэчароо».

— Как возжелаете. Сейчас не назначенное время пробуждения. Случились ли неполадки с вашей капсулой?

— И почему я не должен бодрствовать? — Он повернулся к компаньонам. — Оно говорит, что мы проснулись раньше положенного срока.

— Не глупите, шри-колонист, — возразила машина. — Планете не стать миром еще девять лакх часов. Вы убедитесь сединами, прежде чем начнется высадка.

— Девять лакх? Девять сотен тысяч часов… Это метрические часы или додека?

— Сие непонятно. Час есть час. Каковы ваши капсулы, дабы я сопроводила вас к ним? Не расходуйте свои часы жизни, ибо время потраченное возвернуть невозможно.

— Значит, терранский час. Девять лакх будет… около сотни лет.

Софвари присвистнул.

— Куда меньше, чем нужно гладиольскому ковчегу для подготовки планеты.

— Что ж, — ответил ему Донован, — гладиольский ковчег куда меньше этого бегемота.

Он повернулся обратно к Пэчароо.

— Планета Эньрун уже терраформирована. Мы явились оттуда. Пришло время пробудить колонистов и спустить их.

— Я не вижу на вашем рукаве нашивки экологиста. У вас нет требуемого штрихкода и знака. Позвольте справиться у корабельных сенсоров. — Из машины послышалась приятная мелодия. — Активационный луч был послан две недели назад, но ответного сигнала пока нет.

— Вы ошибаетесь, — сказал Донован. — Сенсоры разрушены! Вы отправили сигналы более тысячи лет назад, но уши ваши оглохли.

— Мне прискорбно говорить это, — ответила Пэчароо, — но сие не моя сфера. Не изволите ли последовать за мной?

Тележка развернулась и неспешно покатилась по коридору.

— Скажи ей, пусть проведет нас в центр управления, — попросил Софвари. — Мне бы хотелось знать, основаны ли их гравитационные решетки на том же принципе, что наши. И генетические данные… Просто бесценно!

Донован решил попытать удачу.

— Пэчароо! У нас срочное сообщение для капитана. Изволите ли вы призвать его?

— Капитан Салахуддин более не на борту «А. К. Прабха-карана». Он верил, что мир успешно осеменен, и увел многие челноки на планету. Но миновало несколько недель, а они не вернулись и не выходили на связь с кораблем. Очевидно, экосистема пока слишком юна для поддержания жизни. Я переступила стандартные полномочия, поведав вам сие, но пусть это убедит вас в вашем заблуждении.

Несколько недель… Донован пожал плечами.

— Мы можем посмотреть, куда оно ведет нас. — Он поравнялся с тележкой. — Что за помещение мы минуем? Но глаголь медленно, дабы мог я перевести своим друзьям.

— Это спальня холодного сна номер сто восемьдесят три, шри-колонист. Если друзья ваши не говорят ни на тантамиже, ни на мурканглисе, они ошиблись спальней. Эта спальня предназначена для терран. Колонисты с Меньших Миров расположены в иных местах.

— Меньшие Миры, — сказал Билли Чинс, подтвердив подозрения Донована насчет того, что он тоже понимал танта-миж. — В их число входит и Дао Хетт?

Проводница на мгновение замолчала, потом сказала:

— Тау Цети — ценный и значимый член Содружества. Они стоят плечом к плечу с нашими товарищами против народа песка и железа.

Пэчароо добавила еще несколько комплиментов на языке жунгво.

Софвари ахнул. Как и большинство людей, он считал, что Содружество пало из-за восстания Дао Хетта, а предтечи сгинули задолго до того, как люди вообще вышли к звездам.

— Я не вижу спящих, — сказал Донован. — Как наречена секция, через которую мы идем?

— Тут, шри-колонист, находятся локальные системы резервной энергии и жизнеобеспечения для сего ряда спален. Они были активированы, хотя мне не сообщили о причинах. Уверена, это просто учения. Не нужно поднимать тревогу среди колонистов. — Проводница попыталась изобразить беспечность. — Если вы желаете вернуться в свою капсулу, я призову проводников, дабы сопроводить вас.

Когда Донован перевел ее слова, Мéарана сказала:

— Это и есть твой хваленый искусственный интеллект, Донован? Скорее, искусственный идиот!

— Он сбоит. Чего ты ожидала?

— Обычный автомат не отказался бы исполнить прямой приказ, — произнес Софвари. — Такое чувство, словно мы общаемся с личностью.

— Какого черта! Такое чувство, словно мы общаемся с чинушей! Она только пересказывает тебе своды правил. Подобие — не реальное существо.

Донован обратился к Пэчароо:

— Сколь долго работает аварийный генератор?

Проводница пришла в замешательство.

— Около часа или… дольше. Мои часы не синхронизированы. Благодарю, что привлекли внимание к этой проблеме. Я отправлю запрос в техническую службу для починки часов. Прошу, не тревожьтесь и проводите меня к вашей капсуле. — Секунду спустя она продолжила: — Проводники из иных спален не отвечают на мои призывы. До их прибытия я временно размещу ваших компаньонов в этой спальне, ибо множество капсул сейчас пустует.

Они вошли в необъятного размера зал, где рядами, колоннами и слоями парили равно отстоящие друг от друга кубы.

«Этот участок выглядит больше, чем казался снаружи», — подметил Ищейка.

Конечно, такое невозможно; и все же они здесь.

Каждый куб представлял собой блок, который состоял из двенадцати рядов по двенадцать цилиндров и имел голографический экран с буквой и цифрами, обозначавшими трехмерные координаты каждого блока. Между блоками во все стороны бежали мостики. По подсчетам Ищейки, в отсеке находилось около пятидесяти тысяч цилиндров. И в каждом спал колонист.