Аркадий и Борис Стругацкие. Собрание сочинений. Том 1. 1955-1959 - Аркадий Стругацкий

Джерри потеребил нижнюю губу.

– Dunno… Hope ‘tis not a war^[12].

Он подозрительно посмотрел на Като и Исиду.

– И что, часто здесь, в Гонюдо, бывают такие фейерверки?

– Бывают… – неопределенно сказал Като. – Нам пора.

Он отошел к джипу и поставил ногу на подножку. Красивая южанка поднялась, торопливо натягивая шелковый халат.

– Это… опасно? – спросила она встревоженно.

– Нисколько, сестрица, – галантно ответил барон. – Просто нам пора. Исида!

Пляж пришел в движение. Курортники взволнованно переглядывались, размахивали руками и строили предположения.

– Какая-нибудь старая мина…

– При отливе? Хотя, может быть…

– Чепуха! Просто шальной снаряд с полигона.

– В этом районе нет полигонов.

– Нет есть!

– Кажется, в Японии уже не найти места, где бы не было полигонов.

Кто-то уверял, что за несколько секунд до взрыва видел высоко в небе движущийся предмет, весьма напоминающий «сорато-бу-сара» – «летающее блюдце».

– Вы думаете, это русские?

– Война!..

Исида сплюнул, презрительно скривив губы.

– До свидания, – сказал он американцам.

– До свидания, – скорбно откликнулся капитан третьего ранга.

Исида в последний раз полюбовался заплывшим глазом Джерри, отдал честь и направился к джипу.

– Это твоя работа? – спросил он, усаживаясь.

– Что? Ах, Джерри… Нет. По-моему, это Савада: у него железный кулак…

Барон ткнул шофера в спину согнутым пальцем и уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, как вдруг раздался громкий пронзительный крик:

– Смотрите! Там человек!..

Лысый Хотта, приплясывая от возбуждения, махал рукой в сторону моря.

– Там человек! Как раз там, где взорвалось!

Все, кто был на пляже, увидели за желтой полосой обнаженного дна, на фоне светло-синего мелководья, отчетливый силуэт, похожий на веселую игрушку «дарума» – японского ваньку-встаньку.

– Человек!

– Его оглушило, он не может подняться!..

– Бедняга!..

Красавица южанка сердито воскликнула:

– Мужчины, что же вы стоите?!

Кинооператоры, сбросив брюки и рубашки, решительно двинулись на помощь потерпевшему. За ними последовали несколько курортников. Барон Като, посвистывая сквозь зубы, взял бинокль.

– Вот оно что… – пробормотал он, вглядываясь. – Странно!..

Капитан Исида знал Като около пятнадцати лет, и ни разу за это время барон не подал повода заподозрить себя в гуманности и человеколюбии. Поэтому капитан удивился, когда Като, внимательно рассмотрев черный силуэт идиота, валявшегося в подводной воронке, внезапно отбросил бинокль и принялся расшнуровывать ботинки. Исида спросил:

– Туда?

– Раздевайся, – приказал барон вместо ответа.

– Какое нам дело? Я хочу есть…

– Скорее, Исида, иначе мы опоздаем!

Исида молча повиновался. Поддернув трусы, они соскочили с машины, пробежали мимо американцев, проводивших их насмешливыми замечаниями, и пустились вдогонку за кинооператорами. Песок был сырой и плотный, бежать было легко. Они обогнули две или три небольшие, неглубокие лужи, перепрыгнули через торчащие из воды камни и вскоре опередили одного из курортников. Исида рассмеялся: это был тот самый молодой человек в темных очках. Молодой человек слегка прихрамывал.

– Скорей, скорей! – торопил Като.

Исида бежал за ним, строго соблюдая интервал в два шага, как рекрут на занятиях по гимнастике. «Вассё, вассё!.. Раз-два, раз-два!.. Вассё, вассё!..» Перед его глазами равномерно, в такт прыжкам дергалась смуглая мускулистая спина барона. На левой лопатке красовалась красно-синяя хоримоно – татуировка, изображающая хризантему. «Вассё, вассё!..» Под ногами заплескалась вода. Неожиданно Като остановился, и Исида чуть не налетел на него. Като торжественно сказал:

– Вы арестованы, потрудитесь встать!

С трудом переведя дух, Исида вышел из-за спины барона. Что-то холодное и скользкое коснулось его колен. Это был маленький осьминог, видимо выброшенный взрывом. Бурый бесформенный комок щупалец судорожно сокращался, покачиваясь на волне. Исида выругался сквозь зубы, отшвырнул его в сторону и поднял глаза. Шагах в двадцати над поверхностью воды возвышались блестящие черные плечи, грудь и голова Железного Человека.

Исида всегда был немного суеверен; и когда из кучки кинооператоров и курортников, топтавшихся рядом, донеслось слово «каппа»^[13], он в испуге подался назад, оступился и чуть не упал. Впрочем, он сразу вспомнил, что каппа народных сказок обитают только в прудах и болотах. Кроме того, его успокоил вид армейского двенадцатизарядного кольта, неизвестно откуда появившегося в вытянутой руке барона.

Люди с опасливым удивлением смотрели на Железного Человека, а Железный Человек неподвижно глядел на них громадными выпуклыми глазами, торчащими по бокам головы. Искры солнечного света дрожали на его чешуйчатой коже цвета вороненой стали. Шеи у него не было, и теперь стало понятно, почему издали он показался похожим на «дарума».

– Вы арестованы, – повторил барон. – Вставайте и не пытайтесь сопротивляться, иначе я буду стрелять.

Исида облегченно рассмеялся. Разумеется, это всего-навсего шпион в водолазном костюме. Офицеры морской обороны барон Като и Исида схватили шпиона иностранной державы! Молодчина, Като!..

– Встать, мерзавец! – крикнул он.

Железный человек не пошевелился. Исида щелкнул языком.

– Может быть, он без сознания… или сдох?

– Сейчас проверим.

Позади послышался плеск воды. Исида оглянулся. К ним подбегал молодой человек в темных очках.

– По… погодите… немного… – произнес молодой человек, задыхаясь. – Не… не стреляйте.

– Не лезьте не в свое дело, – любезно сказал Исида, – и не хватайте господина офицера за руку, а не то получите по морде.

– Он просто… не понимает… вас!

– ТА КХАЙ ГА ЦХУНГА, – сказал Железный Человек. Все замерли. Барон переложил пистолет в левую руку.

– Заговорил!

Железный Человек безжизненным голосом выбрасывал глухие гортанные звуки. Он по-прежнему не шевелился, но глаза его медленно налились желтым светом, едва заметным на солнце, и вновь погасли. На лице молодого человека в темных очках изобразилось изумление.