Дилемма - Рамез Наам

Шесть беспилотных летательных аппаратов-амфибий класса «мурена», замершие наготове в воздухе вокруг Голубого острова, ждали команды со своей подводной базы класса «манта».

Независимо друг от друга их бортовые компьютеры проанализировали поступивший приказ. Они отправили запросы на аутентификацию и подтверждение приказа, проверили полученный шифровальный ключ, подтвердили легитимность команды. Открытие огня на поражение – разрешено. Все проверки пройдены. Дроны независимо друг от друга загрузили план штурма, а также дополнительные планы «А», «B» и «С». Подтверждено. Выполнить. Выполнить. Выполнить.

Секунду или две ничего не происходило. Темные волны тихо перекатывались под черным безлунным небом. С берега донесся одинокий крик попугая. Квакали лягушки, стрекотали насекомые.

А потом в мире воцарился хаос.

Два дрона со стороны юго-восточной оконечности острова сели на воду, отключили функцию поглощения радиоволн, чтобы одновременно появиться на экранах всех радаров, активировали маскировочные системы, позволяющие им казаться намного больше и массивней, чем в реальности, открыли огонь из всех орудий и помчались к острову. Боевое ПО создавало у противника обманчивое впечатление массированной атаки.

Остальные «мурены» на юге, севере и востоке тоже выпустили микроснаряды с жидкостными ракетными двигателями на гидразине. Извергая из сопел потоки высокотемпературной плазмы, они с ускорением 8 g понеслись к островным мишеням. Дроны активировали радарные и сонарные системы, громко транслируя сигналы и преувеличивая собственные размеры, и тут же инициировали перезарядку пусковых установок.

На западе одиноко и безмолвно болтался на волнах последний дрон – замаскированный и невидимый для радаров. Он оценивал ситуацию, тщательно прицеливался и ждал подходящего момента.

Заработали автоматизированные защитные системы острова. Оглушительно взвыли сирены, заставив операторов подскочить от неожиданности. На экранах компьютерных мониторов замелькали уведомления и предупреждения. Люди еще не успели отреагировать на атаку, а машины уже взялись за дело: ожили системы ПРО, запуская в воздух тучи противоракетных снарядов. Островные ракетные установки пришли в движение, целясь во вражеские корабли.

Микроснаряды с дронов-амфибий начали шнырять в воздухе туда-сюда, адаптируясь к контрмерам противника. Одних это спасло, других – нет. Они падали с небес, подсеченные лазерными лучами, врезались в противоракетные снаряды (со скоростью вдвое выше скорости звука), гибли от ударных волн разорвавшихся неподалеку ракет.

Островной системе ПРО удалось сбить восемь снарядов.

Шестнадцать прорвались к цели.

Первый спустя четыре секунды после запуска достиг радарной установки: в последний миг боеголовка вспыхнула, окатив самоубийственной радостью ее примитивный искусственный интеллект, – цель поражена! Через долю секунды в цель угодил следующий микроснаряд: боеголовка разорвалась за миг до столкновения с одним из островных ракетных комплексов. В результате взрыва по цепочке сдетонировали все снаряды комплекса: оглушительное стаккато прогремело над островом, взметнув в черное небо ярко-красное грибовидное облако. Если бы микроснаряд уцелел, его искусственный интеллект был бы крайне доволен.

Буквально в считаные секунды все островные радары, боеголовки и каналы связи были уничтожены. В выгоревшем дотла командном центре продолжали реветь сирены. Несколько сотрудников безопасности успели (пока радары не уничтожило взрывами) увидеть на мониторах, как к ним движется внушительный вражеский флот. Причем два судна стремительно приближались к пристани.