Баламут 2 - Василий Горъ

12 сентября 2112г.

…Блистательный и его опростоволосившийся телохранитель ушли, «не привлекая к себе внимания». Благо, дверь в общий коридор валялась на полу, а серию жестов, показанных им Долгоруким, можно было истолковать в одном-единственном варианте: «Идите, я за ним присмотрю…» И ведь на самом деле присматривал. Все время, пока я «невидящим взглядом» пялился в стену и уговаривал себя не паниковать раньше времени. А еще поглядывал на мою матушку, пребывавшую приблизительно в том же состоянии, и о чем-то сосредоточенно размышлял.

К неким выводам пришел эдак минут через пять тягостного молчания, прикоснулся к своему комму и этим жестом «выбил меня из прострации»:

—Государь, прошу прощения за…

—Не за что извиняться…— не дав мне закончить, выдохнул он.— Я, увы, знаю, насколько тяжело терять по-настоящему близких людей, поэтому от всей души сочувствую и вам, и вашей матушке. Более того, перенесу начало награждения часа на три-четыре. Де-юре для того, чтобы внести изменения в церемонию в связи с последними новостями, де-факто — для того, чтобы дать вам прийти в себя.

—Благодарю за сочувствие, но мы справимся и так…— пообещал я, но он отрицательно помотал головой и, вероятнее всего, попробовал нас отвлечь тем, что первым пришло в голову: — Кстати, вы не будете возражать, если мои люди заберут из спальни труп?

Возражать я, естественно, и не подумал. Поэтому следующие минуты три был занят делом. В смысле, поруководил процессом и, вовремя вспомнив о четырех микрокамерах, оставленных китайцами, сделал вид, что провожу инструментальный осмотр с помощью коммуникатора, и выжег «найденную» дрянь. А после того, как освободился, отпальцевал Ларе, изображавшей мою тень, просьбу «сбегать» в убежище, вернулся в гостиную и отвлек государя:

—Владислав Мстиславович, я тут подумал, что мой отдел имеет смысл расформировать. Ведь засечников не сегодня завтра растащат по научно-исследовательским лабораториям и родам, соответственно, никакой работы с ними не будет. Опять же, его существование вызовет лишние вопросы к вам и зависть к нашей троице. Кстати, аналогичные нам не нужны: сразу после награждения мы отправимся в Зону и не покинем из нее до тех пор, пока не уничтожим последнего корха, оставшегося в нашем мире. Да и потом улетим не в столицу, а в Дагомыс. Жить в тишине и спокойствии. Или… попробуем выкупить хотя бы часть земли внутри старой Стены и построим там родовое поместье.

—То есть, появляться в свете вы не хотите, верно?— на всякий случай уточнил он, получил сразу три подтверждения — от меня, матушки и Даши — и невидящим взглядом уставился в стену.

А мне стало не до него, так как в этот момент чувство леса показало силуэт Шаховой, вернувшейся из убежища, и я невольно затаил дыхание. А еще через миг чуть не взвыл во весь голос от дикой радости — зная, что я жду ее появления, женщина… исполнила короткий, но буйный и очень веселый танец! Страх за деда, естественно, сразу же испарился, и я, поймав взгляд матушки, с намеком опустил ресницы.

Она так же безмолвно уточнила, правильно ли поняла намек, получила точно такое же подтверждение и изобразила намек на счастливый прищур. А через пару секунд к нам «вернулся» государь и задал неожиданный вопрос: — Ратибор Игоревич, скажите, пожалуйста, кто именно раздобыл и доставил на Базу те самые обелиски, которые изучал ваш дед?

Я равнодушно пожал плечами:

—Мы. Но что это меняет?

—Все!— довольно осклабился он.— Российская Империя, Поднебесная и ваша община только воевали, а Червоточину закрыли вы, Елисеевы. И этот факт оспорить невозможно. Поэтому все участники сегодняшней церемонии будут награждены за подвиги, совершенные во время межмировой войны, а вы — и за подвиги, и за ее прекращение. Вот и получите гораздо больше, чем все остальные!

—Сы-ы-ын…— требовательно протянула Бестия, демонстративно повела рукой, и Император сломался:

—Я выделю семью Ратибора Игоревича в отдельный род Елисеевых-Багряных, выделю в качестве родовых земель всю территорию бывшей Зоны, включая Базу, профинансирую строительство достойного поместья, дороги и небольшой взлетно-посадочной полосы. Кроме того, внесу изменения в герб — правда, эти изменения пока еще не придумал — награжу титулом «Опора Долгоруких» Святослава Борисовича и выведу из фокуса внимания Ратибора Игоревича.

—Как именно?

—Отправлю вертолет за нынешним главой нового рода. Прямо сейчас…