Чужая корона - Алексей Изверин

Старик кашлял и снова начал ругаться. Ну, живой, хорошо… Царапина большая на боку. Жить будет!

— Я не хотел, Ваше Величество…

— А оно само получилось. — Сказал я. — Мало оружием владеть научиться, надо ж научиться, когда им пользоваться, а когда нет!

Лицо парня скривилось.

— Эх, ладно, да ни в чем ты не виноват. Смотри, жив старый…

Старик все громче и громче начал что‑то бормотать, ворочаясь на земле. Бок ему украшала здоровенная, но все же царапина. Девчонки молчали, только глядели большими глазами.

— Ты что разоряешься, старый? — Спросил я.

— Лодку мою потопили, лодочку, "Чайку" мою! — Конечно же, слог был куда как длиннее, но я понял только это. В промежутках старик упомянул богов, мир этот, людей, его населяющих, и свою тяжкую беспросветную жизнь. Ну и королю доставалось неслабо.

А даже заслушался. Вот, а говорили, что только дворяне умеют ругаться‑то! Вот он, вот образец исконно народного творчества, хоть рядом стой и в блокнотик записывай. На будущее, вдруг когда пригодится.

— На золотой. И замолчи. — Я положил на землю пару золотых монет. — Столько твой баркас стоит, да? Столько? Или больше?

За моей спиной быстрый шум, возня.

Я обернулся.

Мой охранник придавливал к земле пацана, на земле валялся грубый нож, скорее полоса металла, с одной стороны наточенная, а с другой тряпкой замотанная, чтобы держать можно было.

— Со спины подбирался, Ваше Величество. — Барон Шорк отшвырнул носком сапога нож в сторону моря. Сильно так, как футболист пенальти, но до прибоя не добросил.

— А ты что, старый, свой баркас‑то кому попало отдал? — Продолжил допрос я.

— Да куда мне, …, старому, …, … Ваше Величество…

— Да уж понимаю. — Половину слов снова не понял, больше по смыслу догадался.

— Отняли? — Догадался я. — А кто был‑то?

— Так… Это… Банда Кривого Путника… Нехорошего, …, человека.

— Чё‑то знакомое… Граф Нидол! Кто это такой?

— Бандит, Ваше Величество, вор и убийца. Грабил богатые дома, поместья, убивал…

Я гляну в сторону. Там как раз крутились в водовороте доски и тряпки, с драккара азартно тыкали копьями и били веслами. Нда… В таком круговороте не уцелеть. Ну да одной бандой минус, так сказать!

— Добровольно отдал, небось? — Я внимательно глянул на старика. Ага, не сказать чтоб добровольно. У самого фингал под глазом, а девчонки… Хм. Одной точно по лицу досталось, распухнет.

— Ну так а что ж ты меня материшь‑то, старый хрен? — Удивился на публику я. — Это ж не я твой баркас угнал. Что ж Кривого Путника не поминаешь?

— Так… Страшно, Ваше Величество! Услышит, так и не жить ни мне, ни юнцу, пигалицам этим… Не могу, Ваше Величество! — Старик поправил бороду, поглядел на меня хитрыми глазами. — Убьет, а то и похуже…

— А я, значит, добрый такой? — Поднял я бровь.

— Так… Всякому известно, что король Седдик Четвертый защитник народа простого, и никогда не обидит…

— Однако. — Купился я на грубую лесть. — А сам‑то ты кто будешь‑то, старый?

— Я Старый Фло, или просто Фло, Ваше Величество. Я рыбак. С баркаса сети… Рыбку ловим… Лосося, форель, мокрицу.

— Понятно дело. Старый Фло, вот тебе два золотых. Один забираю обратно в счет штрафа, за сквернословие на представителей власти и королевскую семью. По иному, надо б тебя высечь, да уж поздно. А вот юнец твой… Эй, малый! Ты что хотел с ножом этим сделать?

Малый молчал, смотрел исподлобья.

— Эй, рыбак. — Вдруг возник у меня над правым плечом граф Нидол Лар. — А тебе зачем такой баркас‑то большой, а? И почему…

Старик резко захлопнул рот, как выключили его, а потом рванулся ко мне. Откуда не возьмись, в руках его маслянисто свернула сталь.

На прием я его взял просто автоматически, даже не понял ещё, что же происходит, а мои руки легли на его старческое, но крепкое запястье, вывернули вбок, против часовой стрелки, с хрустом, но не удержал, удивительно крепкое для такого старика запястье вывернулось из моих ладоней…

Силенок маловато. Старик ворочался в грязи, с кинжалом в груди, своим же собственным. Я матерился и растирал запястье. Барон Шорк с мечом рядом стоял и не знал, кого рубить. Старикана‑то уже как и поздно. Чезет обиженно потяжелел у меня на боку. Что ж ты так, хозяин, близко подошел? Если б чуть подальше, я б в нем дырок наделал!

— Вот же ж зараза тебя возьми, старый хрыч. — Плюнул я тягучей слюной. Меня всего трясло, лезвие чуть — чуть не достало до моего живота. — Эй, не надо плакать, девушки, дедушка…

А девочки вовсе даже и не плакали. На лице той, которая постарше, вдруг проступило такое довольное выражение, что я сразу анекдот про хомячка вспомнил, который сначала помер, а потом ожил, но его все равно решили похоронить, ибо похороны‑то довольно пышные да приятные!

— К`оха, не п`ачь. — Прошепелявила старшая. — Ко`оль убил злого деда!

— А где ваши папа с мамой, малявки? — Спросил я.

— Они спят, а нас взял с собой. Деду на лодку б`ать не хотели. Мама и папа в той хижине, спят. Вот там.

— А этот мальчишка… Он ваш… Брат?

— Нет, он со злым дедой пришел.

— Ваше Величество. — Дрожащим голосом произнес граф Нидол Лар. Лицо у него бледное, глаза не знает куда деть. — Я и не думал…

— А зря. Забыли. — Махнул я рукой. — Как ты понял‑то?

— Ваше Величество, руки у него были не как у рыбака, а скорее как у контрабандиста. Да и сеть с такой лодки не бросают. У меня, в графстве Лар, тоже рыбаки есть. И он очень ухоженный, обратите внимание на него и на детей.

— Нда. А я сразу‑то и не понял. Кого ж мы приголубили‑то?

Всех удивил Две Стрелы. Здоровенный мужик, похожий на топорище, вырубленное целиком из скалы, повел себя совершенно неожиданно.

— Мали, — он подошел в девчонкам, приобнял их чуть здоровенными руками — лопатами. — Мали, а как злого деда называли другие?

— К`ивой Пугник! — Важно сказала средняя. — Я слышала.

— Вот и молодец. — Задумчиво так сказал я. Слышал я уже сию кличку, слышал. Вроде бы так называли главаря какой‑то большой банды, нет?

— Ваше Величество, можно мы к папе с мамой пойдем? Пожар занимается…

— Мали, вам бы туда не ходить… — Вдруг сказал Две Стрелы. — Пойдемте со мной. Ваши мама с папой мне сказали вас отсюда отвести в большой чистый дом, пока они спать будут. И они для вас куклу передали, вот такую… — Ладони — лопаты показали, какую. Выходило хорошо. — Пойдемте? Вы папу с мамой в другом доме подождете, чего их будить, пусть поспят… Умаялись, наверное.