Зерои - Дебора Бианкотти

Это было самое потрясающее зрелище, какое только Клип видела в своей жизни!

Когда прозвучали первые хлопки взрывов, сотни тысяч глаз обернулись на звук. От цепочки коротких взрывов по воздуху пробежала дрожь, как от крыльев, веющих в лицо.

В здании прогремели еще более мощные взрывы, и Клип узрела, как бетонное здание пошло волнами, словно занавеска на ветру. Ненадолго кирпичный фасад потек – как водопад или как плавящаяся фотография. Отель оседал в клубах пыли и дыма, этажи складывались, ложась один на другой – прямо блинчики на блюде! А затем громадная бетонная конструкция рухнула на землю, разбилась вдребезги, в воздух взметнулись серые клубы пыли.

Клип ахнула.

Штукатурка, кирпич и строительный раствор, камень, мрамор и бетон – все было раздавлено в пыль и крошку! И эта высоченная стена мелких частиц хлынула во всех направлениях. Толпа восторженно взревела. До Клип долетел резкий запах взрывчатки, а за ним – меловой запах внутренностей отеля.

Она пробежалась по глазам окружающих и увидела, как Крейг и его ошарашенные дружки исчезли, накрытые белой волной.

И сами зерои тоже пропали.

Стоявшие дальше люди вскидывали кулаки, размахивали руками, точно маньяки, пытались заснять разворачивающееся действо на крохотные камеры телефонов.

Райли продолжала внимательно наблюдать за происходящим – благо точек зрения у нее было в избытке!

Она потянулась, дотронулась до пальцев Анона и вновь удивилась тому, насколько легко и послушно ее ладонь скользнула в его руку.

Услышав безумный хохот, она нащупала руку Чизары.

– Это я, – сказала Клип.

Чизара рассмеялась еще громче.

– Как тебе результат?

– Впечатляет! Ты такое представление устроила!

– Я держу Итана! – заявил Анон. – А он – Нэта. Пошли!

И они двинулись вперед, цепочкой пробираясь сквозь кашляющую, радостно вопящую ораву. Клип позволила остальным вести себя и направила свое зрение дальше, за пределы облака пыли, туда, откуда таращились еще десятки тысяч глаз.

Рухнувший отель исчез, поглощенный пыльным облаком, но власти города приберегли напоследок еще несколько фейерверков. И сейчас они взмыли вверх и щедро раскинули свои сверкающие руки, как золотые плакучие ивы на фоне черного неба. Толпа загудела и зааплодировала.

– До чего ж людям нравятся взрывы! – с горечью воскликнул Итан.

Рядом с Клип послышался смех Анона. Может, его рассмешил Итан, а может, его заразила Чизара, которая до сих пор была на грани истерики, довольная тем, что так удачно она напугала Крейга и его приятелей.

Клип чувствовала, как смех бурлит и в ней самой. Это было нечто вроде безумия: видеть мир через множество глаз, направленных на обломки бывшего отеля.

Вскоре они впятером выбрались из редеющего облака, и Клип обнаружила глаза, не ослепленные пылью. Зерои разжали руки – все, кроме них с Аноном. Здесь, в толпе, им надо было держаться вместе, чтобы не теряться.

Клип вполне устраивал подобный расклад.

Трое зероев обернулись полюбоваться на плоды трудов Аварии, но Анон отвел Клип подальше – в какой-то укромный уголок.

– Прости, что я тебя одну бросил возле ангара, – тихо произнес он.

Клип покачала головой.

– Я могу сама о себе позаботиться. И тогда я очень о тебе беспокоилась. Скутер – не самый подходящий транспорт для человека-невидимки.

– Да, ситуация была неприятна. Тут гораздо лучше!

Он привлек ее к себе, и Клип почувствовала, как сердце колотится у него в груди.

Ее собственный пульс тоже учащенно бился от впечатляющего зрелища. Еще бы – ведь только что отель превратился в груду ненужных обломков!

Даже поверить трудно, на что способны люди! Обычные люди, без суперспособностей, с помощью одной науки.

И как здорово стоять рядом с ним!

– Как это было прекрасно! – сказала она. – Не успела я и глазом моргнуть, а «Паркер-Меридиан» уже исчез с горизонта!

– Да. А самое прекрасное, что никого из наших друзей не было внутри.

Клип невольно прильнула к нему – ее заново охватил ужас от того, как близка была катастрофа. Она отключила зрение, но темнота в черепе продолжала пульсировать яркими всполохами и вспышками.

– А если бы ты пошел в «Паркер-Меридиан» вместо Нэта? – спросила она.

– Я бы не сумел доехать. Скутер – это просто амбициозная газонокосилка.

– Нет, послушай меня, Анон! Я имею в виду, что если бы ты, допустим, успел проникнуть в здание, а Чизара бы опоздала, и тогда бы все взорвалось…

– Ну, я бы…

Он осекся на полуслове.

– А, я понял, о чем ты.

Клип крепко обняла Анона. Вспомнил бы вообще кто-нибудь об Аноне? Или он бы истаял в воздухе и постепенно стерся из ее памяти, не вернувшись?

Ни тела. Ни памяти. Ничего.

Анон сухо хохотнул.

– Если я когда-нибудь отважно пожертвую собой, то явно не ради посмертной славы!

– Может, опустим всю посмертную часть?

Он пожал плечами в ее объятиях.

– Я же в заварушку с Итаном не ради медалей ввязался.

Клип помотала головой, пытаясь избавиться от мыслей о его смерти – о его уничтожении!

– Это твой дурацкий дзен! – воскликнула она. – По-моему, ты классный, Анон. Ты заслуживаешь медали хотя бы за то, что ты такой безумно красивый. Но ты продолжаешь твердить, будто мудрость говорит, что ты ничто.

– Так оно и есть. – В его голосе слышалась улыбка. – Но в мудром высказывании имеется и вторая часть.

– Неужели? Просвети меня!

– Раньше оно казалось мне бессмысленным. А теперь я понимаю.

Анон наклонился к ее уху.

– Мудрость гласит, что я – ничто, а любовь говорит мне, что я – все.

– О-о! – выдохнула Клип, и губы их встретились в пылком поцелуе.

Сердце билось где-то в горле, часто-часто. Запахи пыли, чужих людей и Анона смешивались у нее в голове, вместе с радостными воплями толпы, которая приветствовала фейерверки. Ощущение близости его тела опьяняло. Оба они тяжело дышали.