Земля Обетованная - Маркус Сэйки

– Да. – Купер зашагал к дому, но обернулся. – Бобби, спасибо. Я твой должник.

– Ага. – Куин заулыбался. – И ты должен мне больше, чем одну выпивку.

Купер рассмеялся.

Увидев бывшего мужа, Натали напряглась. Ее мысли были, как всегда, очевидны. Купер увидел радость и облегчение от того, что он жив и здоров, и гнев за то, что ей пришлось пережить в течение последних шести месяцев. У Шеннон была повязка на ухе и кровь на рубашке.

– Привет, – сказал Купер, переводя взгляд с одной на другую.

– Ты не ранен? – спросила Натали.

– Нет. Целехонек.

– Все закончено?

– Да. Закончено.

– Ты окончательно вернулся со своего задания?

– Да, – сказал Купер и увидел, как Шеннон заледенела. – Полагаю, нет нужды представлять вас друг другу?

– Обойдемся, – сказала Натали. – Шеннон сама уже представилась. Она забавная.

– Знаю. Вы обе такие. Без вас мне бы не справиться.

Он не знал, что еще сказать, и обе женщины тоже не знали. Натали скрестила на груди руки, Шеннон перенесла вес тела с одной ноги на другую, затем все же произнесла:

– Ладно, я пойду. Оставлю тебя с семьей. – Она протянула руку Натали. – Приятно было познакомиться.

Натали взглянула на протянутую руку, затем обняла Шеннон и прошептала:

– Спасибо. Спасибо тебе.

Шеннон, обняв в свою очередь Натали, кивнула:

– Да. Ваши дети просто чудо.

– И живы благодаря тебе. – Натали отступила на шаг. – Если тебе что-нибудь – что угодно! – понадобится, не раздумывая обращайся. Договорились?

– Договорились. – Шеннон взглянула на Купера. – Полагаю, еще увидимся.

Она сбежала с крыльца и зашагала по мостовой.

Купер поглядел ей вслед и повернулся к бывшей жене. Последние шесть месяцев дались ей непросто. Проще говоря, жизнь Натали в это время превратилась в кошмар. И теперь, похоже, она вновь видела в нем партнера. Снова, вопреки всему, мужа. И ее, безусловно, больно ранило понимание того, что между ним и Шеннон явно что-то есть. А причинять бывшей жене боль было последним, чего сейчас хотелось Куперу. Следовало объяснить ситуацию, рассказать, что…

– Дети чувствуют себя нормально?

– Они… С ними все будет нормально. Хочешь их увидеть?

– О господи, конечно же! – Купер направился к двери, но вдруг застыл. – Одна секунда. Ладно?

Не дожидаясь ответа, он пробежал по мостовой и схватил Шеннон за руку:

– Обожди.

Она повернулась. Прочитать что-либо по ее лицу было сейчас невозможно.

– Что такое?

Купер открыл было рот, закрыл, наконец сказал:

– Мы уцелели.

– Я это уже заметила.

– Мы к тому же спасли мир.

– Да восславимся мы во веки веков!

– Так…

На лице Шеннон заиграло подобие улыбки.

– Да?

– Ну, ты сказала, что если мы уцелеем, то пойдем с тобой куда-нибудь пообедать или поужинать.

– Нет, я сказала вовсе не так. Я сказала, что, если мы уцелеем, ты сможешь спросить меня об этом.

– Ладно. – Купер пожал плечами. – Спрашиваю: пойдешь со мной пообедать куда-нибудь, где не будет пальбы из огнестрельного оружия?

– Даже не знаю. – Шеннон сделала паузу. – А что нам там делать, если пальбы не будет?

– Ну, что-нибудь придумаем.

Купер улыбнулся, и она улыбнулась в ответ:

– Ладно, Ник. Будем надеяться, что скучно нам там не будет.

– Так, значит, договорились?

– Договорились. А теперь иди.

Кивнув, он направился к дому. Через несколько шагов обернулся:

– Но у меня по-прежнему нет твоего…

Шеннон уже не было.

«Как она это делает?»

Ухмыльнувшись, Купер покачал головой и направился к дому. Дверь была открыта, и оттуда слышался голос Натали. Купер вошел внутрь и увидел сразу всех троих.

Тодд и Кейт были бледны и, очевидно, оба совсем недавно плакали. Купер разом понял, что с ними произошло за месяцы, пока он отсутствовал. Они еще не поняли, что с ними случилось, но сегодняшние события уже оставили на них свою отметину. Оба были ранены. Не физически, но тем не менее ранены.

На мгновение у Купера защемило сердце.

И дети не сразу узнали отца. Первой была Кейт: ее глаза расширились. Она посмотрела на Натали, потом вновь на Купера и сообщила Тодду:

– Папа.

А затем и дочка, и сын оказались в его объятиях. Все они одновременно и смеялись, и плакали, и говорили. И именно в это мгновение Купер понял, что был не прав.

Война для него не кончена.

Детям нужен светлый мир, нужно достойное будущее, и пока такое будущее не настанет, за него придется драться. Пока идет война, придется в ней участвовать.

Но сейчас Купер обнимал своих детей, и все остальное не имело значения.

Будущее подождет. Хотя бы недолго.