Цзюнь Цзюлин - Си Син

Комната для новобрачных. Свадебные свечи. Ночь. Прекрасное и бесценное время для влюбленных.

Для Чжэньчжэнь этот миг и правда был на вес золота. Девушка продолжала стоять перед Чэнъюем.

Хоть для пошива свадебного наряда и был нанят лучший портной, на теле юноши одежды все равно выглядели больше, чем нужно. Причина также заключалась в том, что он просто бессильно сидел в своем кресле и не мог с этим ничего поделать.

Девушка смотрела на него сверху вниз, и для Чжэньчжэнь юноша казался еще крошечнее.

Девушка улыбнулась.

–Иногда мне хочется спросить, почему ты такой глупенький и не веришь в мои слова?– спросила она.– Но потом я вспоминаю, что это тоже нормально. Все мы разные, и наши взгляды на определенные вещи могут отличаться.

–А юная госпожа Цзюнь весьма умна,– тоже с улыбкой произнес Чэнъюй.– В некоторые вещи трудно поверить, независимо от того, что говорят другие.

Цзюнь Чжэньчжэнь протянула руку, чтобы взяться за его кресло.

–Ладно, не будем терять времени,– сказала она.

Девушка втолкнула кресло в ванную, где уже приготовили бочку с горячей водой, и помещение заполонил пар. Повсюду лежали цветущие веточки сливы.

Однако в ванной не было ни благовоний, ни цветочного аромата. Вместо всего этого стоял резкий и странный запах лекарств.

Взгляд Чэнъюя зацепился за пар, исходящий из бочки с горячей водой, причем эта вода имела странный черный оттенок. Уголки губ юноши тут же приподнялись в насмешке, а глаза вспыхнули негодованием.

Неужели все то, о чем шептались люди, оказалось правдой? Ему давали лекарства, чтобы он…

Пара рук начала потихоньку снимать с него одежду.

Сейчас он оказался словно между молотом и наковальней. Пожалуй, в данный момент именно эта фраза идеально описывала происходящее.

Фан Чэнъюй с улыбкой посмотрел на девушку, чьи руки ловко и быстро снимали с него верхние одежды.

–Моя жена так хороша в раздевании других людей,– сказал он с улыбкой.

Он назвал ее женой.

Руки юной госпожи тут же остановились.

Выйдя замуж, она была уверена, что это лишь вынужденная мера. Девушка и подумать не могла, что он действительно будет с ней добр. Очень добр.

Это поведение заставило ее сердце биться чаще. Так или иначе, она ведь была юной девушкой.

Эти двое считались молодой супружеской парой… любить друг друга – это естественно… и ласковые обращения друг к другу имели место быть…

Это были те вещи, о которых она совершенно не задумывалась.

Чжэньчжэнь протянула руки и схватилась за нижние одежды юноши.

–Именно так,– ответила она.– Поэтому давай не будем терять времени.

Фан Чэнъюй снова улыбнулся и только собрался что-то добавить, как вдруг Чжэньчжэнь совершенно внезапно подняла его.

–Жена, в самом деле…

Прежде чем он успел произнести слово «нетерпелива», его бросили в бочку.

Так-то он был парнем, но эта девчонка сейчас собственными руками кинула его в воду.

Какая грубая супруга.

У нее, в самом деле, много сил. Неудивительно, что она могла драться с Цзиньсю. Ему захотелось рассмеяться и произнести все это вслух, и это явно могло ее разозлить.

Однако только на его лице появился намек на улыбку, она тут же исказилась, и из его рта вырвался пронзительный крик.

Как больно!

Казалось, словно тысячи игл вонзились в его плоть и кости. Это то же самое, что оказаться в котле с кипящим маслом.

Фан Чэнъюй чувствовал, как горела его кожа, словно его подожгли и варили заживо.

Что тут происходит? Это все из-за каких-то лекарств?

Фан Чэнъюй вновь громко закричал, после чего обратил внимание на Чжэньчжэнь, которая стояла подле него.

Из-за нестерпимой боли его взгляд был затуманен, но даже так он отчетливо видел высокомерие и безразличие в глазах своей жены.

Он кое-как сдержал очередной порыв крика, который вот-вот норовил вырваться наружу.

Тело инвалида не только заставило его пережить неисчислимые унижения, но и научило его искусно подавлять свои чувства.