Страна Рождества - Джо Хилл

Она нащупала телефон. В руке у нее оказалась просто теплая пластмассовая трубка, из чего она поняла, что звонят не из Страны Рождества, еще до того, как человек на другом конце линии заговорил.

— Я ничего не знал до позднего вечера, — сказал ее отец. — И мне потребовалось время, чтобы разузнать твой номер. Ждал сколько мог, на случай если ты пыталась поспать. Как ты, малышка?

Вик убрала трубку ото рта и сказала:

— Это мой отец, из Довера.

— Скажите ему, что разговор записывается. Все звонки на этот номер будут записываться в обозримом будущем, — сказала Табита Хаттер.

— Ты слышал, Крис?

— Слышал. Это хорошо. Все, что им понадобится. Боже, как приятно слышать твой голос, малышка.

— Что ты хотел?

— Хотел узнать, как ты. И хотел, чтобы ты знала, что я здесь, если понадоблюсь.

— В первый раз за все про все, да?

Расстроенный, он тихонько вздохнул.

— Я понимаю, через что ты сейчас проходишь. Я тоже когда-то через это прошел, ты знаешь. Я люблю тебя, девочка. Скажи мне, могу ли я что-нибудь сделать.

— Не можешь, — сказала она. — Нет ничего такого, что ты мог бы взорвать прямо сейчас. Все уже взорвано. Не звони больше, папа. Мне и так больно. А ты только делаешь еще хуже.

Она положила трубку. Табита Хаттер смотрела на нее с порога.

— Ваши специалисты по сотовым телефонам попробовали найти телефон Уэйна? Это чем-нибудь отличалось от того, что выдала функция «Найти мой айфон»? Не может такого быть. Если бы у вас была какая-то новая информация, вы бы не дали мне спать.

— Они не смогли найти его телефон.

— Не смогли найти? Или отследили его на шоссе Св. Ника, где-то к востоку от Страны Рождества?

— Для вас это что-нибудь означает? У Чарли Мэнкса имелся дом в Колорадо. Деревья вокруг дома были увешаны рождественскими игрушками. В прессе ему дали имя, окрестили его Домом Саней. Не это ли Страна Рождества?

Нет, подумала Вик. Поскольку Санный Дом находится в нашем мире. А Страна Рождества — в инскейпе Мэнкса. В Мэнксскейпе.

У Хаттер было лицо чертовски опытного игрока в покер — она наблюдала за Вик с выражением прилежной безмятежности. Вик подумала: если бы она сказала этой женщине, что Страна Рождества находится в четвертом измерении, где мертвые дети поют колядки и делают междугородние телефонные звонки, это выражение у Хаттер нисколько бы не изменилось. Она продолжила бы смотреть на нее этим прохладным клиническим взглядом, пока полицейские держали бы Вик, а врач впрыскивал бы ей седативный препарат.

— Я не знаю, ни где находится Страна Рождества, ни что это такое, — сказала Вик, что во многом было правдой. — Не понимаю, почему она появляется при поиске телефона Уэйна. Хотите, чтобы я посмотрела на молотки?

В доме по-прежнему было полно людей, но сейчас они выглядели скорее не полицейскими, а техническим персоналом, отрядом вундеркиндов из компании «Бест Бай»[135]. Трое молодых людей разложили ноутбуки на журнальном столике в гостиной: долговязый азиат с племенными татуировками, тощий парень с рыжей еврейской шевелюрой и примерно миллиардом веснушек и чернокожий чел в черной водолазке, которая выглядела так, словно была прихвачена из шкафа Стива Джобса. По всему дому стоял запах кофе. На кухне заваривался свежий кофейник. Хаттер налила чашку для Вик, добавив сливок и ложку сахара, именно так, как пила Вик.

— Это есть в моем досье? — спросила Вик. — Как я пью кофе?

— Сливки были в холодильнике. Должны же вы как-то их употреблять. А кофейная ложка была в сахарнице.

— Элементарно, мой дорогой Ватсон, — сказала Вик.

— На Хэллоуин я наряжалась Холмсом, — сказала Хаттер. — У меня была трубка, войлочная кепка и все остальное. А как насчет вас? Что вы надевали, когда шли пугать прохожих?

— Смирительную рубашку, — сказала Вик. — Я наряжалась пациенткой, сбежавшей из сумасшедшего дома. Хорошая тренировка для остальной части моей жизни.

Улыбка у Хаттер разгладилась и пропала.

Она села за стол рядом с Вик и вручила ей айпад. Объяснила, как пробираться по галерее, чтобы посмотреть фотографии разных молотков.

— Какое имеет значение, чем именно он меня бил? — спросила Вик.

— Неизвестно, что имеет значение, пока не увидите. Так что постарайтесь посмотреть все.

Вик перелистывала снимки кувалд, бытовых молотков, молотков крокетных.

— Что это, черт возьми? База данных, посвященная убийцам, орудовавшим молотками?

— Да.

Вик глянула на нее. Лицо Хаттер вернулось к своему обычному состоянию мягкой бесстрастности.

Вик пролистала еще несколько фотографий, затем остановилась:

— Вот. Он был вот такой.

Хаттер посмотрела на экран. На нем была фотография молотка в фут длиной, с прямоугольной головкой из нержавейки, рукояткой с насечкой и острым крюком, выходящим из конца.

— Вы уверены?

— Да. Из-за этого крюка. Это тот. Что это за молоток, черт возьми?

Хаттер втянула в рот нижнюю губу, потом оттолкнула стул и встала.

— Не тот, что купишь в магазине. Мне надо позвонить.

Она помедлила, положив руку на спинку стула Вик.

— Как вы думаете, вы смогли бы сделать заявление для прессы во второй половине дня? У нас на кабельном канале новостей идет хорошая игра. У нее много аспектов. Все знают истории «ПоискоВика», так что в этом и дело. Мне жаль, но многие там говорят о том, что произошло, как об игре «ПоискоВик», перешедшей в реальность жизни и смерти. Личная просьба о помощи не даст зрителям охладеть к этой истории. А держать общественность настороже — это наше лучшее оружие.

— Прессе уже известно, что Мэнкс похищал и меня, когда я была несовершеннолетней? — спросила Вик.

Лоб у Хаттер нахмурился, как бы в раздумье.

— М-м. Нет, им это пока не известно. И я не думаю, что вам надо упоминать об этом в своем обращении. Важно, чтобы средства массовой информации сосредоточились на том, что имеет значение. Нам нужно, чтобы люди искали вашего сына и автомобиль. Об этом мы и говорим. Все остальное в лучшем случае не имеет значения, а в худшем — отвлекает.

— Автомобиль, мой сын и Мэнкс, — сказала Вик. — Нам нужно, чтобы все искали Мэнкса.

— Да. Конечно. — Она сделала два шага к двери, потом обернулась и сказала: — Вы замечательно держитесь, Виктория. Вы остаетесь очень сильной в страшное время. Вы сделали так много, что мне стыдно просить большего. Но когда вы будете готовы, нам сегодня надо будет присесть, чтобы я услышала от вас всю эту историю. Мне нужно узнать как можно больше о том, что сделал с вами Мэнкс. Это может значительно повысить наши шансы найти вашего сына.