Война с демонами. Книга 2. Копье Пустыни - Питер Бретт

Лиша велела Уонде не подавать виду, если мужчины подтвердят слова матери герцога. Девочка справлялась прекрасно, зато сама Лиша с трудом сдержала улыбку.

– Вот как?

– Райнбек хочет, чтобы я от его имени попросил у герцога Юкора помощи в изгнании красийцев с земель Тесы, – пояснил Меченый.

Лиша кивнула с притворной мрачностью. Какой поразительной властью обладает мать герцога! Вот бы и ей научиться управлять мужчинами без их ведома!

Меченый выжидающе посмотрел на нее:

– И что? Ты не возражаешь? – Он казался почти разочарованным. – Не умоляешь взять тебя с собой?

Лиша фыркнула.

– У меня есть дела в Лощине, – ответила она, не глядя ему в глаза, – и ты никогда не скрывал, что хочешь разнести боевые метки по городам и весям. Все к лучшему.

Меченый кивнул:

– Я тоже так думаю.

Остаток пути они проделали в тишине и прибыли в лечебницу, когда ученицы снимали белье с веревок.

– Гаред, помоги девушкам отнести корзины с бельем, – попросила Лиша, когда пустая карета отъехала.

Гаред ушел.

– Уонда! Меченому нужно оружие для поездки на север. Принеси несколько связок меченых стрел.

– Хорошо, госпожа. – Уонда поклонилась и направилась в дом.

– Пять минут при дворе, и все уже раскланиваются, – проворчал Рожер.

– Рожер, ты не попросишь госпожу Джизелл велеть девушкам собрать еду в дорогу?

Рожер взглянул на Меченого и Лишу и нахмурился:

– Я лучше за вами присмотрю.

Лиша наградила его таким возмущенным взглядом, что он отшатнулся, преувеличенно изящно раскланялся и ушел. Лиша и Меченый отправились в конюшню, где воин достал свое меченое седло и конский доспех.

– Обещай быть осторожным, – попросила Лиша.

– Я всегда осторожен. Иначе бы не выжил.

– Верно, но я имела в виду не только подземников. У герцога Юкора… репутация более сурового правителя, чем Райнбек.

– То есть его не водят за нос собственные советники? Я знаю. Я знаком с Юкором.

Лиша покачала головой:

– Есть хоть одно место, где ты не побывал?

Меченый пожал плечами:

– За восточными горами. За западным лесом. На берегу моря за Красийской пустыней. – Он взглянул на Лишу. – Но я постараюсь наведаться.

– Я бы тоже хотела, если Создатель позволит.

– Теперь все могут странствовать, где пожелают. – Меченый поднял татуированную руку.

«Я имела в виду – с тобой», – едва не сказала Лиша. Его слова окончательно все прояснили. Она – его Рожер. Больше нет смысла надеяться на иное.

Меченый протянул руку:

– Ты тоже обещай, что будешь осторожна.

Лиша шлепнула его по руке и крепко обняла:

– Прощай.

Через час он уже скакал на север прочь от города, и хотя глаза Лиши были на мокром месте, ей казалось, что с ее плеч свалился тяжелый груз.

Лиша вернулась к своим прежним занятиям. Она дала урок ученицам и осмотрела больных, пока Джизелл отвечала на письма. Отчасти ей хотелось зарыться в книги о метках, которые лежали в сумке в комнате наверху, но она совладала с соблазном погрузиться в наследие Арлена, поскольку знала, что остановиться не сможет. Лиша была жадной до знаний, как Гаред – до разряда магии, который сотрясал его тело, когда он убивал подземника меченым топором. Но девушка решила хотя бы несколько часов безмятежно растирать травы и лечить пациентов от пустяков вроде простуды и переломов.

Завершив обход и отослав учениц на покой, Лиша заварила чай и поднялась с чашкой в гостиную Джизелл. В столь позднее время комната должна была пустовать, и в ней имелся теплый камин, а также небольшой письменный стол. Лише и самой надо было ответить на письма травниц со всего герцогства, с которыми она состояла в общении. Многие еще не знали о смерти Бруны. С того момента, как они с Рожером повстречали Меченого, у Лиши не было времени ни на травы, ни на старых подруг.

Поднявшись, Лиша услышала звон стекла. Она вошла в комнату и увидела за столом Джизелл Рожера. Перед ним стоял графин с бренди. Огонь шипел и плевался, на камнях очага лежали мокрые осколки стекла.

– Хочешь спалить всю лечебницу? – воскликнула Лиша, вытащила из кармана фартука тряпку и торопливо вытерла бренди, пока не загорелся.

Не обращая на нее внимания, Рожер наполнил другой стакан.

– Рожер, госпоже Джизелл не понравится, что ты бьешь ее посуду, – предупредила Лиша.

Рожер запустил руку в лоскутный мешок, который повсюду носил с собой. Мешок был старый, грязный и потрепанный, но Рожер все равно называл его «мешком с чудесами». И действительно, жонглер неизменно доставал из него чудеса, которые пленяли даже самых искушенных зрителей.

Рожер бросил на стол горсть старинных золотых монет Меченого. Они зазвенели, половина упала на пол.

– Пусть купит себе новую.

– Рожер, что с тобой? Если дело в том, что я тебя отослала…

Рожер отмахнулся и приложился к стакану. Лиша видела, что он уже в стельку пьян.

– Мне плевать, как вы с Арленом прощались в конюшне.

Лиша рассердилась:

– Я на него не вешалась, если ты на это намекаешь.

Рожер пожал плечами:

– А хотя бы и вешалась, мне все равно.

– Тогда в чем дело? – ласково спросила Лиша и подошла к Рожеру. Юноша мгновение смотрел на нее, затем снова запустил руку в мешок с чудесами и достал узкую деревянную коробочку. В ней хранился массивный золотой медальон.

– Министр Джансон дал, – пояснил Рожер. – Это королевская медаль за доблесть. Герцог вручил ее Аррику за то, что спас меня в ночь гибели Ривербриджа. А я и не знал.

– Ты тоскуешь по нему, – вздохнула Лиша. – Так и должно быть. Он спас тебе жизнь.

– Демона с два он ее спас! – крикнул Рожер, схватил медаль за цепочку и швырнул через комнату. Медаль гулко ударилась о стену и со звоном покатилась по полу.

Лиша положила ладони на плечи Рожеру, но жонглер оскалил зубы, и на мгновение она испугалась, что он ее ударит.

– Рожер, что случилось? – мягко спросила она.

Рожер вырвался и отвернулся. Казалось, он будет молчать, но все же заговорил.

– Я думал, это просто дурной сон, – произнес он сдавленным голосом. – Аррик играл на скрипке, и мы с мамой танцевали. Мой отец и вестник Джерал хлопали в такт. Стояло сезонное затишье, и в трактире в ту ночь никого больше не было.

Он глубоко вдохнул и сглотнул.

– Что-то с грохотом ударило в дверь. Я помню, как отец с утра спорил с мастером Питером, метчиком, но они с Джералом сказали, что беспокоиться не о чем.