Проклятие иеремитов - Игорь Масленков

По виду лесное воинство никак не походило ни на разбойников, ни на восставших горожан. Одеты по форме, отменно вооружены. Возможно, кто-то из местных феодалов решил подзаработать на большой дороге. Вне всяких сомнений, красно-белая расцветка говорила в пользу этого предположения. Но зачем светить родовые цвета? Так, чего доброго, слух и до властей дойдёт. Или устроившие засаду не оставляют свидетелей в живых? Да и надеяться на имперскую власть нынче бесполезно. Любой крупный сеньор, способный содержать многочисленный вооружённый отряд, мог воспользоваться всеобщей неразберихой и заняться грабежами. Если так, то дела плохи. С такими не договориться. Но Кайдлтхэ может выиграть время в пустых беседах и воспользоваться магией. Главное, ликвидировать вожака. Остальные, согласно теориям диванных стратегов, сами разбегутся. Если, конечно, не превратят Алексея и Кайдлтхэ в решето.

– Кто такие? – рявкнул рыцарь.

– Не видишь, гойхэ? Перед тобой светлые господа… – Кайдлтхэ старалась держать себя в руках, но всё же великий герцог услышал, как голос её на мгновенье дрогнул.

Да и было отчего. Ещё свежи в памяти воспоминания об ардарском плене. И умирать столь нелепо никто не хотел. Вышло всё слишком глупо. Угодили в ловушку, как последние лапотники.

– Вижу, что не шваль городская, – усмехнулся рыцарь. – А для вас, светлые господа, я благородный господин далг Ирискард. Каким ветром занесло вас в нашу глушь?

– Мы не обязаны давать отчёт первому встречному, пусть и далгу, – вспылила д’айдрэ.

– Послушай, светлая госпожа. – Красно-белый всадник терял терпение. – Мы не на императорском приёме. Ты выбрала не лучшее место и время для обмена светскими любезностями и упражнений в придворном этикете. Отвечай на вопрос, не то мои люди сделают в твоём теле несколько новых отверстий, коих боги не предусмотрели при твоём рождении.

– Да ты дерзослов, гойхэ! – сквозь зубы процедила Кайдлтхэ.

Глаза её светились двумя яркими гранатами, а лицо сделалось совсем серым. Она едва не взорвалась от гнева. Шутка рыцаря показалась ей не просто обидной, но оскорбительной. И всё же девушка сдержалась.

– Я на службе, а не на прогулке, светлая госпожа, – сказал командир отряда. – Мне велено задерживать всех чужаков и прочих подозрительных личностей. Вас я не знаю. Вы оба чужаки и выглядите подозрительно. Не хочешь говорить со мной, ну так в замке, куда мы скоро прибудем, тебе развяжут язык, будь ты хоть трижды д’айдрэ.

– Так и быть, для тебя, Ирискард, сделаю исключение, – нехотя сказала Кайдлтхэ. – Мы следуем из Рамтрэла в столицу.

– По какому делу?

– Знать тебе о наших делах вовсе не обязательно. Дольше проживешь.

– Угрожаешь? – вновь усмехнулся рыцарь. – В столицу, говоришь? Из Рамтрэла? А почему не через Аридал?

– Власть в Аридале захватили бунтовщики. Мы наткнулись на их пост и… отступили. Черни оказалось слишком много. Пришлось дать крюк.

– Возможно, – проговорил далг, помедлив. – Всё равно я обязан вас задержать и доставить в замок. Пусть господин бардалг с вами разбирается. Следуйте за мной. Да не вздумайте бежать или выкинуть какой-нибудь фортель. Арбалетный болт быстрее вас, д’айдрэ.

– Благородный господин, – подал голос один из пехотинцев, на вид самый старший. – Может, им на головы мешки надеть? Мало ли что.

– Благодарю за бдительность, Ирг. Только бесполезно. Эти с закрытыми глазами дорогу найдут. Разве ты ничего не слыхал о жителях Моридора? Да и негоже так поступать со светлыми господами. Ладно, хватить болтать. Всем следовать за мной! Ирг! Возьми двоих – и в арьергард!

Отдав команду, благородный Ирискард пришпорил коня, обошёл отряд и возглавил колонну. Арбалетчики окружили пленников, продолжая держать их под прицелом. Кайдлтхэ, а вслед за ней и Алексей, развернули лошадей и шагом двинулись по лесной дороге за красно-белым рыцарем.

Сердце следопыта трепетало. Сделалось страшно и обидно до слёз. Их перехитрили, и ничего с этим не поделать. Новое обстоятельство следует принять как должное и хладнокровно ждать развязки. Великий герцог утешал себя тем, что попали они не к разбойникам или разгневанным горожанам. Но и на императорских солдат вояки не похожи. Правда, Ирискард обмолвился, что находится на службе, упомянул бардалга. Да и о восставших отозвался нелестно. Вера в версию о войсках местного феодала крепла. Именно к нему, владельцу замка и господину здешнего края, и следует процессия. Алексей ничего не смыслил в тамарвалдской геральдике, сочетание красного и белого цветов ему ни о чём не говорило. А если бы и знал, то всё равно не мог сказать, какова позиция сеньора в политическом противостоянии. Сохранил ли он верность императору, поддержал ли восстание или затеял собственную игру? Нет, горожан он определённо не поддерживает. Но как бы там ни было, а мешки на голову не надели, не разоружили. Выходит, прямой опасности для жизни нет.

Следопыту не пришлось долго мучиться ожиданием, кавалькада вышла из леса. Алексей увидел огромные пёстрые луга и желтеющие квадраты полей. Солнце клонилось к горизонту, заливая оранжевым светом всё вокруг. Беззаботно порхали птицы, гулял среди трав проказник-ветер, да жужжали и стрекотали насекомые. На западе, ближе к тёмной кромке далёкого леса, возвышался холм, опоясанный крепостной стеной. На его вершине, окружённой второй стеной, стоял замок с четырьмя округлыми башнями по углам.

Сооружение не отличалось готической вычурностью или иными архитектурными изысками. Несмотря на простоту, крепость являлась крепким орешком для любителей лёгкой наживы. Вытянутый холм с двух сторон имел естественные препятствия – реку и впадающий в неё ручей. С напольной стороны доступ к стенам замка преграждали ров и вал с деревянным частоколом. У моста, переброшенного через реку, защитники цитадели возвели редут. Там копошились люди, скопилось множество лошадей и телег, груженных каким-то добром.

Замок и впрямь выглядел неприступным. Штурм превращался в непосильную задачу для армии, не располагавшей тяжёлой артиллерией. Но прежде следовало одолеть с боем переправу и два кольца крепостных стен. Наверняка в замке имелись колодец и вместительные подвалы, полные всяких припасов. Защитники могли выдержать многомесячную осаду, нанося при этом существенный урон противнику.

С каждой минутой замок становился ближе, и Алексей мог разглядеть всё больше деталей. У редута, близ моста, раскинулся палаточный лагерь. Здесь вовсю бурлила жизнь. Дым от костров поднимался к небесам, в огромных чанах готовилась еда, слышался стук топоров, визг пил, крики, ржание. Народ разгружал телеги, катил бочки, таскал камни, брёвна, тюки, вязки верёвок и канатов. По самым скромным предположениям, здесь трудилось не меньше сотни людей, скорее всего крестьян, а не солдат. Вооружённые чем попало, одетые кто во что горазд, они укрепляли лагерь и готовились к обороне. Всюду, над палатками, редутом и башнями замка, развевались красно-белые знамёна.

Среди защитников моста Алексей увидел около десятка солдат и одного рыцаря в пластинчатом доспехе, наверняка командира. Ирискард перебросился с ним парой фраз, и процессия вступила на деревянный мост.