Баламут 3 - Василий Горъ

Впрочем, на берег небольшого озерца, у которого развлекалась шайка местных разбойников, выскользнули без какой-либо спешки и, серией жестов распределив цели, включились в работу. Самого здорового — естественно, по меркам этого мира — мужика, увлеченно насиловавшего забитую крестьянку лет, эдак, тридцати, убрал я.Походя полоснув костяным клинком по горлу и перерезав бычью шею до позвоночного столба. Потом отправил к предкам двух рыжебородых парней в жилетах из овчины на голое тело и домотканых штанах, подпоясанных кусками веревки, и избавил от насильников женщину постарше. А в момент начала поворота к следующей цели лес вдруг «мигнул», и там, где за миг до этого находился мосластый детина с не раз ломанным носом, вдруг обнаружилось дерево, отдаленно похожее на иву! Причем с листвой, колышущейся на ветру в том же темпе, что и вполне реальные травинки!!!

«А вот и тот самый иллюзионист…» — отрешенно отметил я и шарахнул помутнением сознания. Само собой, не по нематериальной «иве», а в силуэт мага, поднявшегося на цыпочки и готовившегося сделать ноги. Благо, покрова или его аналогов на бедняге не было, а восприятие действительности чувством леса позволяло видеть сквозь заклинание-обманку.

Как и следовало ожидать, «лишняя» поросль сразу же пропала, а адепт школы магии, отсутствующей наЗемле, вывалился в реальность. Вот я его и спеленал. Качественно и не отвлекаясь на всякую ерунду, ибо два остальных татя уже смотрели в высокое небо дырами в глазницах от метательных ножей Шаховой, а простушки еще не поняли, что спасены. Закончив фиксировать конечности пленника пластиковыми стяжками, ткнул его в шею шприцом-пистолетом и коротко кивнул. Хотя «Ока», через которое за нами не мог не наблюдать дед, не видел. А потом отправился отвлекать крестьянок, только-только начавших приходить в себя.

Для этого подошел к телу здоровяка, перевернул на спину, вспорол левый рукав засаленной куртки почти до локтя и обнаружил местный кошель — кожаный наруч с десятками карманов под квадратные монеты. Разбираться с системой креплений этого аксессуара поленился, поэтому рассек по всей длине и молча кинул жертве, успевшей приподняться на локте и прикрыть ладонью с обломанными ногтями не иссушенную грудь, не лоно, заросшее густым черным волосом чуть ли не до пупа, а чумазое лицо.

Сообразив, что это своего рода компенсация за пережитое, женщина изменилась в лице, как-то уж очень бодренько оказалась стоящей на коленях и, радостно залепетав… уткнулась носом в огромную лужу крови, натекшей из перерезанной шеи здоровяка! Хотя должна была вспомнить о мужиках, убитых этими тварями у брошенной телеги.

Перевоспитывать ее я не собирался, так что позаимствовал «кошели» у бородачей, кинул рядом со второй простушкой и серией жестов дал понять, что мы не претендуем и на остальную добычу. К этому моменту наш главный трофей успел благополучно испариться, так что я кивнул Шаховой, ушел под марево и сорвался на обычный бег. Метров через пятьдесят-семьдесят скинул скорость до минимума, некоторое время качественно затирал следы, а потом открыл среднее «зеркало», дал возможность войти в него напарнице и следом за ней перешел в мастерскую деда.

А там попал. Вместе сЯзвой. В цепкие ручки Степановны. Слава богу, от силы на полчаса: вывернув нас чуть ли не наизнанку и сделав полтора десятка анализов, «злобная бабка» признала, что пребывание вНовом мире нам никак не навредило. Потом отвесила мне традиционный подзатыльник, заявила, что мы легко отделались, и отпустила восвояси. Точнее, послала куда подальше, так как мы ей, видите ли, мешали заняться исследованиями поинтереснее!

Мы для вида немного пострадали, хотя прекрасно понимали, что такой сильной разумнице, как «Марина», наши ужимки покажутся детским садом, и свалили. Сначала планировали завалиться в свои покои и ополоснуться в душевой кабинке, но, поднявшись на третий этаж, зацепили чувством леса силуэты «двух Маш», все еще отдыхавших в хамаме, переглянулись и отправились к ним.

Дамы обнаружились в кейфе — расслабленно возлежали на огромном ложе в приятном полумраке, пили чай и слушали тихую инструментальную музыку. Правда, в момент нашего появления во взгляде Долгорукой читалось все что угодно, только не нега, но это было предсказуемо. Ведь она неплохо освоила чувство леса, значит, заметила нас задолго до возникновения на пороге. Кроме того, знала, куда мы собирались, и жаждала подробнейшего рассказа. Зато целительница пребывала в самой настоящей нирване, поэтому среагировала только на мою шутку. Да и на ту не сразу:

—Вы решили отрастить себе жабры?

—Сочтешь, что они нам пойдут — отрастим…— отшутилась Бестия, аМаша разгладила подол халата на излишне худых бедрах, покосилась на внушительный бюст соседки по ложу, затем посмотрела на меня и притворно вздохнула:

—Скажешь — поставлю в очередь и это изменение. А на первом месте у меня, смею напомнить, избавление от армейского стандарта!

—Наш человек!— весело хохотнула Язва, успевшая раздеться до трусов, и демонстративно развернула плечи.

—Ваш…— без тени улыбки подтвердила целительница и продолжила еще серьезнее:— Рат, я поняла, на какую сторону Стены надо спускаться, и уже сделала первые шаги.

—Причем самые главные!— веско уточнила Долгорукая, затем накрыла ладонью ее предплечье и легонечко сжала пальцы:— Но планы на будущее мы обсудим как-нибудь в другой раз. А сегодня мы расслабляемся по полной программе…