Месть Солнцу - Василий Головачев

Несколько часов солнцеход просто наматывал витки вокруг Солнца, выслушивая доклады наблюдателей двух десятков станций, вращающихся на разных орбитах.

Если температура поверхности на светиле, со всеми оговорками, равнялась почти шести тысячам градусов Цельсия, то температура хромосферы достигала миллионов градусов, что следовало учитывать при маневрах и при включении систем датчиков, анализирующих все параметры Солнца.

На обследование ближайшего района с пятнами, получившего приоритет из-за их необычных конфигураций, ушло не больше часа. Компьютер солнцехода даром времени не терял, самостоятельно связываясь со всеми наблюдателями и астрофизическими центрами, чтобы определить главное пятно, подходящее под определение «консолидатора пятен», то есть центра управления всей структурой «агрегатов дойки плазмы», которые и должны были отсасывать плазму и куда-то её сбрасывать.

Физики на борту «Победителя огня» всё это время спорили до хрипоты, приводя аргументы в пользу той или иной гипотезы, но в конце концов все начали склоняться к единому мнению: неизвестный науке феномен, отзывающийся потерей массы звезды не по традиционным теориям, является комплексом искусственных сооружений, принадлежащих какой-то неизвестной цивилизации.

Пока солнцеход маневрировал, прицеливаясь к пятну, начальник экспедиции Сулеймен Ковальчук, специалист в области термоядерных реакций, снова созвал совещание, чтобы обсудить возникшие в связи с отсутствием результата проблемы. Приближался момент посыла на Землю отчёта о проделанной работе, а похвастать было нечем. К тому же напрягали гости: кСолнцу на корабле «Талиянг ян шу» (в переводе – «Солнечный крот») прибыла вторая китайская делегация, попросившая российских учёных поделиться информацией. Ковальчук бодро сообщил китайцам об отсутствии позитива, и «Солнечный крот» скрылся из виду. Что собирался делать капитан модуля, осталось неизвестным. В свою очередь китайцы делиться данными с российскими физиками не стали, но их присутствие напрягало.

Совещание по интеркому длилось не больше пяти минут. В конце концов решили не спешить с посадкой на пятно и продолжать обследование района пятен, напрягая всю имевшуюся на борту аппаратуру. И тут идею подал Илья Остроумов, наблюдавший за дискуссией из своей каюты.

–Товарищи академики,– сказал он,– разрешите маленькое уточнение?

–Без церемоний, товарищ майор,– сказал Ковальчук, нравившийся Флоре за мягкость и внимательность к коллегам.

–Возможно, я чего-то не понимаю в теории солнечного излучения, но раз температура на дне пятен понижена, эффект утечки энергии существует.

–У вас появились сомнения?– хмыкнул Римас Цилинский, физик из сибирского филиала Академии наук.

–Хочу предложить объяснение.

–Причина этого эффекта основана на вполне объяснимых физических взаимодействиях.

–А если мы ошибаемся? Что, если те, кто решил отсасывать плазму Солнца, просто решили использовать пятна в качестве порталов?

Система связи разнесла по отсекам реплики пассажиров, весёлые и не очень.

–Мы дистанционно изучили почти все системы пятен,– сказал Ковальчук,– и не заметили никаких порталов, сооружений и конструкций.

–Но что, если доильщики Солнца владеют технологиями, которые нами воспринимаются как естественные процессы? Никакие материалы на поверхности Солнца не выдержат таких температур, то есть для защиты аппаратов необходимо использовать полевые конфигурации. Точно так же используем силовые экраны и мы, укрывая свои конструкции от солнечного излучения.

По отсекам снова разнёсся говорок специалистов, принявшихся обсуждать слова Ильи.

–Коллеги, товарищи, не все сразу,– дружелюбно сказал Ковальчук.– Давайте дослушаем. Продолжайте, товарищ майор.

–Таким образом, мы просто не обращаем внимания на кажущиеся нам обычными процессы в пятнах. Мы уже решили, что если все пятна соединены в систему откачки плазмы, то где-то на Солнце должен находиться координационный центр этого безобразия. Кто-то обязан управлять всем процессом. Есть хотя бы намёки на существование такого центра?

Отсеками завладела тишина. Потом заговорил Цилинский:

–По всей поверхности Солнца разбросано двести тринадцать пятен, подходящих для признания их терминалами откачки плазмы. Мы как раз висим над группой пятен, где одно из них крупнее всех остальных. Может быть, это и есть центр?

–Координационный центр не обязателен,– добавил Ковальчук.– Каждый портал может управляться самостоятельно. Однако в случае непредвиденных осложнений или поломки агрегата должна сработать аварийная система, и для этого по-любому нужна наблюдательная миссия, контролирующая систему.

–То есть надо идти в фотосферу,– сказал озабоченно капитан «Победителя».

Новый взрыв голосов эмоционально возвестил об отношении учёных к речи капитана.

Флора, занимавшая в данный момент кресло в своей каюте, переключила линию связи на личный канал и показала Остроумову большой палец.

–Хорошая идея – с центром! Даже обидно, что она пришла в голову не мне.

–Шутите, командир?– смутился Остроумов.

–Ничуть, у нас появился шанс обнаружить-таки зелёных человечков, если они и в самом деле торчат в Солнце как скабка в пальце.

Илья засмеялся.

–Хорошо сказано – торчат, хотя я не знаю, что такое скабка.

–Заноза.

–Вы не филологический заканчивали, случайно?

–Упаси бог! У меня прабабка преподавала русский в иранском универе.

–Иранском?

–Иранцы молодцы, первыми поняли, что надо изучать не только китайский язык, но и русский.

–Кто бы спорил. Кстати, эффект похудения Солнца проявился давно, аж целый год назад, почему астрофизики не забили тревогу раньше?

–Хороший вопрос. Подскажи контрразведчикам.

–Сами сообщите, я не имею доступа в Коскон. Похоже, нам придётся нырнуть к пятну.

–Для того нас и посылали.

–Не мешали бы только коллеги.

Флора кивнула, отключая линию.

Чем занимались китайцы, чей корабль изредка появлялся в пределах прямой видимости гравитационных радаров, так никто и не узнал. Впрочем, это никого не интересовало, даже Флору, в чьи обязанности входило соблюдение инструкций по безопасности, особенно при контактах с земляками, изредка проявлявшими отнюдь не «родственные» ине дружеские чувства к себе подобным что на Земле, что в космосе.

Так как модуль имел и зал визинга, позволяющий восторгаться космическими панорамами, двери в него не закрывались ни днём, ни ночью. Во время полёта им пользовались все члены экспедиции, и Флора тоже не раз посещала этот небольшой зальчик с исчезающими стенами, хотя могла наблюдать за пространством, не выходя из каюты. Но масштаб видеореальности в зале был другим, что ценилось больше. Во всяком случае, вид Солнца с расстояния всего в одну двадцать пятую от меркурианского радиуса^[5] действовал на зрителей так, что им хотелось долго любоваться картиной, уютно сидя в креслах недалеко от бара.