Записки шамана - Никита Истомин

Единственное, что ей помогло поставить детей на ноги, это статус многодетной матери-одиночки и социальные гарантии государства, которые на тот момент были сильны. Ее дети ходили в хороший детский сад, в лучшую школу, всегда у нее были путевки от предприятия, защитные гарантии, и все, что у нее было, было дано ей на самом деле не мужчинами, а тем государством, которое в скором времени кануло в Лету. Кстати, Анна один из немногих людей, которые благодарят советское государство. После того как СССР рухнул, рухнуло и то предприятие, на котором она работала. Оно стало производить швейные машинки, а потом его попросту закрыли, распродав все оборудование, и Анна осталась без работы, зарплаты и социальных гарантий. Единственное, что у нее осталось, это квартира, которую она сумела приватизировать: в очередной раз наличие детей помогло ей, она избежала выселения. Анна какое-то время работала челночницей, ее дети были почти беспризорниками, ее мать к тому времени умерла, а своего у нее ничего не было. Прожила она все это время в полнейшей депрессии, но на своем пути она встретила человека, который лечился у шамана в похожей ситуации. Судьба дала ей шанс, направив ее к Арамаану. С которым она сейчас пьет чай и рассказывает свою невеселую историю.

– Почему вы настолько не верите в себя?

– Я же знаю, что я недостойна, что на мне лежит проклятие.

Он посмеялся и ответил ей, что никакого проклятия нет, это все вымысел.

– Нет-нет, что вы, – ответила она, – моя мать такая же, моя бабушка была такая же. И даже, как говорят, прабабушка тоже была неудачницей. На всем нашем женском роду лежит проклятие безбрачия и одиночества.

Шаман в очередной раз посмеялся и ответил ей, что все ее проклятие кроется в воспитании и вся проблема в том, что ее не научили быть женщиной. В ней воспитали кучу комплексов неполноценности, сделали из нее профессиональную неудачницу, заставив поверить в то, что она по определению не может иметь нормальное женское счастье.

– Что же мне делать? – спросила Анна. – Мне 51 год, и я у разбитого корыта. Даже мои дети меня не уважают. У меня ничего нет. Я в любой момент готова умереть. И даже если я умру, я знаю, что никто нисколько не пожалеет обо мне…

– Оставайся здесь, – просто сказал Арамаан.

В течение двух недель шаман лечил ее травами, велев ей забыть обо всей прошлой жизни. И когда он понял, что ее тело очищено от того, что в ней сидело, что ее мышцы ослабли, напряжение ушло, он начал работать с ее психикой.