Человеческий суперорганизм. Как микробиом изменил наши представления о здоровом образе жизни - Родни Дитерт

Визит к отоларингологу запомнился мне еще лучше. В своей приветственной речи он высказал предположение, что, должно быть, в моей жизни произошли какие-то важные события — ведь я не показывался у него в кабинете больше года. Когда я рассказал врачу, что его теория о желудочном рефлюксе вкупе с моим германским опытом и знаниями о микробиоме принесли неожиданные результаты, он был буквально ошарашен. В свою очередь он сообщил мне, что подозревает, что такие же инфекционные недуги, связанные с желудком и усугубляемые воспалением, свойственны и некоторым другим его пациентам. Но он не мог даже вообразить, насколько просто решаются эти проблемы. В заключение врач добавил, что мне все еще требуются некоторые противоаллергические лекарства, но теперь риск синусита находится под контролем, в то время как прежде он был совершенно неуправляем.

Это всего лишь один пример из моего личного опыта. Но учитывая, что, как известно, неуправляемое воспаление составляет основу большинства НИЗ и что микробиом «воспитывает» иммунную систему и обучает ее контролировать воспаление, вполне вероятно, что точно так же обстоит дело и во многих других случаях. Из всего сказанного можно сделать два главных вывода: (1) Поскольку сегодня вы располагаете информацией о микробиоме, которой я был лишен в 1980-х гг., не теряйте зря времени и сделайте что-нибудь полезное для своих микробов, составляющих ни много ни мало 90 % вашего суперорганизма. Когда дело дойдет до манипуляций с микробиомом, вы всегда можете обратиться за советом к врачу. (2) Похоже, изменения в рационе в сочетании с ребиозом оказываются более эффективными, чем одни только диетические изменения или только ребиоз.

14. Есть ли какой-нибудь риск, связанный с ребиозом?

Да. Реальность такова, что некоторый положительный риск свойствен почти всем аспектам нашей жизни — в том числе утреннему пробуждению, поездкам на работу, введению номера кредитной карты при регистрации на сайте какой-нибудь гостиницы, поеданию йогурта или разговорам по мобильному телефону. Так что с бульшим или меньшим риском связано любое наше занятие, и это обстоятельство не должно оказывать критического влияния на ваше решение прибегнуть к ребиозу. Более полезный вопрос: приемлем ли риск, связанный с ребиозом, для вас лично? По существу, только это и имеет значение.

Один из самых любопытных аспектов современного общества — то, как мы относимся к риску. На наше отношение к нему влияют несколько факторов, включая личностные особенности людей, уровень фактической опасности, особенности восприятия риска, осуществление контроля риска (например, делаем мы это сами или другие люди) и т. д. Ниже я рассмотрю некоторые общие аспекты риска, а затем их связь с микробиомом. Когда риск отличен от нуля, всегда существует вероятность каких-то событий. Эта вероятность может быть смехотворно низкой, но она никогда не равна нулю. Степень риска, которой мы подвергаемся, зависит как от уровня нашей выносливости, так и вероятности и возможной вредоносности самого события. С возрастом, опытом и изменением общественного положения мы порой начинаем по-иному относиться к риску.

Подростки и молодые люди часто весьма устойчивы к стрессу. Они реже прибегают к разного рода подстраховкам, гораздо охотнее, чем зрелые люди, испытывают самые новые и пугающие аттракционы в парках развлечений. Переломы костей и падения в их жизни — обычное дело, а все полученные раны и повреждения, как правило, быстро заживают. Для прабабушек подростков риск падения и перелома костей — источник сильного и оправданного страха. Иное отношение к риску и подстраховке и у родителей этих подростков, людей среднего возраста: они вынуждены заботиться о своих детях и думать об их будущем.

А теперь проведем важное сравнение — сопоставим риск ребиоза (а он нередко минимальный) и альтернативный риск бездействия. В данном случае ничего не делать — значит страдать от одного или нескольких НИЗ, которые не только ухудшают качество жизни, но и сокращают ее продолжительность. Так что бездействие приводит к вполне предсказуемым последствиям. Не менее важно также отдавать себе отчет в том, что любое наше действие чревато тем или иным риском и что, прежде чем съесть стаканчик йогурта, ложку квашеной капусты или какого-нибудь другого ферментированного продукта (о них речь пойдет ниже) либо предпринять какое-либо более серьезное действие по обновлению своего микробиома, необходимо четко осознать степень связанного с ним риска.

15. Работает ли ребиоз у животных — например кошек и собак?

Да. Первые исследования ребиоза проводились главным образом на животных — мышах и крысах. Далеко не всем известно, что в течение вот уже 30–40 лет программа ребиоза вполне успешно осуществляется в птицеводстве. В главе 9 я поведал печальную историю об антибиотиках, которые добавляют в корм на птицефабриках. Хотя есть и более счастливая и удивительная история о домашней птице, которая десятилетиями получает пробиотики. Эти средства отлично работают в организме пернатых. Они буквально преобразили жизнь некоторых фермеров-птицеводов, а кроме того, опыт применения пробиотиков в птицеводстве показал, как они могут работать в организме людей.

Ранее в этой книге я уже рассказывал о прославленном микробиологе и иммунологе, создателе теории иммунитета И. И. Мечникове. Но тогда я не упомянул, что Мечников был одним из первых почитателей и пропагандистов пробиотиков, изучавших их биологические эффекты на самом себе. Он регулярно потреблял богатый пробиотиками йогуртоподобный напиток собственного изобретения, который, по его мнению, продлевал человеку жизнь. Если Мечников был первым человеком, применившим пробиотики для укрепления здоровья, то куры стали первыми существами, подтвердившими, что массовое использовании этих продуктов способно понизить риск болезней. В 1973 г. профессор Эско Нурми и его сотрудник Маркус Ранатала из Национального ветеринарного института в г. Хельсинки (Финляндия) опубликовали статью в научном журнале Nature, основные положения которой стали затем известны под названием концепции Нурми. Финские ученые изучали катастрофическую вспышку сальмонеллеза, разразившуюся в птицеводческих хозяйствах в 1971 г. У профессора Нурми вызывал сильное беспокойство тот факт, что в практике современного птицеводства было принято выращивать вылупляющихся из яиц цыплят отдельно от их матерей. Развитие и созревание нормальной кишечной флоры у таких цыплят было замедленным, что делало их очень восприимчивыми к заселению кишечника такими бактериальными патогенами, как сальмонелла (Salmonella).

Практика экологического птицеводства, предложенная Нурми, предполагает возможность скармливания курам пребиотиков и пробиотиков в различных количествах и сочетаниях и последующей оценки, какие из этих сочетаний лучше всего подходят птицам разного возраста и пород (например, недавно вылупившимся цыплятам, взрослым курам яйценоских пород, быстро растущим молодым бройлерам, племенным курам и т. д.). Пробиотический процесс, используемый в птицеводстве и других отраслях животноводства и известный под названием конкурентного исключения, — это заселение пищеварительного тракта животных желаемыми микробами, чтобы они вытеснили из него бактериальных патогенов и лишили их возможности закрепиться в нем снова.