Энергетическая медицина - Дэвид Фейнштейн

Я пишу эту книгу, основываясь частично на работе с энергиями пациентов и частично на опыте преодоления ряда своих собственных проблем. Я родилась с едва прослушиваемым сердцебиением; в пять лет заболела туберкулезом; ужасно страдала от пищевой аллергии и сенной лихорадки; имела первые симптомы заболевания, которое позднее, в шестнадцать лет, было диагностировано как рассеянный склероз; мне не было еще и тридцати, как со мной случился легкий сердечный приступ; в тридцать с лишним у меня начались тяжелые приступы астмы; у меня была гипогликемия, и с двенадцати лет я вынуждена была бороться с болезненными проявлениями предменструального синдрома.

К тому же меня воспитывали в относительно свободной атмосфере, и я относилась ко всем своим трудностям довольно спокойно. Я рано поняла, что условные, общепринятые установки и правила не всегда срабатывают, и мне приходилось использовать собственное тело в качестве своего рода лаборатории. От аспирина у меня начинала болеть голова, таблетки от бессонницы не помогали, из-за фруктов и овощей я набирала в весе. Доктора также не справлялись с моим телом, которое не желало подчиняться известным им правилам.

К тридцати годам мое здоровье серьезно пошатнулось, и я отправилась на Фиджи, где вела самый примитивный образ жизни. Но вскоре меня укусило ядовитое насекомое, и поскольку моя иммунная система была чрезвычайно ослаблена, мой организм не мог должным образом противостоять этому осложнению. Я серьезно заболела и периодически впадала и кому. Казалось, я была при смерти.

Но тут о моем несчастье узнали шаманы из Ватукарасы, ближайшей деревни, и взялись меня лечить. Они ежедневно закапывали меня по шею и песок и подолгу так держали — в общей сложности я пробыла в земле сорок восемь часов. Они считали, что токсины должны пойти в песок. Так оно и произошло: я действительно выздоровела. Это был один из многих случаев, постепенно выведших меня на путь целительства.

Оставшись на Фиджи, я вскоре полностью поправилась. Мы всей семьей жили на лоне природы, далеко от города. Каждый день купались в океане. Хлеб ели прямо, как говорится, от земли, а рыбу собственноручно ловили в водах океана. Ничто не подвергалось технической обработке. Ничто не консервировалось. Все продукты были природными, экологически чистыми. Воздух вокруг не отравлялся выхлопными газами, и наша одежда также была свободна от химических загрязнений. Жизнь протекала тихо и спокойно. В этом мире вы могли просто быть. Отсутствовал даже намек на какую-либо борьбу или напряжение, или даже малейший стресс. Не было ни радио, ни газет, ни телевизора. Какое-то время спустя я даже сомневалась, существуют ли еще на земле Соединенные Штаты!

Живя на природе, я обрела здоровье. Это напоминало мне ранний период моего детства — именно тогда закладывались основы моей личности. Мне было четыре года, когда мама заболела туберкулезом. Ее поместили в палату для безнадежных. В конце концов отец забрал ее домой, но вся наша семья подверглась карантину. К пяти годам у меня тоже развился туберкулез. Моей матери сказали, что она не выживет, если оставшуюся часть жизни не будет получать инъекции пенициллина. Но она вместо этого переключилась на натуральные продукты питания с большим содержанием витамина С. Мы выращивали цыплят и поэтому в доме всегда были свежие яйца. Мой отец занимался огородом, и мы могли есть экологически чистые овощи. Все, что мы ели, было чистым. Мы все чувствовали себя прекрасно. Точно так же, все, что я ела на Фиджи, было чистым, — и я снова выздоровела.

Однако вернувшись в Штаты в 1977 году, я испытала своего рода «культурный шок». Мой язык стал настолько чувствительным, что я сразу же ощутила присутствие химикатов в еде. Я могла различать примешивавшийся вкус упаковки, в котором хранились даже самые чистые продукты. Я ощущала химикаты в одежде. Мне захотелось переехать в какой-нибудь маленький городок, подальше от мегаполисов и всяческого современного загрязнения. Я хотела воспитывать своих дочерей в здоровом мире. Но мой брак распался, и я не знала, как мне вообще удалось выжить.

Целительством я занималась совершенно бескорыстно и даже не представляла, что способность чувствовать и видеть энергии может быть профессией. Я поступила на подготовительные курсы в медицинский колледж, и закончила их, но все мои чувства были оскорблены общепринятым подходом к здоровью: он основывался больше на информации, полученной при изучении мертвого тела, а не на том, что можно узнать, исследуя его живые энергии.

Вскоре после возвращения с Фиджи, по удивительному стечению oбстоятельств, я попала на курсы обучения инструкторов в русле программы «Прикосновение во имя здоровья», которые проводил Гордон Стоукс и Шанти Дюри. В начале 1970-х годов д-р Джон Тай в сотрудничестве с основателем прикладной кинесеологии д-ром Джорджем Гудхартом разработал систему обучения неспециалистов, которую он назвал «Прикосновение во имя здоровья». Сочетая в себе элементы китайской медицины и эмпирических техник Запада, прикладная кинесеология и ее «приемное дитя» «Прикосновение во имя здоровья» представляют мощный синтез целительных практик, имеющихся в обеих культурах. Многие из техник, представленных в данной книге, взяты из этих двух систем.

Я узнала об этих подходах к целительству благодаря случайной встрече с женщиной, которая была одета в футболку с изображением руки и надписью: Touch for Health («Прикосновение во имя здоровья»). Когда я спросила ее, что это значит, она воскликнула: «Я так счастлива! На следующей неделе я поступаю на курсы инструкторов "Прикосновение во имя здоровья"». Меня словно громом ударило. Я еще не знала толком, что из себя представляло «Прикосновение во имя здоровья», но услышала внутри себя голос, говоривший: «Я тоже хочу». Она дала мне номер телефона. Я позвонила в офис «Прикосновения во имя здоровья» и попросила прислать мне информацию об их программах. Представьте себе, они совершили одну из тех счастливых судьбоносных ошибок: они прислали мне письмо с поздравлениями об успешном завершении начального курса «Прикосновения во имя здоровья», что позволило мне посещать программу по подготовке учителей. Следующий курс инструкторов начинался в ближайший вторник. И я рискнула, хотя, в отличие от остальных студентов, я не имела базовых знаний этой системы.

Я никогда раньше не посещала никаких курсов по практикам альтернативной медицины, но у меня было такое чувство, что я имею дело с чем-то очень знакомым. Обучение идеально подходило мне по всем показателям. «Прикосновение во имя здоровья» дало мне структурную основу, которая уравновесила мою интуитивную природу, и инструменты, при помощи которых я могла работать с энергиями, доступными моему зрению и интуиции. Практиковавшееся использование мышечного тестирования, которое я позже назвала энергетическим тестированием, дало мне возможность продемонстрировать пациентам и студентам то, что я видела.

Обучение осуществлялось очень интенсивно — почти круглосуточно. Я завершила его во вторник, и на той же неделе в пятницу провела свои первые занятия. Вместе с Хейзелом Уллричем, другим выпускником нашего тренинга, мы назначили цену за полный двухдневный курс в размере всего десяти долларов, сказав участникам: «Мы никогда раньше не проводили занятий, и поэтому обучение так дешево. Мы берем низкую плату, чтобы иметь возможность смело пробовать, не боясь ошибиться, и выяснить, как лучше всего преподносить информацию». Я открыто признала свое положение новичка и стала учиться преподавать энергетическое целительство.