Кентерберийские рассказы. Переложение поэмы Джеффри Чосера - Питер Акройд

Итак, молчите и внимайте,

Как славный рыцарь с его ратью

Разили эльфов, великанов,

Злодеев, чудищ и тиранов:

Несть этим подвигам конца!

Нам Ланселота и Артура

Не позабыть. Но вот – фигура,

Что скачет краше на коне!

Во всем Топас других славней:

Нет в мире рыцаря смелей,

Чем он, и нравом веселей.

Он несся в бой на скакуне

И издали еще крупней

Казался. А из шлема,

Над латами белея,

Торчала вверх лилея.

Виднелись впереди холмы,

Куда за рыцарем и мы…

Здесь Трактирщик обрывает Чосеров рассказ о Топасе

– Ради Бога, замолчите, – прервал меня Трактирщик. – Довольно. Все это невыносимо скучно и старомодно. У меня уже голова разболелась от ваших избитых рифм. Разве это рассказ? Это просто нескладные вирши!

– Простите, – с достоинством сказал я, – может быть, все-таки позволите мне продолжить? Вы ведь раньше никого не прерывали. Я стараюсь как могу. И рифмы тут вовсе не избитые.

– Извините меня, мистер Чосер. Я говорю, что думаю. Ваша история – просто дрянь. Какой в ней смысл? Вы только тратите наше время. Я уже решил: не надо больше таких стихов. Может быть, расскажете нам историю о приключениях или какую-нибудь повесть, забавную и назидательную одновременно?

– Охотно, сэр Трактирщик. Я расскажу вам небольшую повесть в прозе, которая, надеюсь, вас позабавит. Если, конечно, вы не будете слишком привередничать. Я расскажу о нравственных добродетелях терпеливой и благоразумной жены. Об этом рассказывали уже множество раз и на множество ладов, но что мне до того? Ведь это хороший рассказ. Возьмите, к примеру, четыре Евангелия. В каждом из них описаны страсти и распятие Господа Нашего. Каждый рассказчик описывает их по-своему, но все равно доносит до нас правду о страданиях Господа Нашего. У одних сказано больше, у других меньше. Некоторые приводят подробности. Другие совсем немногословны. Вы, конечно, знаете, о ком я говорю. О Матфее, Марке, Луке и Иоанне. У них получилось четыре отдельных рассказа, но суть, ядро у них – едины.