Улисс - Джеймс Джойс

– Это все? – спросил Майлс Кроуфорд. – Закончим, пока они не сделали чего похуже.

СОФИСТ ПОРАЖАЕТ НАДМЕННУЮ ЕЛЕНУ ПРЯМЫМ ПО СОПАТКЕ. СПАРТАНЦЫ СКРЕЖЕЩУТ КОРЕННЫМИ. ИТАКИЙЦЫ БОЖАТСЯ, ЧТО ИХ ПЕН ЧЕМПИОНКА

– Вы мне напоминаете Антисфена^[561], – сказал профессор, – ученика софиста Горгия. О нем рассказывают, что никак не могли решить, кого он яростнее хулил, других или же себя самого. Он был сыном аристократа и рабыни. И он написал книгу, в которой отнял пальму первенства по красоте у аргивянки Елены и передал ее бедной Пенелопе.

Бедная Пенелопа. Пенелопа Рич^[562]

Они приготовились перейти через О'Коннелл-стрит.

АЛЛО, ЦЕНТРАЛЬНАЯ!

В различных точках на всех восьми линиях стояли на рельсах с застывшими дугами трамваи, шедшие в или из Рэтмайнса, Рэтфарнэма, Блэкрока, Кингстауна и Долки, Сэндимаунт Грин, Рингсенда и Сэндимаунт Тауэр, Доннибрука, Пальмерстон парка и Верхнего Рэтмайнса, в неподвижном спокойствии короткого замыкания. Наемные экипажи, кабриолеты, ломовые телеги, почтовые фургоны, собственные кареты, повозки для газированных минеральных вод с громыхающими ящиками бутылок громыхали, катили, влекомые лошадьми, – стремительно.

КАК? – И АНАЛОГИЧНО – ГДЕ?

– А как вы это назовете? – осведомился Майлс Кроуфорд. – И где они взяли сливы?

ИЗ ВЕРГИЛИЯ, ГОВОРИТ ПЕДАГОГ. ВТОРОКУРСНИК ЖЕ ПРИСУЖДАЕТ СЛИВЫ СТАРИКУ МОИСЕЮ

– Назовите это… сейчас, минутку, – сказал профессор, в раздумье широко раздвинув длинные губы. – Постойте, постойте. Назовем так: deus nobis haec otia fecit^[563].

– Нет, – отвечал Стивен. – Я это назову: Вид на Палестину с горы Фасги^[564], или Притча о сливах .

– Я понимаю, – сказал профессор.

Он звучно рассмеялся.

– Понимаю, – повторил он с явным удовольствием. – Моисей и земля обетованная. Это ведь мы его навели на мысль, – добавил он, обращаясь к Дж.Дж.О'Моллою.

ГОРАЦИО – ПУТЕВОДНАЯ ЗВЕЗДА В ЭТОТ ДИВНЫЙ ИЮНЬСКИЙ ДЕНЬ

Дж.Дж.О'Моллой искоса бросил усталый взгляд на статую, продолжая хранить молчание.

– Понимаю, – сказал профессор.

Он задержался на пятачке у памятника сэру Джону Грэю и глянул наверх на Нельсона сквозь сеть морщинок своей кривой усмешки.

УРЕЗАННЫЕ КОНЕЧНОСТИ ОКАЗЫВАЮТСЯ БОЛЬШИМ ИСКУШЕНИЕМ ДЛЯ ИГРИВЫХ СТАРУШЕК. ЭНН ВЕРТИТСЯ, ФЛО КРУТИТСЯ – НО СТАНЕМ ЛИ ОСУЖДАТЬ ИХ?

– Однорукий прелюбодей, – повторил он, усмехаясь угрюмо. – Надо сказать, это меня привлекает.

– Старушек тоже привлекало, – сказал Майлс Кроуфорд, – если Всевышний дал бы нам знать всю истину.