Новые мелодии печальных оркестров - Фрэнсис Скотт Фицджеральд

— Когда мне появиться к обеду, Ноуэл? — спросила Холли.

— В восемь, — последовал ответ. — Билли Харпер за тобой заедет.

Хуан почувствовал, как его кольнуло разочарование. Он-то думал, что обедать они с Ноуэл будут вдвоем, а потом — вести долгую беседу на темной веранде, где он поцелует ее в губы, как это было тем незабываемым вечером в Монтане, и подарит ей значок общества «Дельта Каппа Эпсилон». Но быть может, остальные гости разъедутся пораньше: он признался Холли Морган, что влюблен в Ноуэл, и той хватит ума сообразить.

В сумерках Ноуэл высадила его у ворот дома мисс Чандлер и с минуту помедлила, не включая зажигание. Предвестие вечера — первые огоньки в домах вдоль побережья, отдаленные звуки рояля, легкое веяние прохлады — вдруг вознесло их обоих в райские кущи, о которых Хуан, опьяненный восторгом и ужасом, ранее не в состоянии был и помыслить.

— Ты рад меня видеть? — шепнула Ноуэл.

— Рад? — Язык Хуана не слушался. Он отчаянно силился передать распиравшие его чувства словом, взглядом, жестом, но цепенел от мысли, что никак, никогда, ни за что не сумеет выразить волнение своего сердца. — Ты меня с толку сбила, — проговорил он жалким голосом. — Не знаю, что и сказать.

Ноуэл ждала, настроившись на вполне определенный ответ, готовая на него откликнуться, однако молодость мешала ей разглядеть, что под маской эгоизма и мальчишеской хмурости, носить которую Хуана вынуждала сила его влечения к ней, таится подлинная, глубокая преданность.

— А ты не сбивайся! — парировала Ноуэл.

Она вслушивалась в мелодию, под которую они танцевали в Адирондакских горах. Ее подхватили крылья зачарованности, и некто непостижимый, кто неизменно поджидал на почтительном расстоянии, неясной тенью склонился над ней, сыпля страстными признаниями и сверкая темными романтическими глазами. Почти что машинально Ноуэл завела мотор и включила первую скорость.

— Так в восемь, — рассеянно бросила она. — До свиданья, Хуан.

Автомобиль покатил по дорожке. Перед поворотом Ноуэл обернулась и помахала Хуану рукой; Хуан помахал в ответ, испытывая небывалое в жизни счастье: душа его преобразилась в какой-то сладостный газ, который возносил тело в высоту, словно воздушный шар. Потом автомобиль скрылся из вида, и Хуан, сам того не подозревая, Ноуэл потерял.

II

Шофер тетушки Коры подвез Хуана к дому Ноуэл. Вторым гостем оказался Билли Харпер — тот самый молодой человек с блестящими карими глазами, представленный ему днем. Хуану он внушал опасения: с обеими девушками Билли держался по-дружески непринужденно, а с Ноуэл чуть ли не развязно, так что в разговоре за обеденным столом Хуану внимания уделялось мало. Вспоминали о пребывании в Адирондаках: все трое, казалось, отлично знали, кто там тогда был. Ноуэл и Холли толковали о юношах из Кембриджа и Нью-Хейвена и радовались тому, что зимой им предстоит учиться в Нью-Йорке. Хуан собрался было пригласить Ноуэл на осенний бал в свой колледж, но подумал, что лучше выждать и сделать это попозже, в письме. Когда обед кончился, ему стало легче.

Девушки поднялись наверх. Хуан и Билли Харпер закурили.

— Она и вправду очень привлекательна, — вырвалось у Хуана: сдерживаемым чувствам нужен был выход.

— Кто? Ноуэл?

— Да.

— Славная девушка, — с серьезным видом кивнул Харпер.

Хуан нащупал в кармане значок:

— Она просто чудо. Хотя мне очень нравится Холли Морган — я даже немного приволокнулся за ней вчера вечером, но самая привлекательная девушка — это Ноуэл.

Харпер взглянул на Хуана с любопытством, но тот, избавившись от необходимости вымученно улыбаться, с жаром продолжал:

— Глупо, конечно, крутить с двумя девушками сразу То есть надо быть начеку — не слишком заиграться.

Билли Харпер не ответил. Ноуэл и Холли спустились вниз. Холли предложила партию в бридж, но Хуан играть не умел, поэтому они устроились у камина. Вышло так, что Ноуэл и Билли Харпер завели разговор о свиданиях и общих друзьях, а Хуан пустился в хвастовство перед Холли Морган, которая сидела рядом с ним на диване.

— Ты должна приехать на студенческий бал к нам в колледж, — вдруг выпалил он. — Почему бы нет? Колледж у нас небольшой, однако компания подобралась как нельзя лучше, и на балах бывает весело.

— Я не против.

— Но тебе нужно будет познакомиться с теми, кто живет в нашем доме.

— А что это за народ?

— «Дельта Каппа Эпсилон». — Хуан вытащил значок из кармана. — Видишь?

Холли изучила значок, рассмеялась и вернула его Хуану.

— Мне хотелось учиться в Йеле, — продолжал Хуан, — но в нашем семействе принято держаться за привычное место.

— Я от Йеля в восторге, — заметила Холли.

— Да-да, — рассеянно поддакнул Хуан, слушая ее вполуха: мысли его были заняты отношениями с Ноуэл. — Ты должна у нас побывать. Я тебе напишу.

Время шло. Холли села за пианино. Ноуэл взяла с крышки гавайскую гитару и принялась напевать под собственный аккомпанемент. Билли Харпер переворачивал ноты. Хуану это удовольствия не доставило — только обеспокоило. Потом все отправились в сумрачный сад, где, оказавшись наконец бок о бок с Ноуэл, он быстро увлек ее за собой, чтобы поговорить наедине.

— Ноуэл, — прошептал он, — это вот мой значок «Дельта Каппа Эпсилон». Я хочу тебе его подарить.

Лицо Ноуэл ничего не выражало.

— Я видела, как ты предлагал этот значок Холли Морган, — сказала она.

— Ноуэл! — испуганно воскликнул Хуан. — Ничего я ей не предлагал. Просто показал этот значок. Неужели, Ноуэл, ты думаешь…

— И пригласил ее на студенческий бал.

— Вовсе нет. Это была обыкновенная любезность.

Их спутники приближались. Ноуэл поспешно взяла значок и порывистым жестом ласково приложила палец к губам Хуана.

Он так и не понял, что на самом деле Ноуэл ничуть не сердилась на него ни за предложенный значок, ни за приглашение на бал, но из-за его нелепого эгоизма теряла к нему интерес.

В одиннадцать часов Холли объявила, что ей пора уходить, и Билли Харпер подогнал машину ко входу.

— Я задержусь на несколько минут, если ты не против, — сказал Хуан, стоя в дверях рядом с Ноуэл. — Доберусь до дома и пешком.

Холли и Билли Харпер уехали. Ноуэл и Хуан медленно вернулись в гостиную, и там Ноуэл обошла софу и уселась в кресло.

— Пойдем на веранду, — нерешительно предложил Хуан.

— Зачем?

— Ноуэл, ну пожалуйста.

Ноуэл неохотно повиновалась. Они сели рядышком на обтянутом парусиной диванчике, и Хуан ее обнял.

— Поцелуй меня, — шепнул он. Никогда еще Ноуэл не казалась ему такой желанной.

— Нет.