Острова в океане - Эрнест Хемингуэй

– Она уже почти всю леску смотала, – сказалДэвид. – Вот проклятущая, тянет и тянет вниз.

– Том, – крикнул Эдди, – возьмите-ка немногок норд-весту! Кажется, она пошла вперед.

Томас Хадсон слегка повернул штурвал и мягко направил катер,в открытое море. Впереди большим желтым пятном колыхалось скопление водорослей,и на нем сидела какая-то птица, а вода кругом была спокойная, синяя и такаяпрозрачная, что видно было, как в глубине ее разноцветными бликами играетпреломленный свет.

– Вот видишь, – сказал Эдди Дэвиду. – Лескабольше не разматывается.

Мальчик попробовал приподнять удилище и не смог, но лескадействительно перестала рывками уходить под воду. Как и прежде, она быланатянута будто струна, и на катушке оставалось всего с полсотни ярдов. Но онане разматывалась больше. Дэвид прочно удерживал рыбу на крючке, а катермедленно-медленно продвигался по взятому курсу. Томас Хадсон смотрел, какбелеет в синей воде леска, уходящая вглубь, лишь чуть-чуть отклоняясь отперпендикуляра, и вел катер так тихо, что почти не заметно было движения исовсем не слышно работы моторов.

– Видишь, Дэви, она ушла на нужную ей глубину и теперьплывет в нужном ей направлении. Скоро можно будет понемножку выбирать леску.

Загорелая спина мальчика горбилась от натуги, удилищесгибалось над водой, леска медленно скользила вперед, прорезая водную гладь, агде-то на глубине в четверть мили плыла большая рыба. Сидевшая на водоросляхптица снялась и полетела к катеру. Она покружила у Томаса Хадсона над головой иулетела к другому скоплению водорослей, желтевшему поодаль.

– Ну-ка, попробуй немного выбрать, – сказал РоджерДэвиду. – Раз ты удерживаешь рыбу, значит, можешь и подтянуть ее.

– Дайте-ка чуток вперед, Том! – крикнул,повернувшись к мостику, Эдди, и Томас Хадсон едва заметно прибавил ход.

Дэвид стал тянуть, напрягая все силы, но от этого толькобольше гнулось удилище и больше натягивалась леска. Казалось, мальчик прикованнамертво к движущемуся под водой якорю.

– Ничего, не смущайся, – сказал ему Роджер. –Еще немного, и дело пойдет. Как чувствуешь себя, Дэви?

– Отлично, – сказал Дэвид. – С этой штукой напояснице я себя чувствую отлично.

– А ты сможешь выдержать до конца? – спросилЭндрю.

– Да ну тебя, – сказал Дэвид. – Эдди, дайтемне, пожалуйста, глоток воды.

– Куда это я поставил воду? – сказал Эдди. –Неужели вылил?

– Я сейчас принесу! – Эндрю быстро побежал вниз.

– Тебе ничего не нужно, Дэв? – спросилТом-младший. – Я тогда пойду на мостик, а то нас тут слишком много.

– Нет, Том, спасибо. Господи, ну почему она неподдается, эта проклятая рыба.

– Она очень большая, Дэв, – сказал емуРоджер. – С ней так просто не справишься. Надо потихоньку вести ее накрючке и стараться внушить ей, чтобы она всплыла, где тебе нужно.

– Говорите мне, что надо делать, и я буду стараться,пока не умру, – сказал Дэвид. – Я полагаюсь на вас.

– Это еще что за разговоры – «пока не умру», –сказал Роджер. – Такими вещами не шутят.

– А я и не шучу, – сказал Дэвид. – Ясерьезно.

Том-младший вернулся к отцу на мостик. Оттуда им виден былДэв, весь напрягшийся и прикованный к своей рыбе, и Роджер, стоявший рядом сним, и Эдди, придерживавший кресло. Эндрю поднес стакан с водой к губам Дэвида.Тот пополоскал рот и сплюнул.

– Полей мне на руки, пожалуйста, – сказал он.

– Как ты думаешь, папа, он выдержит? – шепотомспросил Том отца.

– Рыба очень большая, очень тяжелая для него.

– Мне страшно, – сказал Том. – Я люблю Дэвидаи не хочу, чтобы какая-то поганая рыба его доконала.

– Никто этого не хочет – ни я, ни Роджер, ни Эдди.

– Надо нам быть начеку. Если мы увидим, что емуневмоготу, кто-нибудь должен перенять у него рыбу – ты или мистер Дэвис.

– До этого еще далеко.

– Папа, ты не знаешь его, как мы знаем. Он будетнапрягать силы, пока не надорвется.

– Ничего, Том, не тревожься.

– Не могу я не тревожиться, – сказал Том. – Яодин такой в нашей семье, что всегда тревожусь за всех. Может, это пройдет сгодами.

– Пока что тревожиться не из-за чего, – сказалТомас Хадсон.

– Но, папа, как такому мальчишке, как наш Дэвид,одолеть такую рыбу? Он в жизни не ловил ничего крупнее, чем парусник илисельдь.

– Рыба вымотается в конце концов. На крючке-то все-такиона.

– Это чудище, а не рыба, – сказал Том. – ИДэвид так же не может освободиться от нее, как она от Дэвида. Просто неверится, что Дэв выловит такую рыбу. Все-таки лучше бы она попалась тебе илимистеру Дэвису.

– Пока что Дэв держится молодцом.

Они мало-помалу продвигались все дальше в открытое море, гдепо-прежнему господствовал мертвый штиль. Все чаще попадались скопленияводорослей, совсем желтых от солнца на полиловевшей воде; порой белая, почтиотвесно натянутая леска зацепляла за них в своем движении, и тогда Эддипротягивал руку и высвобождал ее. Когда он, перегнувшись через борт, отрывал напугавшиесяна леску водоросли и откидывал их в сторону, Томас Хадсон видел изрезаннуюморщинами кирпичную шею под полями старой фетровой шляпы и слышал, как онговорил Дэвиду:

– Она нас сейчас вроде как на буксире ведет, Дэви. Ночем дальше, тем больше она изматывается, плывя там, в глубине.

– Она и меня изматывает, – сказал Дэвид.

– У тебя голова не болит? – спросил Эдди.

– А ты ему надень что-нибудь на голову, – сказалРоджер.

– Не надо, я не хочу, мистер Дэвис. Лучше простосмочите мне волосы.

Эдди зачерпнул в ведерко морской воды и, сложив горстьюладонь, намочил мальчику голову и заботливо отвел волосы со лба.

– Смотри, если заболит голова, сразу же скажи.

– Я себя отлично чувствую, – сказал Дэвид. –Говорите мне, что делать, мистер Дэвис.

– Попробуй опять выбрать леску немного, – сказалРоджер.

Дэвид снова дернул леску – раз, другой, третий, но ему так ине удалось подтянуть рыбу хоть на дюйм выше.