Панк-Рок. Устная история - Джон Робб

Шестидесятые может и были сексуальной революцией, но музыка к ней писалась мужчинами. В панке же, несмотря на то, что он был движим парнями, было много музыкантов женского пола и большая женская аудитория. И это было первым случаем в поп-культуре, когда от девушек не ожидали, что они будут одеваться традиционно, скромно, но сексуально. Уродство могло быть красивым. Дресс-коды рушились. И девушки, игравшие в панк-группах, делали самую смелую музыку.

Ари Ап:

Панк очень нас поддерживал. Было здорово, что окно было открыто и для женщин — Гэй Адверт, Поли Стайрин, Сьюзи или Крисси Хайнди — девушки входили в это окно панка. Печально, что это ушло. Теперь об этом забыли. Когда умер панк, женская энергия умерла тоже. Именно поэтому такого сейчас не происходит. О Slits, в общем, не писали. Все заслуги приписывались Rolling Stones! Женская глава отсутствует в истории рока полностью, а в панке такого не было вообще. В панке было открыто окно для того, чтобы женщины могли быть сами собой.

Ти Ви Смит:

Таких поп-звезд, как Гэй, раньше вы бы никогда не увидели. Ну, может, Сюзи Кватро, хотя она была более продуманной. Гэй стояла на сцене, жуя жвачку, и в футболке с надписью «Fuck Off». Она была даже более злобной, хотя всегда разговаривала с фэнами после концертов.

Беки Бондейдж (Vice Squad: вокал):

В панке самым лучшим было то, что тебе не нужно было быть виртуозом, чтобы выйти на сцену и запеть. Я присоединилась к Vice Squad, когда увидела их объявление в музыкальном магазине Revolver. Они не все сошлись во мнении, однако девушка, пришедшая передо мной, вообще петь не умела, а я немного могла, поэтому меня и взяли. Наш первый концерт состоялся после двух-трех репетиций в мамином гараже нашего басиста. Я ходила в бристольский университет на выступление Crisis, и когда я туда вошла, увидела нашу маленькую фотографию, на которой было написано, что мы выступаем! (Смеется.) Мне об этом никто не сказал, и это был наш первый концерт. Я напилась, вышла на сцену, и выступила, подражая Сьюзи Сью, вот и все. Людям это понравилось, и парни, ранее игнорировавшие, смотрели теперь на меня. Я подумала: «Ух ты! Эта работка для меня!» Я заметила, что у тебя появлялась сексуальная власть, которой раньше ты не обладала, но я на этом не зацикливалась, потому что эти парни были стариками лет 20 с лишним, а я все еще была школьницей!

По какой-то причине я стала пин-ап девушкой панк-рока. Я не особенно комфортно чувствовала себя в этой роли. Это одна из тех вещей, которые ожидают от женщины. Я всегда считала, что выгляжу ужасно. Позирование для фотографий похоже на пение: это что-то, где ты должна чувствовать себя комфортно, а я никогда не выглядела правильно. Ты учишься этому со временем. Когда ты подросток, ты очень зажат. С этим у панка были проблемы: он не мог похвастать сексапильностью. Если кто-то пытался выглядеть сексуально, это считалось «попсой», что странно, поскольку рок-н-ролл в сущности очень сексуален. Само это слово означает «трахаться». В панке было много агрессии, и панк-рок был в большей степени насильником, чем соблазнителем. Вся эта тема с пин-апом была дурацкой. Она меня не обогатила ни в каком смысле.

Полин Мюррей:

Люди меня спрашивали: «Каково это быть женщиной в роке?» Я никогда не считала себя женщиной в роке. Я просто думала о себе как о части группы. Однако, оглядываясь назад, кажется очень революционным то, как вели себя женщины. Женщины в группах ломали стереотипы. Многое из этого прошло незамеченным.

Крисси Хайнди: