Гражданская война в Испании 1936-1939 - Бивор Энтони

Республика побеждала при помощи Коминтерна в пропагандистской войне, а коммунисты тем временем одерживали верх в конфликте в левом лагере. Большевистский переворот в России ставил их в уникальное положение «владельцев единственного в мире маяка надежды». Как заметил Бертран Рассел, любое сопротивление или возражение «клеймилось как предательство дела пролетариата. Критика анархистов и синдикалистов забывалась или игнорировалась, восхваление государственного социализма позволяло сохранять веру, что есть одна великая страна, осуществившая чаяния первопроходцев»^[596]. Трехсторонний характер гражданской войны в Испании можно было считать эхом Кронштадтского мятежа против большевистской диктатуры в 1921 году. Через три года, когда на ужине 250 левых интеллектуалов в честь Эммы Гольдман она оказалась единственной, кто решительно осудил коммунистический режим, ее поддержал один Бертран Рассел. Остальные сидели молча, кто в потрясении, кто в смущении. Даже Рассел написал потом, что «не готов отстаивать какое-либо альтернативное правление в России».

Раскол в среде испанских интеллектуалов был сложнее. Многие отправились в изгнание, испытав ужас и от правых националистов, и от левых революционеров. В целом самые известные, а также большинство оставшихся в Испании поддерживали республику^[597]. Качество литературы во время войны было очень неровным: были и сильные стихотворения, и удручающие романы^[598]. Республиканцы прикладывали много усилий в области массовой культуры через такие организации, как театральная секция в Альянсе интеллектуалов-антифашистов и труппа «Новая сцена», для которой творили авторы калибра Рафаэля Альберти, Хосе Бергамина и Рамона Х. Сендера^[599]. Существовала также «Культурная служба милиции», «Фронтовой рупор», «Герильерос театра». В ход шло все: книги из вторых рук, листовки, пресса, радио, кинематограф, театр.

В тылу политические организации и профсоюзы издавали множество газет. На фронте почти каждый корпус, дивизия, бригада, порой даже батальон имели свой печатный орган^[600]. Но, наверное, одним из самых новаторских методов пропаганды были плакаты, призывавшие к верности правому делу, внушавшие уверенность в победе, предостерегавшие от козней шпионов и от венерических болезней. Авторов таких плакатов называли «солдатами бумаги и чернил»^[601]. Искусство плаката, особенно его советский вариант, оказывало сильное влияние на художественные круги даже до Гражданской войны. Республика прибегала к услугам лучших мастеров плаката в Испании, тогда как у националистов таких почти не было^[602].