Дзержинский. Любовь и революция - Сильвия Фролов

³²¹ Дворянское происхождение имели также: Ленин, Чичерин, Молотов, Жданов, Орджоникидзе, Тухачевский, Менжинский, Рокоссовский, барон Пиляр фон Пильхау и князь Андронников.

³²² Andrzej Witkowicz, Wokół terroru bialego i czerwonego 1917–1923, Książka i Prasa, Warszawa 2008.

³²³ Roman Backer, Totalitaryzm: geneza, istota, upadek, Index Books, Torini 1992.

XVI. Мы представляем собой террор. Председатель ВЧК.

³²⁴ Borys Bazanow, Bylem sekretarzem Stalina, http://www.stalin.tv/bazanow/ramki.html.

³²⁵ Jerzy Ochmahski, Feliks Dzierżyński, Ossolineum, Wrocław – Warszawa – Kraków – Gdahsk – Łódź 1987.

³²⁶ Там же.

³²⁷ Им выделили помещения в здании бывшего начальника города на углу Гроховой и Адмиралтейского проспекта в Петрограде, дом № 2.

³²⁸ В руководство ВЧК Дзержинский охотно привлекал поляков (во главе с Юзефом Уншлихтом и Вячеславом Менжинским) и латышей (Якова Петерса и Мартина Лациса). Из латышей состояла хорошо подготовленная в боевых действиях группа под названием «Латышские стрелки». Наиболее беспощадными считали грузин, армян и азербайджанцев, а наиболее изобретательными в применении изощренных пыток – китайцев и корейцев. Мозгом самых тонких операций были евреи. Участие национальных меньшинств несло в себе сильный психологический фактор – оно защищало ведомство от обвинений в русском шовинизме. На практике высокопоставленные сотрудники ВЧК были подданными Великой Руси, лишенными своей государственности, тем яростнее они вводили на российской земле новые порядки – облеченные к тому же чрезвычайными полномочиями своего учреждения. Но среди чекистов низшего звена 77 процентов составляли русские.

³²⁹ Многие агенты Охранки охотно записывались в ВЧК и самоотверженно служили новой власти, например, бывший начальник тайной полиции и советник царя Владимир Джунковский, которого обучал еще Зубатов.

³³⁰ Na granicy ерок. Wspomnienia о udziale Polakow w Rewolucji Pazdziernikowej i wojnie domowej w Rosji 1917–1921, Książka i Wiedza, Warszawa 1967.

³³¹ Там же.

³³² Leonid Mleczin, Ojcowie terroru. Dzierżyński. Mienzydski. Jagoda, Wydawnictwo Adamski i Bielmski, Warszawa 2003.

³³³ Andrzej Witkowicz, Wokół terroru bialego i czerwonego 1917–1923, Książka i Prasa, Warszawa 2008.

³³⁴ Borys Lewycki, Terror i rewolucja, LTW, Warszawa 2010. C самого начала в состав Чрезвычайной комиссии входили боевые отряды, состоящие из подразделения пехоты и велосипедистов. Летом 1918 года ей была подчинена часть войск специального назначения, а также сформирован корпус войск ВЧК, в результате к осени в каждой губернии имелась одно бригада войск ВЧК.

³³⁵ Na granicy ерок…, цит. соч.

³³⁶ Leonid Mleczin, цит. соч.

³³⁷ Bogdan Jaxa-Ronikier, Dzierżyński. Czerwony Kat, Oficyna Cracovia, Kraków 1990. Цитата из послесловия Андрея Айненкеля.

XVII. Советую вам немедленно меня расстрелять. Путч эсеров.

³³⁸ 1 4 января 1918 года неизвестные преступники стреляют в сторону автомобиля Ленина и ранят сидящего рядом с ним швейцарского социал-демократа Фридриха Платтена. 18 января отряды латышских стрелков под командованием Владимира Бонч-Бруевича разоружают четыреста «штурмовиков смерти», готовящися к штурму Смольного института. В конце января Совет народных комиссаров заявляет: «Мы ничего не добьемся, если не применим террор». В феврале после срыва мирных переговоров в Брест-Литовске, начинается немецкое наступление с запада. Этим пользуется также и Антанта, явно недружественная к большевикам. Франция и Великобритания помогают белым армиям атаками с востока.

³³⁹ Jerzy Łątka, Krwawy apostol, Spoleczny Instytut Historii, Kraków 1997.

³⁴⁰ Дзержинский ценил идеалистов, хоть и не соглашался с их идеями. Когда в 1921 году умер князь Кропоткин, Дзержинский под честное слово выпустил из тюрьмы группу анархистов, чтобы они могли участвовать в похоронах князя.

³⁴¹ Orlando Figes, Tragedia narodu. Rewolucja rosyjska 1891–1924, Wydawnictwo Dolnośląskie, Wrocław 2009.

³⁴² Большевики сначала пытались договориться с Рейхом по поводу мирного договора, но немцы выдвигали завышенные требования. Поэтому договор стал причиной споров в большевистской верхушке. Дзержинский находится в группе тех, кто выступает за продолжение войны, исходя из предположения, что империя Вильгельма II рано или поздно истечет кровью и сама капитулирует. Во время заключительного голосования он, хоть и пассивно, тем не менее, подчинился мнению большинства, настаивающего на подписании договора: он и Троцкий воздержались. В марте 1918 года в Брест-Литовске подписывается мирный договор. Победителем из этого торга выходит Германия. У Ленина перед ней все еще есть обязательства, он рассчитывает на очередной перевод денег, без которых он мог бы потерять власть в России. “Это единственный случай в мировой истории, когда проигравший диктует свою волю победителю”, – комментирует это событие один из российских офицеров (Elisabeth Heresch, Sprzedana rewolucja. Jak Niemcy finansowaly Lenina, Bellona, Warszawa 2010).

³⁴³ Jerzy Łątka, цит. соч.

³⁴⁴ Марию Спиридонову посадили под домашний арест в Кремле, потом выпустили и вновь посадили. В конце концов она станет первым политическим заключенным, помещенным в психушку – психиатрическую больницу специального типа – больницу-тюрьму. Это произойдет в 1921 году по решению лично Дзержинского, который напишет начальнику секретного отдела ВЧК Самсонову: «Надо связаться с Обухом и Семашко с целью поместить Спиридонову в психиатрический дом, но при условии, что ее оттуда не выкрадут или она не сбежит. Надо организовать соответствующую охрану и наблюдение, но замаскированно». Ей поставили диагноз «истерический психоз» (Aleksandr Melenberg, Карательная психиатрия, http://2003.novayagazeta.ru/ nomer/2003/60n/n60n-s24. shtml). Тем не менее правда, что Спиридонова действительно имела проблемы с психикой после того, как в 1906 году ее избила царская полиция.

³⁴⁵ После начала мирных переговоров в Бресте Радек привозит Парвусу известие от Ленина: «Революция не терпит людей с грязными руками» (Elisabeth Heresch, цит. соч.). Таким образом, большевистский лидер избавляется от опасного конкурента и человека, который лучше всех осведомлен о его тайных связях с Германией. Парвус хотел ехать в Россию. Теперь уже было не за чем – его могли арестовать как германского шпиона.

³⁴⁶ Bengt Jangfeldt, Majakowski. Stawkq bylo zycie, W.A.B., Warszawa 2010. Яков Блюмкин, убийца Мирбаха, избежал смерти. Приговоренный к трем годам тюрьмы, через год он был переброшен на Украину и внедрен в ряды Красной Армии. Там он был под непосредственной опекой Троцкого, позже даже его секретарем. Реабилитированный в 1919 году, он вернулся на работу в ВЧК.